Это не «Черное зеркало». Тест о новых технологиях

Правда и мифы о коза ностра: как живет, чем зарабатывает и кого принимает к себе итальянская мафия в США

Убийство Кеннеди, дружба «крестных отцов» с Фрэнком Синатрой, цементные башмаки и гробы с двойным дном — ни об одной организованной преступной группировке не сложено столько мифов и легенд, сколько об итало-американской мафии. «Крестный отец», «Славные парни», «Клан Сопрано», «Казино», «Донни Браско», «Лиллехаммер», «Однажды в Америке», «Злые улицы», «Багси», «Бумаги Валачи» — все смотрели это кино, но мало кто знает, как живут реальные прототипы героев-мафиози. Разбираем известные поп-культурные мифы о мафии.

«Уже поздно быть хорошим».

Чарльз Лаки Лучано

Миф: мафиозные боссы не любят наркотики

Действительность: Так было в «Крестном отце». Неофициально в мафии до сих пор существует формальный запрет на торговлю наркотиками, однако ни одна семья, которая изначально противилась наркотрафику, не смогла устоять.

Наркотики — главная статья мафиозных доходов наряду с профсоюзным рэкетом. Даже всемогущие боссы, не любившие наркотики, вроде дона Карло Гамбино, не смогли проигнорировать этот бизнес.

«Крестный отец», лидеры кланов обсуждают вопрос, торговать наркотиками или нет

В 1959 году Вито Дженовезе сел в тюрьму за распространение. В семидесятых мафия перевозила героин из Европы при помощи сицилийских и корсиканских преступников. Это была так называемая связь через пиццерию, так как итальянские рестораны часто служили прикрытием для распространителей героина.

С наркоторговлей активно боролись такие боссы, как Винсент Подбородок Джиганте (семья Дженовезе), Пол Кастеллано (семья Гамбино) и Анджело Бруно (семья из Филадельфии). Это, впрочем, связано не с их моральным кодексом, а с пониманием того, что наркотики — красная тряпка для федералов.

В общем и целом политика мафии по отношению к наркотикам такова: «Не торгуйте дурью, но если торгуете, платите боссу часть доходов». Сейчас итальянцы не торгуют на улицах, предпочитая не вступать в конфронтацию с доминиканскими, афро-американскими или албанскими бандами, но продают наркотики дилерам.

Миф: мафия контролирует большинство профсоюзов в США

Действительность: отчасти это правда. Профсоюзный рэкет приносит коза ностра огромные деньги.

По данным ФБР, в Америке более 75 000 локальных профсоюзов, и у большинства из них есть свои собственные фонды. Конечная цель профсоюзного рэкета — доступ к этим деньгам.

Возможно, на национальном уровне от проникновения мафии удалось избавиться, но в Нью-Йорке, Буффало, Чикаго, Кливленде, Детройте и Филадельфии гангстеры всё еще имеют влияние на профсоюзы. Особенно это касается докеров в Бруклине и Нью-Джерси, а также строительных рабочих и фирм. Пять семей получают процент почти со множества строек в Нью-Йорке и Джерси: фирмы выплачивают зарплаты по расценкам профсоюзов, после чего на работу выходят рабочие мигранты, готовые трудиться за меньшие деньги. Разница идет в карман мафии.

Миф: у мафии есть священный кодекс молчания Омерта

Действительность: определяющий правила поведения друг с другом кодекс правил у коза ностра действительно существует.

Мафиози клянутся никогда не сотрудничать с властями, не разговаривать с полицейскими и отбывать свои тюремные сроки без жалоб. Омерта запрещает даже признавать существование мафии или признавать себя виновным.

Более того, само слово «мафия» под запретом: между собой гангстеры зовут свою организацию «коза ностра» или на английском ‘this thing of ours’. И то и другое в переводе на русский означает «наше дело».

Есть и другие правила. Гангстер не должен вступать в интимные отношения с женами, дочерьми или подружками других членов мафии. Любые разногласия решает босс. Никто не может прямо представиться члену мафии — их всегда «знакомит» общий друг. Запрещено употреблять и продавать наркотики (но это правило, как мы видели, повсеместно игнорируется).

