Черный Альпинист и девочка-фантом из Красноярска: откуда берутся жуткие герои популярных современных легенд

Современные «ужасные истории» о проклятых местах, маньяках, духах, криптидах и прочих мистических явлениях создаются не только для того, чтобы пощекотать людям нервы, — они выполняют некоторую социальную функцию, считают антропологи и фольклористы. Почему туристы травят «жуткие» байки об обитающих в горах призраках, как в России появилось свое лох-несское чудовище и в чем причина популярности легенды о ребенке, который не взрослеет, выясняет Иван Ковальчук.

Исследователи полагают, что современная легенда содержит «скрытое послание», которое можно рассматривать как симптом тревожного состояния распространяющей его группы. Поэтому пугающие бабайки рождаются и существуют даже сегодня, в век интернета и фастфуда. Тут следует сразу оговориться: в отечественной фольклористике для обозначения того типа неформальных нарративов, о которых пойдет речь далее, нет устойчивого термина. Как отмечает в статье «Сюжет — это симптом? Как фольклористы изучают городские легенды» социальный антрополог Анна Кирзюк, современные легенды также называют городскими, в англоязычной и франкоязычной литературе эти понятия используются как синонимичные.

Из той же статьи ясно: любая современная легенда выполняет социальную функцию. Есть две точки зрения на то, в чем она заключается. Согласно первой, современная легенда отражает страх, дискомфорт и проблемы, которые сложно сформулировать простыми словами (механизм фольклорной артикуляции [термин А. Кирзюк, А. Архиповой. — Прим. ред.]). Согласно второй, легенда помогает справиться с дискомфортными эмоциями, предлагает символическое решение проблемы (механизм фольклорной компенсации). Возникает парадокс: иногда страшилки создаются для того, чтобы облегчить людям жизнь.

Но у интерпретативного подхода есть свои противники. Так, американский фольклорист Билл Эллис считал поиски скрытых значений в таких историях бесполезными и уверял: современная легенда существует, чтобы развлекать аудиторию. Привет посиделкам у костра, которые частенько сопровождаются «жуткими» байками.

Ученые до сих пор очерчивают границы жанра. Но, по мнению Кирзюк, наиболее развернутое определение современной легенды принадлежит канадскому фольклористу Полу Смиту.

Согласно Смиту, современная легенда:

  1. Не имеет четких формальных свойств: «устойчивой текстовой структуры, формульных зачинов, концовок и сложно развитой формы».
  2. Передается по различным каналам коммуникации: «от новостного репортажа до застольной речи».
  3. Имеет установку на достоверность: «рассказывается так, будто описывает реально произошедшие события».
  4. Опирается на современную реальность: «рассказывая о событиях так, будто они произошли недавно, эти истории фокусируются на обычных людях и знакомых местах».

Подробно изучать современные легенды начали только в середине XX века. Фольклористка Линда Дег из университета Индианы разобрала несколько легенд, имеющих общий признак: они пугали и рассказывали об экстраординарных событиях. Чуть позже понятие современной легенды вышло за пределы «ужасных историй» (horror stories), но первые собиратели этих фольклорных нарративов — профессора и студенты американских колледжей — исследовали именно «жуткие» небылицы. В центре тех историй оказывались призраки, маньяки и проклятые места.

В конце 1990-х, объясняя разницу между традиционными и современными легендами, Пол Смит предложил исключить из числа последних сюжеты с элементами сверхъестественного. Но это лишь очередная попытка разрешить затянувшиеся терминологические споры фольклористов.

Чтобы почтить первопроходцев жанра, которых однажды чуть не выкинули за его пределы, мы собрали пять страшных героев современных легенд советского и постсоветского пространства, которые могли бы попасть в первые сборники американских horror stories, но ошиблись континентом. Выясним, откуда они появились и зачем понадобились людям.

