Партнерский материал

Путем эволюции: почему мы делаем то, что делаем?

Глобальное потепление, или Почему антропоцентризм разрушает цивилизацию

Природа динамична, и каких-то десять тысяч лет могут изменить климат до неузнаваемости. Наша цивилизация зависит от этого: крупнейшие города находятся на берегах, а огромное и всё растущее население планеты нуждается в пище и древесине. Однако мы изменяем климат гораздо быстрее природы, и это нам отнюдь не на пользу. Геолог Илья Фомин разбирается в причинах и последствиях глобального потепления.

Глобальное изменение окружающей среды происходит непрерывно. Ещё пару десятков тысяч лет назад почти вся территория современной России была покрыта либо ледниками, либо тундрами и степями. Любителям лесных прогулок пришлось бы ехать на Сахалин и в Приморье, а сейчас леса занимают большую часть России от юга до севера.

За последние тысячелетия природные зоны не раз смещались и определяли пути миграции древних народов. С тех пор цивилизация стала одной из главных сил на планете. Люди многократно ускорили процессы изменения природных зон вырубкой лесов, распашкой степей, осушением болот и искусственным орошением.

Экономическая деятельность требует планирования, и чем на больший срок, тем лучше. Нестабильность погоды и изменение климата ведёт к издержкам транспорта, сельского хозяйства и промышленности. Риски новых расходов повышают цены для конечных покупателей — то есть для нас.

Если даже прогноз погоды на сутки-другие часто ошибается, что говорить о предсказании изменений климата? Научные модели и ненаучные убеждения разнятся от откровенно апокалиптических сценариев до показного равнодушия Дональда Трампа, не верящего в изменения климата. Кто прав и кому верить?

В первую очередь стоит доверять наблюдениям. То, что средняя температура на планете стабильно повышается на фоне всё возрастающего количества углекислого газа в атмосфере, однозначно связано с промышленной революцией. Даже солнечная активность все последние десятилетия находится на низком уровне. Эти процессы фиксируются десятилетиями и потому не зависят от перемен погоды и других колебаний.

Как работает климат?

На климат влияют:

  • количество парниковых газов в атмосфере,
  • солнечная активность (тепловой поток),
  • отражательная способность планеты (альбедо).

Плюс в рамках геологического времени влияют:

Жизнь и цивилизация в привычном виде возможны в узком диапазоне температур — меньше 100 °С.

Хотя и говорят, что плохие климатические условия способствуют развитию общества, но все древние цивилизации возникли в низких широтах, благоприятных для сельского хозяйства, а все племена высоких широт не продвинулись дальше начала бронзового века.

Температура на поверхности нашей планеты почти целиком зависит от Солнца — даже в самую жаркую погоду ночью холоднее, чем днём. Если бы наше светило внезапно исчезло, температура на Земле упала бы до −240 °C. Тепловой поток из земных недр не может поддерживать температуру на поверхности на нужном уровне.

Если бы у Земли не было атмосферы, благодаря одному солнечному теплу средняя температура её поверхности составляла бы −15 °C. Такая планета для нас была бы не очень комфортна — примерно как Луна сейчас, с перепадами от −173 до +127 °C. Парниковый эффект земной атмосферы не даёт теплу рассеиваться, поднимая температуру до +15 °C и, что даже важнее, выравнивая её по земному шару — разница температур между самой жаркой пустыней и ледниками Антарктиды не превышают 150 °C.

Величину парникового эффекта определяет способность газов атмосферы удерживать тепловое (инфракрасное) излучение: кислород и азот его легко пропускают, а метан, водяной пар, углекислый газ и закись азота — поглощают и нагреваются. Эти физические свойства легко измеряются в простейшей лаборатории и определяются самой природой вещества.

Бессмысленно сомневаться, существует ли парниковый эффект. Да, он есть, и он поднимает температуру до приемлемого для жизни уровня. Слишком плотная для тепловых лучей атмосфера сделает нашу планету непригодной для жизни. Как, например, на Венере, где чрезвычайно плотная атмосфера разогревает поверхность планеты до +477 °C.

Устойчивая система ветров и морских течений сглаживает разницу температур между экватором и полюсами и между временами года. Пассаты и западные ветра используются с начала эпохи Великих географических открытий для ускорения и удешевления рейсов судов. Благодаря Гольфстриму в скандинавских странах можно жить и заниматься сельским хозяйством. Глобальные перестройки морских течений в относительно далёком (2,7 миллиона лет назад) прошлом могли приводить к масштабным покровным оледенениям.