И, наконец, самое важное: запрещается под каким-либо предлогом убивать полицейских или судей, поскольку это почти наверняка будет означать смертный приговор для клана. Этому правилу в Америке подчиняются даже буйные выходцы из Сицилии, которые на своей родине регулярно нападают на сотрудников правоохранительных органов.

За малым исключением, многие гангстеры регулярно нарушают кодекс. Омерта работала вплоть до появления закона RICO, по которому федеральные прокуроры могут использовать доказательства криминальной деятельности группы лиц для обвинения всех «сотрудников» преступной организации. Закон сделал возможным судебное преследование не только отдельных людей, но кланов в целом. Это привело к тому, что в семидесятых мафиози начали давать показания: теперь им грозило не три, пять или десять лет, а пожизненные сроки.

Так в 1985 году произошло невероятное: в ходе «дела Комиссии» были арестованы четверо из пяти боссов нью-йоркских кланов, а также их ближайшие подручные.

Наиболее успешно с осведомителями в своих рядах борется семья Дженовезе: за всю историю клана только восемь его членов сотрудничали с правоохранительными органами. Это связано с тем, что Дженовезе никогда не допускали в семью не стопроцентных итальянцев и с общим духом конспирации.

Миф: только стопроцентный сицилиец может стать членом коза ностра

Действительность: так было в «Славных парнях», но нет.

Параллельно с Первой мировой в Нью-Йорке шла война сицилийской коза ностра и неаполитанской каморры. Победу одержали сицилийцы, влияние неаполитанцев было уничтожено. Большая часть оставшихся без работы преступников влилась в состав сицилийских группировок. Учитывая, что в то время итальянцам одинаково не давали нормально работать, а возможности влезть в социальный лифт не было ни у кого вне зависимости от региона, — противоречия между сицилийцами, калабрийцами, апулийцами или неаполитанцами быстро сошли на нет.

Со временем правила ослабли, и быть чистокровным итальянцем стало необязательно. Главное — отец-итальянец и итальянская фамилия. Многие гангстеры не являются выходцами из Сицилии, и это никак не влияет на их статус. Например, Вито Дженовезе был неаполитанцем.

Сын босса семьи Гамбино Джона Готти, Джон Готти-младший, — на четверть русский. А вот Генри Хилл, главный герой «Славных парней», чьим отцом был ирландец, не мог вступить в семью Луккезе, несмотря на мать-сицилийку и долгую криминальную карьеру.

В 2000 году Комиссия боссов вернулась к старым правилам и постановила принимать в семьи только чистокровных итальянцев, считая их более лояльными.

Агент ФБР под прикрытием Джозеф Пистоне (Донни Браско, слева) чуть не был принят в семью Бонанно. Из досье ФБР

Это не мешало мафии задействовать в своих операциях ирландцев и евреев — особенно этим славился Чикагский синдикат. Кен Это по прозвищу Токийский Джо, японец из Калифорнии, больше тридцати лет организовывал подпольные казино и зарабатывал для своих боссов от 150 до 200 тысяч долларов в неделю. Польский еврей Джейк Гузик ведал финансами и политическими махинациями — шутили даже, что никогда еще в синагоге не бывало столько итальянцев, сколько пришло на его похороны. Валлиец Мюррей Верблюд Хамфрис отвечал в Чикаго за профсоюзный рэкет и более всех гангстеров походил на Вито Корлеоне: скрытный, осторожный, вежливый и предпочитавший взятки и договоры пистолетной пальбе. Хотя все они приносили мафии огромные доходы, Хамфрис, Гузик и Это так и не стали полноправными членами коза ностра и не получили положенных тому привилегий.

В последнее время мафия стала более закрытой, а этнические меньшинства стали основывать собственные преступные группировки.

Последним заметным подельником-неитальянцем был полукровка (индеец по отцу, итальянец по матери) Уилфред Малыш Вилли Джонсон — личный друг босса семьи Гамбино Джона Готти. Индеец стал информатором ФБР, потому что мафия отказалась поддерживать его жену и детей деньгами, когда он сел в тюрьму.

Джонсон шестнадцать лет был информатором, пока этот секрет не был случайно раскрыт федеральным прокурором Дианой Джиаколоне, которая пыталась убедить индейца свидетельствовать против Готти. Вскоре после этого Джонсон был застрелен киллерами коза ностра.

