Советское поле экспериментов: зачем убивали генетику в СССР

Советское поле экспериментов: зачем убивали генетику в СССР

Апокалипсис в искусстве. Путешествие к Армагеддону

Книга «Апокалипсис», или «Откровение св. Иоанна Богослова», — самая загадочная, устрашающая и сложная для понимания часть Нового Завета. Но с помощью шедевров мировой живописи автор «Ножа» Софья Багдасарова делает апокалипсис ближе и роднее. Книгу Багдасаровой «Апокалипсис в искусстве. Путешествие к Армагеддону» вы сможете найти на стенде издательства «Бомборра» на ярмарке Non/fiction с 28 октября. А для дорогих читателей «Нож» публикует фрагмент книги.

16 Число конного войска было две тьмы тем; и я слышал число его.
17 Так видел я в видении коней и на них всадников, которые имели на себе брони огненные, гиацинтовые и серные; головы у коней — как головы у львов, и изо рта их выходил огонь, дым и сера.
18 От этих трех язв, от огня, дыма и серы, выходящих изо рта их, умерла третья часть людей;
19 ибо сила коней заключалась во рту их и в хвостах их; а хвосты их были подобны змеям, и имели головы,и ими они вредили.
Кроме ангелов смерти, после звуков шестой трубы появляется и «две тьмы тем» (двести миллионов) воинов на огнедышащих конях с львиными головами и хвостами-змеями. Это очередные зловещие всадники книги. Поскольку изобразить такую огромную конницу невозможно, художники обычно ограничивались несколькими фигурами, из-за чего этих воинов подчас можно перепутать с эталонными Четырьмя всадниками, также убивающими людей. Однако в данном случае это делается не оружием, а огнем из пастей и хвостами, которые жалят. Сами конники при этом могут казаться совершенно индифферентными к происходящему.
Факундус. «Тьмы всадников убивают людей». Фрагмент миниатюры из «Беатуса Фердинанда I и доньи Санчи», Испания, 1047 г. (Ms Vit.14.2, Fol.174), Национальная библиотека Испании
20 Прочие же люди, которые не умерли от этих язв, не раскаялись в делах рук своих, так чтобы не поклоняться бесам и золотым, серебряным, медным, каменным и деревянным идолам, которые не могут ни видеть, ни слышать, ни ходить.
21 И не раскаялись они в убийствах своих, ни в чародействах своих, ни в блудодеянии своем, ни в воровстве своем.
Самые изысканные рукописные «апокалипсисы» — это те, что были созданы в XV веке, в период «осени Средневековья», когда это искусство было доведено до совершенства. В них нет наивного буквализма иллюстраций более раннего периода, а стилистика становится всё более и более реалистической, недаром украшением рукописей занимались и живописцы (например, Жан Фуке и Бартелеми д’Эйк).Здесь изображен сидящий Иоанн, перед ним — кони, которые уже закончили свою адскую жатву. Выжившие язычники (одетые по фламандской моде того времени) молятся идолу в часовенке.
«Тьмы всадников». Фрагмент миниатюры из «Фламандского апокалипсиса», 1400–1410 гг. (BNF Néerl3, Fol. 10r). Национальная библиотека Франции
1 И видел я другого Ангела сильного, сходящего с неба,облеченного облаком; над головою его была радуга, и лице его как солнце, и ноги его как столпы огненные,
2 в руке у него была книжка раскрытая.
В «Откровении» фигурирует множество ангелов, но этот «Ангел сильный», судя по тексту Иоанна, обладает самой удивительной внешностью, описать которую можно только «космическими» терминами. ХудожникиXVI—XVII веков пытались следовать этому описанию, и так возникали весьма странные фигуры — с ногами-колоннами, из которых исходит огонь, телом-облаком и головой-солнцем. Причем если живописец пытался рисовать это «реалистично», а не стилизованно (как на этой фреске), иногда получалось вообще нечто несуразное.
Захарий Зограф и другие. «Вручение Ангелом сильным книжки апостолу Иоанну», 1840-е гг. Фрагмент фрески в церкви Рождества Богородицы, Рыльский монастырь (Болгария)
Бенджамин Уэст. «Ангел сильный, стоящий на земле и на море». Ок. 1797 г. Частная коллекция
3 И поставил он правую ногу свою на море, а левую на землю,
и воскликнул громким голосом, как рыкает лев; и когда он воскликнул, тогда семь громов проговорили голосами своими.
Главная идея работ рубежа XVIII — XIX веков, когда этот сюжет вдруг стал популярен, выразить могущество и силу Ангела, поэтому в них больше нет «космических» деталей вроде ног-столбов. Ангел человекоподобен, а чудо выражается светом.
«Иоанн и Ангел сильный с книгой». Миниатюра из «Liber Floridus», Бельгия, 1460 г. (The Hague, KB, 72 A 23, Fol. 12v). Королевская национальная библиотека Нидерландов
4 И когда семь громов проговорили голосами своими, я хотел было писать; но услышал голос с неба,говорящий мне: скрой, что говорили семь громов, и не пиши сего. Любопытно, что в Средневековье, несмотря на страсть иллюстрировать «Откровение» буквально, при изображении Ангела сильного ограничивались светом и радугой, иногда — красным цветом ступней. Здесь узнаваемых деталей еще меньше. Зато подробно изображен эпизод с семью громами. Как и ветра, они выполнены в виде голов с открытыми ртами, выглядывающих из облака. Иоанн выведен на рисунке дважды — сначала он слушает приказ с неба, потом берет книжку.
«Явление Ангела в облаке с раскрытой книгой». Миниатюра из «Толкового Апокалипсиса», Русский Север, 1885 г. Собрание В. В. Смирнова (Санкт-Петербург)
5 И Ангел, которого я видел стоящим на море и на земле, поднял руку свою к небу