Парниковые газы не только попадают в атмосферу, но и удаляются из неё. Метан разлагается в ходе многоступенчатых химических реакций. Закись азота поглощается растениями и поступает назад в атмосферу в результате почвенных процессов. Азотистые удобрения — один из главных источников этого газа в атмосфере. Повышение их эффективности не только снизит поступление парниковых газов, но и уменьшит затраты сельского хозяйства. Углекислый газ поглощается растениями, растворяется в океанической воде и в виде карбоната кальция идёт на строительство экзоскелетов моллюсков, кораллов и фораминифер — свободно плавающего планктона.

Далеко не весь карбонат, связанный в ракушки, выводится из оборота. Эти раковины растворяет вода, особенно в зоне прибоя. Только тот карбонат, который на мелководье был быстро изолирован от вод Мирового океана, будет «вычтен из бюджета». В глубоких водах, ниже критической глубины карбонатонакопления (или лизоклина), весь карбонат растворяется практически моментально из-за высокого давления и общего количества растворённой углекислоты. Концентрация углекислоты в воде повышается, а это способствует растворению кальцита и арагонита — двух главных минералов карбонатных раковин. Около 40 % морского дна находится глубже критической глубины карбонатонакопления, поэтому только жизнь на мелководье эффективно связывает и удаляет углекислоту.

Растения и фитопланктон связывают углекислый газ и вырабатывают кислород. Распространение фотосинтезирующей жизни в архее и протерозое вызвало одни из самых суровых оледенений, когда значительная часть планеты или даже вся Земля оказалась покрыта льдами. Растения первыми покорили и сушу, поглощая колоссальные количества углекислого газа. Это привело ещё к одной суровой ледниковой эпохе. Возникшие в то время крупнейшие залежи каменного угля дали название каменноугольному периоду.

Глобальные похолодания приводили к покровным оледенениям, а снег и лёд великолепно отражают тепло и свет. Поскольку парниковые газы поглощают лишь часть излучения (а не отражают, как часто пишут), планета теряет больше тепла. Если отражающая способность планеты (альбедо) растёт, температура только понижается.

Альбедо повышают не только льды, но и облака и некоторые газы. Есть даже предложения управлять климатом и контролировать глобальное потепление, меняя состав верхних слоёв атмосферы. Одним из главных светоотражающих газов является диоксид серы. Именно он ответственен за понижение температуры после крупных извержений вулканов (например, Тамбора и Кракатау). Резкое похолодание вызывает неурожай и голод.

По одной из гипотез, крупное извержение в Южной Америке привело к Малому ледниковому периоду, закончившемуся Смутой в России.

Сейчас в прессе нередко мелькают обсуждения возможности и последствий извержения вулкана Йеллоустоун.

Диоксид серы удаляется из атмосферы вместе с осадками. Кислотные дожди, возникающие при его реакции с водой, вредят урожаю и здоровью людей и крайне негативно сказываются на всей живой природе. Кроме того, они растворяют карбонаты, при этом выделяется парниковый углекислый газ. Поэтому надеяться на извержение вулкана для решения проблем с климатом не стоит. Да и в среднесрочной перспективе любые вулканические извержения увеличивают содержание углекислого газа.

Многие источники парниковых газов хорошо известны, но есть и те, о которых до недавнего времени никто не подозревал. Только недавно обнаружили, что отступление глобальной мерзлоты на дне Северного ледовитого океана приводит к таянию газогидратов и выделению больших количеств метана — важного парникового газа. Те же процессы протекают и на поверхности суши.

Климат — крайне сложная и многофакторная система. Систематические записи ведутся только последнюю пару столетий, а полноценные наблюдения появились лишь с началом космической эры. Пока данных слишком мало, чтобы наверняка понять все взаимосвязи в этой глобальной системе. Мы знаем только взаимосвязи некоторых факторов по отдельности. Но и этого достаточно, чтобы утверждать, что повышение средней температуры на Земле связано с повышением содержания углекислого газа.

При чём тут люди?