Среди них: Черный Альпинист из 1950-х, банда топителей из 1960-х, пещерная мамаша из 1970–1980-х, Бросненское чудище из 1990–2000-х и девочка-фантом из Красноярска, героиня прошлого десятилетия.


Черный Альпинист

Свет нигде не пробивался, лишь неясен, дик и глух
Страшный хохот раздавался из прогнивших черных губ.

Это строчки из песни о Черном Альпинисте — культовом персонаже туристического фольклора. Некоторые путешественники из стран бывшего СССР утверждают, что видели в горах темный силуэт мужчины. Но их рассказы разнятся: призрак то преследовал жертв, то появлялся за спиной, то зависал в воздухе, то вступал в диалог с людьми. Все эти наблюдения можно списать на оптическую иллюзию, галлюцинации или банальную неразбериху (мало ли, вдруг черный цвет его физиономии — это просто горный загар).

Есть как минимум три версии происхождения Черного Альпиниста. В них совпадает один элемент: раньше этот парень был обычным путешественником, но погиб и превратился в фантом. В сборнике «Сибирская жуть» писателя Александра Бушкова и археолога Андрея Буровского рассказывается история об альпинисте, брошенном другими членами отряда, — он заблудился и умер от голода.

По другой версии, он почти добрался до вершины горы Ушба, но сорвался вниз из-за треснувшего ледоруба. Эту легенду рассказывал Сарым Кудерин, скалолаз, мастер спорта СССР и один из первых распространителей истории о Черном Альпинисте. По воспоминаниям горного инженера, писателя и краеведа Александра Лухтанова, Кудерин даже сочинил поэму о загадочном персонаже. Это произошло в послевоенные годы в одном из походов с участием юного Сарыма.

Я погиб на Ушбе грозной —
Треснул верный ледоруб.
От ветров, пурги морозной
Почернел и высох труп.
Я упал, окликнул друга,
Но ушли мои друзья…
В этот день ревела вьюга,
И замерз под снегом я.

Согласно третьей версии, альпинист лишился жизни из-за напарника. Они шли в связке, но наш герой сорвался и оказался над пропастью. Чтобы спасти себя, его партнер обрезал веревку и отправил товарища в мир иной. В зависимости от рассказчика история обрастает различными подробностями. Иногда в ней появляется любовная линия: якобы ребята не поделили девушку. Есть и те, кто считает, что подобный случай действительно произошел на Кавказе задолго до Великой Отечественной войны.

С тех пор призрак бродит по горам: то ли мстит всему человеческому роду, то ли ищет своего обидчика. Восходители рассказывали о странном обычае: ложиться спать в походе нужно головой к выходу. Черный Альпинист увидит лица людей, поймет, что среди них нет его врага, и уйдет. В противном случае он возьмет свою жертву за ноги, вытащит из палатки и только тогда проведет тщательный осмотр.

«Он теперь мстит за всех безвинно обиженных, так скажем. И он всегда ищет своего обидчика. Поэтому, когда ложишься в палатке, нужно ложиться головой к выходу, чтоб он подошел, посмотрел. Если он не увидит своего обидчика, он просто уйдет и ничего не сделает, а если он увидит ноги, он тебя вытащит, посмотрит уже снаружи, вот. Он помогает альпинистам, всем… Ну, в принципе, как он помогает… случаев много… сам я ничего не испытывал, не знаю… ну так, слышал».

Информатор: Воронин Владислав Александрович

И. Е. Ферапонтов «Современный городской фольклор» (фольклорный архив кафедры литературы Ульяновского государственного педагогического университета)

Несмотря на специфическую внешность и пугающую предысторию, некоторые распространители легенды считают призрака справедливым хранителем гор. Он наказывает «плохих» альпинистов и помогает «хорошим».

«Иногда добавляется еще, как начавшего падать „хорошего“ будто поддерживает кто-то, или как происходят всякие странности вроде веревки, попавшей в щель и там застрявшей намертво, или вдруг нашедшегося кулька с рафинадом или банки с тушенкой».