6 и клялся Живущим во веки веков, Который сотворил небо и всё, что на нем, землю и всё, что на ней, и море и всё, что в нем, что времени уже не будет;

7 но в те дни, когда возгласит седьмой Ангел, когда он вострубит, совершится тайна Божия, как Он благовествовал рабам Своим пророкам.

Хотя расцвет русских лицевых «апокалипсисов» пришелся на XVII век, однако их продолжили создавать и в послепетровскую эпоху. Несмотря на распространение книгопечатания, это искусство не умерло благодаря старообрядцам, которые не покупали «государственные» издания, созданные, по их мнению, теми, кто отошел от правильной веры из-за Раскола патриарха Никона. Печатать свои, дониконовские версии священных книг старообрядцы длительное время не могли.Старообрядцы копировали книги с образцов предыдущих веков, используя прориси и сохраняя их иконографические схемы. Однако художественный уровень и стилистика иногда станови- лись крайне упрощенными.
«Ангел сильный вручает книжку апостолу Иоанну». Миниатюра «Аусбургской книги чудес», Германия, ок. 1552 г. (Fol. 184). Частное собрание
8 И голос, который я слышал с неба, опять стал говорить со мною, и сказал: пойди, возьми раскрытую книжку из руки Ангела, стоящего на море и на земле.

9 И я пошел к Ангелу, и сказал ему: дай мне книжку. Он сказал мне: возьми и съешь ее; она будет горька во чреве твоем, но в устах твоих будет сладка, как мед.

Здесь представлен эталонный образец «космического» Ангела сильного, изображенного «реалистично» (в отличие православной стилизации). Эта буквалистская иконография возникла в XV веке, и в конце столетия была подхвачена и эффектно проработана Дюрером. В XVI веке образ перекочевал в гравюры других европейских авторов, которые позже вдохновили православных художников.«Аугсбургская книга чудес» — уникальный манускрипт, посвященный небесным явлениям (метеорам, миражам и т. п. Однако открывает книгу несколько миниатюр про чудеса Ветхого Завета, а закрывают — катастрофы «Откровения».
Альбрехт Дюрер. «Иоанн съедает книжку», фрагмент листа No 10 из цикла «Apocalypsis cum Figuris», 1498 г.
10 И взял я книжку из руки Ангела, и съел ее; и она в устах моих была сладка, как мед; когда же съел ее,то горько стало во чреве моем.

11 И сказал он мне: тебе надлежит опять пророчествовать о народах и племенах, и языках и царях многих.

Иоанн проглотил книгу — выражение, которое мы используем до сих пор в переносном смысле. Будучи воплощенным визуально, как и многие другие образы из «Откровения», оно производит странное впечатление. Даже у Дюрера сцена выглядит своеобразно. У других же, менее талантливых художников, получается намного хуже. Большинство художников предпочитали изображать предшествующий момент — Ангела, который только протягивает книжку Иоанну.