Люди изменяют природу едва ли не быстрее и эффективнее любого вулкана или цунами. Что бы ни говорили о наших прекрасных и мудрых предках, живших в гармонии с матушкой-землёй, даже крохотные первобытные племена уже меняли ландшафт и биоценозы огромных территорий. Это легко доказать с помощью пыльцевого анализа для территорий, где точно известно время прибытия людей. Например, сразу после заселения Новой Зеландии местные аборигены-маори огнём сократили площадь лесов с 80 до 15 %. Только потом другие растительные сообщества восстановили площадь лесов до половины территории страны, что всё равно гораздо меньше, чем было. Уничтожение лесов запускает комплекс других процессов — деградацию почв и интенсивную эрозию.

За 12 тысяч лет, прошедших с момента появления сельского хозяйства и социального расслоения, площадь лесов на Земле уменьшилась почти вдвое — на 46 %. Радикально сократился ареал крупных диких животных, скажем львов, когда-то живших на Кавказе. На грани вымирания и многие другие животные, например сайгаки и леопарды. Влияние человека тут неоспоримо. Несколько сложнее установить роль человека в вымирании мамонтов и прочей четвертичной мегафауны, начавшемся 120 тысяч лет назад (как раз тогда люди стали расселяться).

Современные исследования утверждают, что количество видов растений и животных на Земле в последние века стремительно сокращается.

Почему массовое вымирание происходит именно сейчас?

Численность древних человеческих сообществ регулировалась войнами, эпидемиями, голодом и смертью — теми самыми четырьмя всадниками Апокалипсиса. Успехи доказательной медицины XIX–XX веков, от гигиены родов до пастеризации и вакцинации, привели к тому, что население выросло почти в 8 раз, невзирая даже на мировые войны и отдельные эпидемии. Железная дорога и пароходы в XIX веке позволили бороться с неурожаем и голодом. XX век ознаменовал новую эпоху сельского хозяйства: тракторы заменили лошадь.

Популисты божественным провидением гарантировали: стоит только распахать землю, а уж дожди прольются и урожай вырастет. Уровень познаний в государственных и околонаучных организациях на рубеже XIX–XX веков был настолько низок, что подобные концепции становились основой аграрной политики. Но короткие сельскохозяйственные бумы заканчивались экологическими и экономическими катастрофами.

Интенсивная распашка прерий в 1920-х годах в США уже к началу 1930-х привела к пыльным бурям и опустыниванию. Сотни тысяч разорённых фермеров и колонистов были вынуждены переехать в другие штаты. Только спустя десятилетие, после экстренной разработки и внедрения мер защиты земель (лесополос и севооборота), земля начала восстанавливаться.

Спустя почти 30 лет СССР полностью проигнорировал опыт США. Освоение целины в Средней Азии, Поволжье, Сибири и на Дальнем Востоке в первые годы дало рекордные урожаи, но итог был тот же — опустынивание и пылевые бури. Закончилось это закупкой зерна в Канаде за нефтедоллары и эпохой дефицита.

Экспериментами в сельском хозяйстве в конце 1950-х отличился и Китай. Известен план уничтожения воробьёв и других мелких птиц, которых считали вредящими сельскому хозяйству. Спустя год-другой на полях расплодились гусеницы в таких количествах, что воробьёв пришлось закупать… в Канаде и СССР.

Подобные проблемы не обходят ни одну страну с большим населением. Десятилетия промышленного загрязнения Ганга вывели его в семёрку самых грязных рек — а ведь его воду используют для питья около полумиллиарда человек. Аналогичные проблемы были у европейского Рейна, и только целенаправленная межгосударственная политика исправила ситуацию.

Потребительское отношение к природе заложено в антропоцентризме

Установка «человек — глава природы» начинается в шаманских культах (впрочем, некоторые из них хотя бы признают некоторых животных равными по статусу человеку) и постулируется в «развитых» религиях:

«И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему [и] по подобию Нашему, и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, [и над зверями,] и над скотом, и над всею землею».

Философия продолжила утверждать антропоцентризм. Широко распространившиеся идеи гуманизма требовали равенства людей и признания ценности жизни. Тем не менее гуманистическая этика и мораль ничего не говорили об отношении к окружающей среде — более того, она считалась средством достижения этого равенства.

Многие социологи считают, что предтечей современного капитализма была протестантская трудовая этика. Протестанты как в Европе, так и в Америке добивались больших экономических успехов, поставив во главу угла труд и некую выдержку из Библии о гарантиях прав рабочих. Но и эта этика ничего не говорила о защите окружающей среды.