Из сборника «Сибирская жуть»

Вероятно, поэтому о Черном Альпинисте часто рассказывают восходителям-новичкам. Те должны понимать простые правила: не мусори, с напарником не ссорься, не предавай и чужое не присваивай. Бабайка придет и отругает. Или спасет, если что случится. Страхи и опасения компенсируются верой в справедливого духа, который не тронет добропорядочных или даст банку тушенки голодным.

Банда топителей

Во второй половине XX века диапазон сюжетов современной легенды расширяется. Теперь, чтобы стать героем жанра, не обязательно быть чудищем или привидением. Сверхъестественная составляющая отходит на второй план. Пример — легенда о банде топителей, которые якобы убивали купающихся в столичном бассейне «Москва».

До 1837 года на месте бассейна находился Алексеевский стародевичий монастырь, после — храм Христа Спасителя, разрушенный в рамках сталинской реконструкции Москвы, затем — недострой Дворец Советов, и только потом, в 1960-м, — самый большой бассейн в СССР, диаметром аж 130 метров. Отсюда выражение «Был храм, потом хлам, а теперь срам».

Однако место, на котором находился бассейн, называли опасным задолго до появления там гидротехнического сооружения. В 1930–1950 годах поговаривали о проклятии монахини.

«Легенды говорили о том, что монахиня разрушенного монастыря новый храм (то есть „хлам“) прокляла и поэтому-то большевики его и взорвали. В 1960 году на месте взорванного храма и не построенного гигантского Дворца Советов появляется не менее гигантский открытый бассейн „Москва“ (тот самый „срам“). И в этот момент о бассейне „Москва“ возникают легенды нового типа, в которых уже не было места сверхъестественному. В этих рассказах бассейн был опасен не потому, что место проклятое, а потому, что в нем орудует банда маньяков».

Из книги «Опасные советские вещи» А. Архиповой и А. Кирзюк

Так появилась банда маньяков-топителей. По легенде, они подплывали к жертвам, хватали их за ноги и отправляли под воду. Кто-то считал, что это были сектанты, которые мстили за храм, кто-то — что место проклято и поэтому люди тонут.

«История о столкновении со сверхъестественным превратилась в рассказ о маньяках — с почти полным исчезновением мистики <…>, но с сохранением идеи об опасном месте».

Из книги «Опасные советские вещи» А. Архиповой и А. Кирзюк

Зимой над открытым бассейном поднимались клубы пара — они скрывали лица возможных преступников и тела жертв. Мистический бэкграунд проклятого места рифмовался с недостаточной видимостью и ощущением небезопасности. Легенда артикулировала страхи людей: здесь дискомфортно из-за большого пространства и нахождения в неконтролируемой толпе, вопросы к организации процесса купания, понимание, что навредить может кто угодно, или, наконец, сомнения в том, что государство нас бережет. Но ее главной функцией, по мнению Кирзюк и Архиповой, стало «информирование и предупреждение окружающих о возможной опасности».

Доказательств существования водной ОПГ не было, но в «Москве» действительно тонули люди. В своей книге «Будьте здоровы и держите себя в руках» художник Андрей Бильжо рассказывает о гибели в бассейне своего школьного знакомого — мальчика из параллельного класса. В той истории не обошлось без столкновения религиозного с коммунистическим:

«Спустя много лет мама моя рассказала мне, что родители этого утонувшего мальчика были очень религиозными людьми и не разрешали ему вступать в комсомол. Якобы педагоги вели с ними всякие беседы, но они не поддавались».

Из-за несчастных случаев и плохой видимости глубину бассейна уменьшили до 1,85 метра. Говорят, дежурных на входе даже обязали следить за неким мужчиной (особые приметы — борода и длинные вьющиеся волосы), но подобный персонаж так и не посетил многострадальную «Москву». Может, всё-таки он был духом или того хуже — безбилетником?