Геи, копы и женщины: кого еще не берут в мафию

Существуют и другие препятствия для вступления в коза ностра. Хотя мафиози жестоки и с удовольствием используют садистов и социопатов в своих интересах, в семью почти никогда не допускают «маньяков»: психические расстройства делают их ненадежными.

Не впускают в семью также и людей, служивших в полиции: даже если они только проходили курс в академии. Однако это правило несколько раз нарушалось: босс Бонанно Джозеф Массино скрыл то, что его шурин Сальваторе Витале работал тюремным надзирателем, и привел в семью.

В Филадельфии же в мафию приняли Рона Превите, который вырос в итальянском районе города и был грязным копом, пока его не уволили. Позднее Витале и Превите оба стали правительственными осведомителями.

Также для мафиози недопустимо быть бисексуалом или гомосексуалом. В 1992 году высокопоставленный член семьи из Нью-Джерси Джон д’Амато был убит своими же людьми после того, как выяснилось, что он принимал участие в свингерских вечеринках и вступал в половые контакты с представителями обоих полов.

Что касается женщин, то они могут принимать участие в криминальном бизнесе, но ни одна девушка еще не стала полноценным членом коза ностра. Иногда они выступают в качестве ростовщиков или управляют борделями и стриптиз-клубами, но выше «подельника» женщина подняться не может.

Это контрастирует с положением дел на Сицилии, где некоторые женщины поднимались до статуса «босса». В частности, в 2017 году в Риме была арестована Мария Анджела ди Трапани, жена и полноценная соправительница дона Сальваторе Ледяные Глаза Сальвино Мадоньи.

Миф: свидетели против мафии и осведомители долго не живут

Действительность: так было в «Крестном отце 2» — но ни коза ностра, ни мексиканские картели, ни китайские триады ни разу не сумели успешно ликвидировать человека из программы защиты свидетелей.

«Крестный отец 2». Фрэнки Пять Ангелов дает показания против Майкла Корлеоне

Иногда оставляют в покое даже тех, кто из программы выходит. Сальваторе Сэмми Бык Гравано, чьи показания позволили посадить всю верхушку семьи Гамбино в девяностые, уже почти 25 лет живет под своим именем в Аризоне. Он даже успел попасть за решетку во второй раз, занявшись вместе со своим сыном и молодежной бандой из Финикса «Дьяволовы псы» торговлей экстази.

Впрочем, мафия до сих пор пытается иногда устранять свидетелей. В октябре 2016 года член нью-йоркской семьи Луккезе Джозеф Джоуи Очки Дателло получил от своего босса указания отправиться в штат Нью-Гэмпшир и убить человека, который, согласно записям суда, был информатором полиции. Однако мафиози не сумел отыскать свою жертву и теперь находится под судом, его обвиняют в покушении на убийство.

Миф: у мафии есть свой особый ритуал инициации

Действительность: так было в «Клане Сопрано» — и да, он действительно есть.

Главный новатор организованной преступности, злой гений Чарли Лучано, хотел отменить инициацию еще в тридцатые годы, однако Вито Дженовезе и другие консервативные мафиози убедили его сохранить церемонию.

Документальный фильм «Путеводитель по мафии» — сцена приема в семью

В преступную семью нельзя записаться добровольцем. Начинающий преступник должен доказать свое умение зарабатывать и выполнять приказы, не задавая лишних вопросов. Последнее испытание — выполнение контракта на убийство.

Это одновременно и выражение абсолютной верности мафии, и доказательство того, что потенциальный рекрут — не полицейский под прикрытием. Это называется «сделать кости».

Порой проверенных ветеранов или добытчиков впускают в семью, разрешая исполнить вспомогательную роль — быть за рулем машины и отвезти убийцу, а после помочь ему скрыться или избавиться от тела.

Хотя в мафии есть специалисты по мокрухе, каждый член организации должен понимать, что ему в любой момент могут приказать убрать любого человека — хоть бы и своего лучшего друга. Часто так и бывает для конспирации: жертва никогда не ждет, что убийцей окажется кто-то близкий.

Вплоть до девяностых годов все семьи должны были передавать списки потенциальных членов клана Комиссии, чтобы те одобрили их. Теперь же о принятии сообщают постфактум: семья Коломбо недавно приняла полдюжины новых членов без санкции Комиссии.