Ранние социалистические движения, появившиеся на основе гуманизма и протестантской деловой этики, тоже подразумевали эксплуатацию природных ресурсов для достижения равенства людей. Знаменитая фраза Мичурина «Мы не можем ждать милостей от природы, взять их у нее — наша задача» — квинтэссенция этого подхода. При формальном атеизме тоталитарные левые течения никуда не ушли от библейской формулы «человек — это владелец природы». Правые течения провозглашали то же самое, но не отказывались от религии. Даже для радикалов XIX–XX веков идея о том, что человек не венец творения, была чересчур смелой.

Вне зависимости от личных убеждений и отношения к проблеме глобального изменения климата люди приспосабливались и приспосабливали к себе планету. Панамский канал не был бы нужен миллионы лет назад, потому что тогда не было перешейка между Америками. Суэцкий канал не понадобится через миллионы лет. Ла-Манш возник 500 тысяч лет назад в результате катастрофического прорыва ледникового озера. И туннели под морским дном для железной и автомобильной дороги — это ответ на такое изменение климата.

План поворота сибирских рек для орошения земель в Средней Азии, который появился ещё до революции 1917 года, в СССР и России стал ответом на продолжающиеся глобальные изменения климата.

Аральское море — это подсоленное ледниковое озеро, оставшееся нам в наследство от эпохи ледников и мамонтов. Приток воды в него нестабилен, и потому ещё 500–600 лет назад это озеро существовало только в виде отдельных водоёмов. Потом уровень воды вновь существенно поднялся — но, когда началось экстенсивное развитие сельского хозяйства в СССР, он начал резко снижаться, так что объём озера уменьшился в 10 раз. Водозабор нарушил хрупкий баланс притока и оттока (испарения и просачивания воды в земные недра). Можно неоднократно пересматривать изменения его береговой линии за последние полстолетия.

Море высыхает быстрее, чем выходят новые учебники по географии!

Опустынивание — одна из ведущих проблем не только стран центральной Евразии, но и России, где за 15 лет из оборота выбыло 15 миллионов гектаров земель. Каждый год в пустыню превращается квадрат земли 100 на 100 км. Это не проблема где-то на горизонте неизвестно у кого, это проблема, которая касается каждого.

Мелиорация в СССР затронула не только пустынные регионы, но и болота. Только за четверть века, вплоть до распада страны, люди осушили более 3 миллионов гектаров болот. И если где-то это решало некоторые социальные проблемы, то в конечном счёте такой подход не особенно помог увеличить количество сельскохозяйственных земель. Зато сильно возросло количество лесных пожаров. За одно лето 2010 года сгорело более 100 населённых пунктов, а смертность по стране выросла на 17,5 %. Последние 10 лет большая часть пожаров случается в Сибири, их площадь достигает почти 100 тысяч гектаров.

Количество лесных пожаров, как и продолжительность пожароопасного сезона, увеличивается год от года по всему миру, и это напрямую связывают с процессами глобального изменения климата. Исчезновение травяного и древесного покрова ускоряет опустынивание. Кроме того, леса сами по себе влияют на климат благодаря отражательной способности и регулированию влажности воздуха. Тропические леса температуру понижают, в то время как северные способствуют более тёплым зимам. Именно поэтому уничтожение деревьев, например вырубка лесов в Бразилии, вызывает столько внимания.

При опустынивании, выгорании торфяников и лесных пожарах углерод, прежде связанный в органическом веществе, переходит в углекислый газ. Эти выбросы нужно прибавить к промышленным выбросам, которые, кстати, в прошлом году опять побили исторический рекорд.

Климатические беженцы

Краткосрочные изменения климата почти никогда не заканчиваются хорошо: ухудшение условий жизни, подорожание продуктов питания, потеря работы, вынужденная миграция. Пример тому — уже упомянутое высыхание Аральского моря. Недавно и ООН признала изменения климата фактором миграции. Трудовые мигранты из Средней Азии появились в том числе из-за проблем ведения сельского хозяйства и сокращения возможностей для животно- и рыбоводства на родине.

Подъём уровня Мирового океана угрожает существованию целых стран: в опасности Нидерланды, Бангладеш, Нигерия и другие. Кстати, в одном только Бангладеше населения больше, чем во всей России. Все эти люди будут куда-то переезжать. И любители побряцать оружием (к сожалению, такие есть и при обсуждении подобных вопросов) должны учитывать, что у этих стран армия будет, а страны, которую можно потерять, — нет.