Двуликая

Походный быт создает почву для развития современного фольклора. Опытные туристы делятся знаниями с еще зелеными товарищами, а специфическое природное окружение рифмуется с временной изолированностью людей от внешнего мира. Поэтому свои черные альпинисты есть и у исследователей пещер — это Белый Спелеолог и Двуликая, его мамаша.

Эту парочку не связывают с конкретной пещерой, но мать и сына часто относят к разным легендам. В зависимости от рассказчика меняется и образ Двуликой. Ее называли хозяйкой Сьян, Эвой и Грезой. Говорили, что она явится к заблудившимся, если трижды выкрикнуть ее имя, и приписывали ей яркое свечение и ужасающий смех.

Двуликая слоняется по пещерам не просто так: она ищет своих детей. По одной версии — сразу трех сыновей, по другой (из подмосковных Силикатов) — сына-дембеля, того самого Белого Спелеолога. Об этом, в частности, рассказывал публицист Валерий Чумаков журналу «Огонек» (от 27.12.1998). Он ссылался на некоего «системщика», по версии которого, Белый Спелеолог (демобилизованный солдат) приехал в близлежащее село после войны и увидел, что плита, расположенная над входом в каменоломню, просела. Он стал удерживать ее, чтобы люди смогли выбраться, но обессилел и оказался под глыбой. Когда плиту подняли, его труп не обнаружили, и мать отправилась в пещеру на поиски. Не вернулась до сих пор.

Во многих вариантах легенды совпадает интересная деталь — наличие у Эвы двух обликов/лиц: одно — красивой женщины — спереди, второе — безобразной старухи (в некоторых версиях даже мужчины) — сзади. Дальше разворачивается стандартный для туристического фольклора сюжет: к добропорядочным спелеологам она поворачиваются передом, к подлым — задом. Первые, о чудо, выйдут из пещеры, а вторых, о расплата, заведут вглубь без шансов на спасение.

«Она является то в облике молодой женщины, а то в образе старухи. А если кто-то заблудится и она придет к нему молодой, то этот человек всё равно куда бы он ни пошел, то выйдет. А если увидит старуху — даже если не заблудился, то заблудится и из пещеры не выйдет».

Из книги «Современный городской фольклор» А. Ф. Белоусова, И. С. Веcеловой, С. Ю. Неклюдова

Как отмечают авторы книги «Современный городской фольклор», мистические легенды позволяют сплотить посетителей пещеры, приобщить зачастую малознакомых людей к чему-то общему и сакральному.

Но не обходится и без функции фольклорной компенсации: веди себя хорошо, и, даже если заблудишься, Эва выведет и спасет. Хоть какая-то помощь в преодолении человеческих страхов.

«А Эва — она двуликая. Кто ходит в пещеры, если он никого не бросает, всегда чувствует ответственность за другого — тому может явиться прекрасная такая женщина. Соответственно — наоборот. Предателям никакой веры нет. Она всегда просто появляется и ведет. Но одних ведет в одну сторону, а других — в другую. И оборачивается к ним одним из двух своих лиц».

Информатор: Трофимов Павел

Из материала научного журналиста И. Е. Ферапонтова

Установить, когда Двуликая стала частью туристического фольклора, практически невозможно. Но эта женщина фигурировала в первых рассказах спелеолога, писателя Константина Серафимова, датированных еще 1978 годом.

Серафимов посвятил этой страшилке главу в сборнике «Голубой сталагмит», в которой есть такие слова: «Горе тому, кто увидит зловещий оскал Старухи — грохот обвала или черная пасть колодца навсегда отрежут ему дорогу к солнцу».

Двуликая оказывается духом-хозяином, «сменившим» славянскую мифологию на современный фольклор. Поразительное умение некоторых спелеологов ориентироваться в запутанных лабиринтах пещер, так называемую спелеоинтуицию, часто списывают на благоволение Двуликой. Раньше ее наверняка назвали бы «Пещерная» — по аналогии с Лешим, Водяным и Домовым.