За потенциального рекрута должны поручиться двое уже состоявшихся преступников. Вплоть до скандала с Донни Браско — агентом ФБР под прикрытием Джозефом Пистоне, которого чуть было не приняли в семью Бонанно, — нужен был всего лишь один, но с тех пор правила ужесточились.

Клан «открывает книги» — то есть принимает новых членов. Тогда рекруту звонят, велят хорошо одеться и приготовиться, а затем отвозят к одному из старших членов группировки. Там молодому гангстеру в окружении его коллег сообщают о том, что коза ностра — тайное общество, которое покидают только в гробу. На столе в комнате лежат нож или пистолет, и, когда босс спрашивает, использует ли преступник их, чтобы защитить своих друзей в клане, рекрут обязан ответить «да».

Тогда ему прокалывают палец, дают карточку с изображением святого и орошают его кровью изображение христианского мученика. После этого босс кладет карточку в руки гангстера и поджигает. Новый член коза ностра перетирает пепел в руках, а босс говорит: «Если ты раскроешь секреты нашего дела и предашь своих друзей в семье, так сгорит твоя душа в аду».

Затем рекрут произносит клятву верности мафии и отныне становится членом преступной семьи. Клятва не универсальна: к примеру, члены организации Капоне приносили присягу на верность именно ему, а не коза ностре — и без всякого религиозного подтекста. Тем не менее суть везде одна и та же.

Детали ритуала инициации хранились в секрете, и публичная общественность узнала о них только в 1963 году. В 1989-м агенты ФБР сумели добыть аудиозапись церемонии бостонской семьи Патриарка, после чего клан понес серьезный ущерб в репутации, их презирали за неспособность сохранить величайший секрет мафии.

В 2015 году информатор Винсент Морена помог ФБР получить видеозапись ритуала, который проводил капитан нью-йоркской семьи Бонанно Дамиано Зуммо. Несмотря на то что мир мафии населяют люди циничные и безжалостные, ритуал инициации для них — действительно святыня, которая позволяет членам семьи почувствовать себя единым целым.

Миф: мафия контролирует большинство других преступных группировок

Действительность: нет. Вплоть до семидесятых мафия обладала огромным могуществом и облагала остальные группировки в Нью-Йорке, Чикаго, Филадельфии и Бостоне «уличным налогом» на любую незаконную деятельность, однако сейчас это давно в прошлом.

Еще в восьмидесятых вместо вассалов коза ностра заводила союзников среди ирландских, русских, афро-американских и других группировок. Семья Луккезе регулярно снабжала героином чернокожих торговцев наркотиками. В конце восьмидесятых семья Гамбино вмешалась в «гражданскую» войну ирландской группировки «Вестиз» из района Адской Кухни и поддержала молодого бандита Джимми Кунана — итальянские киллеры устранили его ключевых оппонентов. Нынешними партнерами итальянцев зачастую становятся их заокеанские коллеги из Ндрангеты и южноамериканские наркокартели.

В 2014 году экс-капитан семьи Коломбо Майкл Франчезе ответил на вопросы пользователей на сайте Reddit и назвал русских гангстеров с Брайтон-Бич «лучшими партнерами, которые у меня были». Босс семьи из Филадельфии Джозеф Тощий Джоуи Мерлино уже много лет сотрудничает с байкерским клубом The Pagans и ирландской группировкой K&A в сфере распространения наркотиков.

Также мафия обычно «влияет» друг на друга: кланы из Нью-Йорка часто выступают в роли «делателей королей» в городах, где семьи меньше и слабее. Большинство малых семей — почти вассалы нью-йоркцев.

Мафия умеет и воевать. В начале нулевых Гамбино и Луккезе отразили вторжение на свою территорию албанских гангстеров под началом Алекса Рудая. Рудай заявил свои права на часть территорий семей и в качестве особой пощечины даже пришел в культовый среди итальянцев ресторан «Рао» во главе толпы своих людей, где потребовал посадить его за столик, принадлежавший Джону Готти. Владелец ресторана ему отказал, и тогда Рудай вернулся с целой дюжиной своих людей.