Но ведь растения питаются углекислым газом, разве это не спасает?

Повышение концентрации CO2 действительно способствует росту растений, для которых он является основной «пищей». По экспериментальным оценкам, растения на суше поглощают почти половину выбросов промышленности. К сожалению, значительную часть подобных исследований справедливо упрекают в том, что их эксперименты далеки от реальных условий: например, в них сравниваются растения при одинаковой температуре. В ситуации, когда повышаются среднегодовые температуры, этот подход некорректен.

С ростом температуры многие растения сокращают количество устьиц (пор для газообмена). Так они уменьшают потери влаги — при том, что количество поглощаемого углекислого газа остаётся близким к прежнему. В краткосрочной перспективе повышение содержания CO2 может дать прирост зелёной массы. Но в долгосрочной (и не сбрасывая со счетов все остальные факторы) — растения будут эволюционировать в сторону… кактусов. Которые, в общем, погоды не делают — в прямом смысле этого слова.

Крайне оптимистичная недавняя публикация сообщает, что за последние 30 лет площадь лесов на планете выросла на 7 %.

Авторы разработали свою систему деления суши по типам растительности, что может давать свою погрешность — и они сами признают, что их результат отличается от всех других исследований.

Прирост лесов по большей части происходит за счёт европейской части бывшего СССР, Китая и Индии, где действуют запреты и строгие ограничения на вырубку.

Китай, впрочем, всю нужную ему древесину уже давно импортирует, в том числе и из российской Сибири. Лесозаготовки ведут к многочисленным пожарам, в абсолютном большинстве которых виноват именно человек — тот самый заготовщик леса. От пожаров гибнет в разы больше леса, чем от рубки. Другой проблемой является то, что в России фактически не требуют восстанавливать лесные угодья. А это то, что должно быть обязательно. Без целенаправленного восстановления начнётся заболачивание и рост сорного леса.

Обвинять Китай, США или Европу куда проще, чем признавать (и пытаться решать) проблемы лесного хозяйства в своей стране. Для сравнения: у крохотной Новой Зеландии территория лесных плантаций — 7 % площади страны, а по экспорту леса-кругляка эта страна даже обгоняла Россию! Хотя если и «честно» учесть всю продукцию из дерева, Россия в разы опережает страну киви — но что могло бы быть при рациональном природопользовании?

Восстановление лесов на европейской части бывшего СССР обеспечивает значительную часть упомянутого в статье прироста. Оно связано с общим запустением, забрасыванием полей и промышленных объектов. Уберите человека — и в природе всё наладится! Независимо от личного отношения к СССР и его распаду нужно признать, что цена такого восстановления лесов крайне велика. Наверняка этого можно добиться и с меньшими затратами.

Помимо того, что для восстановления леса человечеству нужно куда-то отступить, отдать часть освоенных земель (пустыни зарастают не так быстро), для растений нужен не только высокий уровень CO2 в атмосфере. Нужен оптимум и по другим необходимым для растений условиям — температуре и влажности. Если глобальное потепление продолжится, то растений не хватит, чтобы «спрятать» куда-то углекислый газ.

Мировой океан и его уровень

Мировой океан — второй «потребитель» углекислого газа после лесов. Он поглощает около четверти выбросов, так что всё равно концентрация газа в атмосфере растёт. Поглощение CO2 делает морскую воду химически более кислой. Это угрожает всем морским обитателям от планктона до рыбы, которую едят и люди.

Один из самых чувствительных элементов морской экосистемы — кораллы, причём страдают они не только от углекислоты, но и, например, от перегрева. Только из-за одного прихода тёплой воды в Большом барьерном рифе погибло до 30 % кораллов. Гибель кораллов, как и некоторого планктона, лишает океан организмов, связывающих углекислый газ в известняк. Кроме того, живой коралловый риф служит домом для множества других организмов — в том числе и тех, которых люди используют в пищу.

Чем меньше углекислого газа связывается в карбонаты скелетов и раковин морских организмов, тем кислее становится вода. Такая вода не только ускорит дальнейшее вымирание, не только не сможет принимать из атмосферы углекислый газ, но и начнёт растворять уже осаждённый карбонат. То есть количество CO2 будет только возрастать.