Бросненское чудовище

Драконообразное чудище из Тверской области едва ли удивит любителей современного фольклора. Похожий криптид — животное, существование которого не доказано наукой, — обитает в озере Лох-Несс. И говорят о нем намного чаще.

Российского динозавра, несмотря на рассказы очевидцев, так и не нашли. Известно лишь, что криптид живет в озере Бросно (в 300 километрах от Твери), является хищником и своим внешним видом напоминает потомка плезиозавра: длинные шея и хвост, драконоподобная голова. О нем впервые заговорили в середине 1990-х: якобы и лодки переворачивает, и людей крадет.

Репортаж о Бросненском чудище появился в межобластном еженедельнике «Караван + Я», а в декабре 1996 года криптидом заинтересовалось британское информагентство Reuters. Оно выпустило материал под названием “Russia’s „Nessie“ frightens villagers” («Российская „Несси“ пугает жителей села»), в котором были приведены рассказы двух местных старушек. Первая, Варя, боялась, что чудовище заползет в ее дом (“The monster could crawl into my house any day”), а вторая, Таня, якобы видела дракона с головой рыбы (“I saw a head, like a fish — and big”). Легенды о ком-то большом и страшном связывали с глубиной водоема: в некоторых местах она достигает 41 метра.

Достигнув пика популярности, гигантское чудо-юдо превратилось в вечного сторожа русской хтони. Вадим Чернобров, основатель «Космопоиска», посвятил Бросненскому чудищу главу в книге «Энциклопедия загадочных мест Тверской области». Там же собраны связанные со странным драконом легенды.

Якобы в XIII веке Бросненское чудище в одиночку расправилось с татаро-монгольским войском: оно слопало захватчиков вместе с лодками. А несколько веков спустя повторило свой подвиг — полакомилось немецким самолетом Messerschmitt. Как утверждается в статье «Независимой газеты», автор этой истории, местный житель Савелий Калмыков, сидел в кустах и наблюдал за неравной битвой фашиста и плезиозавра.

«Самолет, видно, был подбит и летел очень низко к воде. Фашист хотел дотянуть до суши, и только выправил машину, как вдруг из воды появилась огромная зубастая пасть, ткнулась в железный бок самолета, тот потерял управление и грохнулся прямо в воду. Пилот ничего сделать не успел, а мы, мальчишки, сидели в кустах и долго восхищались Бросней, который потопил гада».

Информатор: Савелий Иванович Калмыков

Из материала «Дракон из Тверской области»

В 2002 году мифы о Бросне развеяли ребята из всё того же «Космопоиска». Они привезли на озеро зоологов и поисковиков. Оказалось, что на видеозаписях местных жителей роль дракона поочередно исполняли кабан и утка, а похищенные люди (в том числе якобы съеденная чудищем девочка) — всего лишь мистификация. Более того, популяризаторами чудовища оказались предприимчивые бизнесмены, купившие водоем.

«О „съеденной“ девочке никто из жителей в четырех оставшихся на озере деревнях не знал! Зато все уверенно отсылали всего к двум людям („Они всё придумали, если кто и говорит, что видел, так это только они!“). Найти этих двух людей (Николай Александрович и его сын Алексей) было несложно, сложно было застать этих занятых бизнесменов на месте. Не лишенные деловой хватки, они сначала пообещали показать место жительства чудовища („Сами видели его именно там!“) за 25 000 долларов, но, узнав, что имеют дело с научной экспедицией, вдруг изменили свое мнение и заявили, что „никогда ничего и никого не видели!“».