Фрэнк Пеллегрино-старший, владелец ресторана «Рао» в своем заведении

Финальная конфронтация состоялась, когда Рудай и тогдашний босс семьи Гамбино Арнольд Скитьери встретились на заправке в Нью-Джерси. Албанцев было семеро, Скитьери же приехал во главе двадцати человек. Итальянец потребовал, чтобы Рудай отступил, тот отказался, и обе стороны приготовились к перестрелке.

Всё закончилось ничьей, тем не менее албанцы прекратили нападения на территорию Гамбино, Луккезе и их союзников.

Ни одна группировка — ни русские бригады, ни мексиканские или колумбийские картели, ни афроамериканские уличные банды, ни японские якудза, ни китайские триады — так и не достигли того уровня могущества, которым обладала коза ностра во время своего золотого века.

Команды и синдикаты наподобие той же албанской «Корпорации» Рудая или картеля «Бельтран Лейва» исчезали, когда их лидеров сажали в тюрьму или убивали, а коза ностра выживает уже более ста лет.

Миф: гангстеры живут роскошной, гламурной жизнью

Действительность: это касалось только лидеров, но да — мафиози действительно наслаждались общением с кинозвездами и музыкантами. Фрэнк Синатра, Мэрилин Монро, Дин Мартин, Лайза Минелли и Уилли Мейс в разное время наслаждались дружбой с «врагами общества».

Фрэнк Синатра (третий слева в верхнем ряду) и лидеры коза Ностра

Итальянские гангстеры даже внесли немалый вклад в шоу-бизнес: нынешний андербосс семьи Коломбо Джон Франчезе контролировал лейбл Buddah Records и продюсировал таких исполнителей, как The Isley Brothers, Мелани Сафка, Билл Уизерс и Кёртис Мэйфилд.

Коза ностра изрядно подрастеряла свой лоск, но тут и там иногда попадает в заголовки. В 2011 году выяснилось, что один из лидеров семьи Коломбо, Эндрю Руссо, — близкий друг актера Джеймса Каана и крестный отец его сына. Каан даже пытался внести за Руссо и его приближенных залог и признал, что они знакомы и дружат с 1972 года.

В девяностых и нулевых годах Крис Пасьелло — подельник семьи Бонанно, владелец клубов, угонщик автомобилей и грабитель банков — был в отношениях с Мадонной и Софией Вергара.

Пасьелло был довольно успешным преступником, пока под угрозой обвинения в убийстве не стал осведомителем ФБР. Показания Пасьелло привели к тому, что 70 мафиози получили тюремные сроки разной степени давности.

Миф: мафия владеет Лас-Вегасом

Действительность: когда-то мафия построила в Лас-Вегасе отели, казино, рестораны и стрип-клубы на деньги, украденные из пенсионных фондов американских профсоюзов. Тогда Лас-Вегас был общей территорией, с которой зарабатывали все существовавшие в Америке семьи.

Въезд в Лас-Вегас

В начале девяностых годов влияние гангстеров на город сошло на нет, после этого Лас-Вегас стал более популярен как курорт для семейного отдыха, а не как «город греха».

Последнее убийство, связанное с мафией, произошло в Лас-Вегасе больше двадцати лет назад, когда в 1997-м гангстеры из Буффало застрелили Герберта Блицштейна, подельника Чикагского синдиката, пытаясь захватить его бизнес — сутенерство и ростовщичество. Существуют информация о том, что в городе по-прежнему действуют связанные с нью-йоркскими семьями Дженовезе и Гамбино букмекеры, ростовщики и сутенеры.

Несколько большее влияние мафия сохранила в Вегасе Восточного побережья — Атлантик-Сити, где в казино по-прежнему работают представители семьи из Филадельфии.

В частности, в 2007 году 23 человека, включая сотрудников отеля-казино «Боргата», были вовлечены в организацию нелегального спортивного тотализатора. Двумя годами позже принадлежавшая администрации филадельфийской мафии строительная компания Bayshore Rebar Inc. пыталась при помощи взяток получить лицензию на постройку казино.

Коза ностра по-прежнему контролирует нелегальные игорные заведения, организует покерные игры с высокими ставками и спортивный тотализатор — в том числе и в интернете.

Букмекерство также приносит огромные деньги, в 2012 году в Нью-Джерси были задержаны тринадцать гангстеров из семьи Дженовезе во главе с 80-летним капитаном Джозефом Пепе Ласкала, которые организовали спортивный интернет-тотализатор через сайт, зарегистрированный в Коста-Рике. За 16 месяцев команда Ласкалы заработала на нем 2,2 млрд долларов.