Другой проблемой является уровень Мирового океана. Недавний рекорд концентрации CO2 в атмосфере близок к показателю, который был несколько миллионов лет назад, когда уровень Мирового океана был на 10–20 метров выше современного. На протяжении последнего миллиона лет уровень углекислого газа был однозначно связан с уровнем Мирового океана, и нет оснований предполагать, что эта связь куда-то делась. Нас сохраняет инерция: нужно некоторое время, чтобы земной шар вошёл в равновесие с новым составом атмосферы. У нас ещё есть мороженое, но нужно торопиться, пока оно не растаяло.

Планета Земля и жизнь на ней существовали и в гораздо более жарком климате. Мы живём в одну из самых холодных эпох за последние полмиллиарда лет. Прошлые тёплые эпохи подарили нам, например, такой оборот речи, как «Москва белокаменная». Известняки Русской равнины накапливались глубоко под поверхностью моря. Море было и во времена динозавров: на части территории современной России 80 миллионов лет назад находился Поволжский архипелаг. Мы же живём в эпоху большой площади суши.

Суши может начать не хватать. Современная цивилизация привязана к морским портам и рекам, а много ли крупных городов в высокогорье? Подтопление суши даже на пару метров потребует переноса всей инфраструктуры. Те, кто живут в центрах континентов, заплатят ценами в магазинах.

Помогают ли модные технологии и подходы бороться с выбросами парниковых газов?

Возобновляемые источники энергии (солнечные панели, ветрогенераторы и ГЭС) сокращают выбросы в 30 и более раз даже с учётом производства. Такую разницу сложно списать на специфики подсчёта и манипуляции с данными. Дальнейшее улучшение технологий и более массовое производство может сократить выхлопы и отходы ещё сильнее.

Многие страны постепенно переходят на возобновляемые источники электроэнергии и ГЭС. Уже есть немало примеров стран, где эти источники являются основными, — среди них Австрия, Дания, Испания, Канада, Норвегия. В Дании, лидере возобновляемой энергетики, на долю ветра приходится более 40 % выработанной энергии, а к 2050 году стоит задача полностью отказаться от использования ископаемых видов топлива. Планка Евросоюза — 20 % к 2020 году.

Электромобили могут снизить выбросы в центрах городов и улучшить в них экологию. Это и повлияет на здоровье горожан в лучшую сторону и снизит затраты на их лечение.

В развитых странах, особенно в Скандинавии и Швейцарии, становятся популярны так называемые активные дома.

Энергосберегающие технологии и геотермальная энергия снижают расходы на отопление и электроэнергию, а сами домохозяйства становятся независимыми от централизованного энергоснабжения.

Запреты на использование одноразового пластика, которые сейчас обсуждаются и принимаются на всех или почти на всех континентах, позволят не только сократить количество мусора, но и радикально снизить выбросы — как при изготовлении, так и при переработке всего этого барахла.

Что можно сделать?

Люди заперлись в бетонных коробках с обогревом и кондиционером, а на работу ездят в машине с климат-контролем. Но это не значит, что люди теперь не зависят от окружающей среды. Им по-прежнему нужно есть, пить, одеваться и дышать. Почти всё это так или иначе связано с естественной средой. Это производство кислорода и питьевой воды, опыление сельскохозяйственных культур и даже выращивание растений для производства тканей.

Глобальное потепление и общее изменение климата — это реально наблюдаемый и статистически значимый факт. Единственное, в чём еще сомневаются, — это в его последствиях, хотя оптимистичных сценариев мало. Главная проблема точного прогноза — слишком сложное сочетание множества факторов и слишком малый период наблюдения, имеющийся в распоряжении современной науки: ещё 50–100 лет назад самого понятия парниковых газов просто не существовало. При дальнейшем изучении фундаментальных взаимосвязей в природе прогнозы станут точнее.

Современные развитые экономики становятся экономными, снижая издержки и количество производимого мусора; рост потребительской активности перестаёт быть первостепенной задачей правительств; автономные дома и удалённая работа снижают нагрузку на экологию. Но именно люди определяют, какое у них будет правительство и какие задачи оно будет решать. Самое важное — личная ответственность и понимание экологических проблем.

Сохранение природы и её восстановление не самоцель, это показатель того, что человек движется в нужном направлении для сохранения своей же среды обитания. В геологической летописи многократно были масштабные вымирания. Природа за миллионы лет восстановится — а человечества может и не стать.

А вот что еще интересно