Из книги В. А. Черноброва «Энциклопедия загадочных мест Тверской области»

Но другие очевидцы — например, работники колхоза «Рахновский», которые описывали чудовище как «тварь с выступающими позвонками», или юный Савелий Калмыков — не врали, скорее путались. Чернобров рассказывал, что анализы показали: на дне озера находятся сероводородные гидраты, которые иногда «вскипают». Выступающие позвонки и длинную шею дорисует разыгравшееся воображение, а формат современной легенды поможет описать аномальное явление простыми словами.

«Для „вскипания“ гидратной подушки достаточно незначительного внешнего воздействия (хлопка от взрыва, падения якоря и т. д.). Последствия от такого банального бросания якоря в ненужное время в ненужном месте могут быть катастрофическими. Будь на ближайших холмах какой-нибудь очевидец, то подобное исчезновение в пучине вод он вполне мог бы расценить как „разверзшуюся пасть“ (с изрыгани­ем огня или без оного), которая проглотила своих жертв».

Из книги В. А. Черноброва «Энциклопедия загадочных мест Тверской области»

Девочка-фантом из Красноярска

Источник

Границы жанра современной легенды размыты, и вопросы возникают даже к, казалось бы, вечному определению Пола Смита. Анна КирзАлександра Архипова всё же настаивают, что сюжет современной легенды должен существовать именно в пределах города, хотя Смит не ставил жанр в такие рамки.

Но в статье «Сюжет — это симптом? Как фольклористы изучают городские легенды» Кирзюк признает: проблемы дефиниций и споры о том, что является, а что не является современной легендой, интересуют только фольклористов. В отличие от ученых распространители и слушатели современных легенд не задумываются о рамках формата. И в этом плане англоязычный масскульт не сильно отличается от русскоязычного.

«Если среди ученых иногда ведутся терминологические споры, то создатели и потребители англоязычного масскульта не испытывают никаких затруднений с использованием термина „городская легенда“. Снимаются фильмы под названием „Городские легенды“, появляются сайты, на которых интернет-пользователи обмениваются забавными историями или разоблачают очередные легенды, появляющиеся в социальных сетях и СМИ под видом новостей».

Из статьи «Сюжет — это симптом? Как фольклористы изучают городские легенды» А. Кирзюк

Так, знаменитая легенда о девочке-фантоме из Красноярска хоть и не попадает под определение Пола Смита (она как минимум не опирается на события, произошедшие недавно), но всё же называется городской легендой в средствах массовой информации. Да и первые ее распространители, работники Красноярского краевого краеведческого музея, называют ее главного персонажа, ребенка, героем «городских легенд и баек археологов».

Провинциальный фантом пребывал в безвестности больше сотни лет. О нем узнали только в 2015 году. Работники музея и редактор полиграфической компании «Ситалл» получили в распоряжение архивные фотографии и обнаружили на четырех стеклянных негативах и как минимум двадцати снимках девочку в белом платье. Слово «фантом» появилось потому, что некоторые снимки, по словам музейного работника Ильи Куклинского, «были атрибутированы как конец XIX века, а другие — как начало XX века».

«[Полиграфическая] компания „Ситалл“ запросила в нашем музее несколько исторических фотографий Красноярска, и эти снимки имели разные датировки. И когда редактор типографии работал с фотографиями, он обратил внимание, что на этих снимках присутствует одна и та же девушка».

Можно подумать, что кто-то из родителей фотографировал свою дочь на фоне красноярских достопримечательностей: Пушкинского городского театра, Воскресенского собора, торгового дома Гадалова. Но хорошо разглядеть девочку удалось только благодаря современному оборудованию. Она явно не героиня снимков: то ютится среди мальчишек, то сливается со стеной, то стоит в углу или на крыше.

Источник
Источник
Источник

Элементы одежды девочки менялись, но неизменными оставались длинная коса и недовольное выражение лица. На фотографа, по информации музейных работников, указывают инициалы «Ф.Е.А.» на обратной стороне снимков. Но его личность так и не установили.

Вначале в качестве возможных авторов назывались издатель Николай Иванович Григоровский (снимки поступили в музей из его книжного магазина) и фотограф Людвиг Юльевич Вонаго (от него — стеклянные негативы). Однако сотрудники музея уверены: фотографии сделали не они.

«Четыре негатива поступили в наши фонды в 1934 году. По всей документации они оформлены как негативы фотографа Людвига Юльевича Вонаго. Это известный красноярский фотограф. Но Людвиг Юльевич в основном снимал не в большом формате, а в половинчатом и практически все свои негативы подписывал. Кроме того, мы знаем, что в начале двадцатого века Вонаго не был женат, и у него не было детей… Практически сто процентов, что эти негативы просто у него хранились».

Из лекции Ильи Куклинского, заведующего информационным отделом Красноярского краевого краеведческого музея (май 2021 года)

Не обошлось и без народных разоблачителей. Шерлоки из красноярских пабликов сочли загадочного ребенка плодом фотошопа. По другим версиям, девочку могли «использовать» для настройки баланса белого или в качестве необычного товарного знака фотографа. Или автор с ее помощью просто подчеркивал масштаб зданий по сравнению с человеком.

Так или иначе, появившись в российских СМИ, фотосессия обросла мистическими подробностями. В первую очередь из-за внешнего вида юного «призрака». Мол, как же так: между снимками, судя по датировкам, прошло как минимум несколько лет, но ребенок почти не изменился.

Девочка-фантом, может, и не стала частью городского фольклора, но обрела популярность в интернете. Всё же есть сомнения, что красноярцев действительно взволновал ноунейм в белом платье. Зато «Комсомольская правда» выпустила статью с громким заголовком, заявив, что девочка-фантом «лишила горожан сна». А «Пятый канал» даже обратился к экстрасенсу Денису Широкову. Парапсихолог уверен: по городу до сих пор гуляет неупокоенная душа повешенного (или задушенного) ребенка. Интересно только, почему призрак отбрасывает тень?

«Мы склоняемся к тому, что это был какой-то приезжий фотограф, который по каким-то рабочим делам приехал в Красноярск. Сколько-то дней или месяцев он провел в Красноярске и ему было интересно зафиксировать достопримечательности города. Возможно, с ним присутствовала дочь или племянница. А потом он свои снимки мог продать издателю Григоровскому, и таким образом снимки остались в Красноярске».

Из лекции Ильи Куклинского

Есть и шпионская версия: якобы секретный агент фотографировал стратегические объекты Красноярска, а ребенок отвлекал внимание горожан. Но другой и, пожалуй, главный вопрос: почему Красноярский краевой краеведческий музей обратил внимание на девочку только в конце 2015 года, а после забыл о ней аж на шесть лет.

Возможно, на этот раз главной функцией городской легенды стал пиар музея (недаром КККМ совместно с рекламным агентством IDstudio выпустил набор открыток «Девочка-фантом. Фотографии, на которых она есть»). И если так, криповый персонаж снова помог людям. Правда, в отличие от Черного Альпиниста, не банкой мифической тушенки, а вполне реальными купюрами и кликами.

«Мы, конечно, это всё обсудили с компанией [IDstudio] и решили придумать проект, который бы внес определенную мистификацию в историю города Красноярска и рассказал бы о феномене этого фантома. Как оказалось, снимки на самом деле сделаны в один период. Мы понимаем, что невозможно такое, чтобы одна и та же девочка была снята в 1890-е годы и в 1910-е. Такого не бывает. Это всё связано с тем, что предметы, которые поступают в наши фонды, в том числе и фотографии, не имеют точных датировок. И для того, чтобы датировать их, музейные сотрудники проводят какую-то атрибуцию, датировку, исходя из определенных параметров. Видят какие-то постройки, например, которые мы точно знаем, что построены к определенному периоду. Из-за этого и произошел этот момент, что, казалось бы, по документам снимки эти имеют разную датировку, но на них присутствует один и тот же человек».

Из лекции Ильи Куклинского