Миф: в каждом крупном городе есть своя криминальная семья

Действительность: это действительно было так.

Почти в каждом американском мегаполисе, где имелась итальянская диаспора, была и своя собственная «криминальная семья». Другое дело, что некоторые из них жили совсем недолго, а также, в силу локации или недостаточно большого пула итало-американских рекрутов, быстро слабели.

1963 год, боссы всех итальянских кланов. Из досье ФБР

К примеру, на Западном побережье итальянцев всегда было немного, в отличие от эмигрантов из Латинской Америки или афроамериканцев. Коза ностра там не прижилась, и к семидесятым присутствие мафии в Лос-Анджелесе, Сан-Хосе, Сан-Франциско, Хьюстоне, Далласе и Денвере быстро сошло на нет.

Клан Траффиканте из Майами не смог противостоять амбициям нью-йоркских семей, которые объявили Флориду «открытым штатом», где могли работать все организации, — и довольно быстро штат подмяли под себя приезжие с Севера.

Карлос Марчелло из Нового Орлеана пошел на дно вместе со своей организацией, когда в результате многочисленных расследований начала появляться информация о его связи с убийством президента Кеннеди. Кливлендская семья понесла слишком большие потери в войне с ирландцем Дэнни Грином, а вскоре после этого влиятельный гангстер Джимми Хорек Фратианно дал показания против всех высокопоставленных членов семьи.

Тем не менее в огромном Нью-Йорке всё еще действуют пять семей, имеющие значительное влияние в преступном мире. Чикаго, Детройт, Филадельфия, Буффало, Нью-Джерси, Бостон, Питтсбург, Канзас-Сити и Кливленд — во всех этих городах еще есть своя семья.

Некоторые из них сумели восстановиться, некоторые состоят лишь из небольших команд ветеранов. Многие пожертвовали большим количеством «солдат» ради эффективности и верности.

К примеру, в ФБР особенно крепким орешком считается детройтская семья Зерилли. В ней всего лишь около 50 «солдат», но она очень стабильна и устойчива, в основном потому, что ее члены — родственники по крови или по крайней мере связаны брачными узами. Не было ни одного успешного случая внедрения в этот клан агента под прикрытием, и только однажды федералы сумели убедить боевика Зерилли Нове Токко выдать своих коллег.

Сейчас, по мнению правоохранительных органов США, семья Зерилли — самая сильная преступная организация в штате Мичиган.

Миф: мафия — четкая структура, подобная корпорации

Действительность: хотя отдельные боссы могут управлять семьей как бизнесмены (например, таким был убитый в марте 2019 года Фрэнк Кали), более аккуратное сравнение — феодальное королевство. В то время как низшие чины обязаны отдавать долю своих доходов наверх, они же и рискуют больше всего, работая «на улицах» и выполняя опасные поручения.

Комиссия

На самом верху находится Комиссия, состоящая из боссов всех семей Нью-Йорка и занимающаяся контролем над общими операциями и решением конфликтов между семьями. В полном составе Комиссия не собиралась аж с 1985 года, хотя контакт между группировками никогда не прерывался.

Более мелкие семьи делегируют право представлять себя кому-то из нью-йоркских «титанов». Комиссия — не парламент, а, скорее, ООН для гангстеров. Только она может сместить кого-то из боссов других семей или санкционировать убийство босса — в противном случае «цареубийц» ждет суровая кара.

Сейчас работа Комиссии осложнилась: босс семьи Гамбино Франческо Малыш Фрэнк Кали убит, босс семьи Коломбо Кармайн Змей Персико умер в тюрьме, действующий босс семьи Бонанно Джозеф Джоуи Си Каммарано-младший только что был оправдан в суде, администрация Луккезе за решеткой — и только Дженовезе (уже пятнадцать лет не имеющие официального босса, а управляемые триумвиратом) находятся в относительной безопасности.

Босс

Официальный глава клана — босс, или дон, — король каждой семьи. Отдать приказ об убийстве полноценного члена семьи может только он.

Босс, как правило, напрямую не связывается с «солдатами» или даже капитанами и стремится дистанцироваться от преступлений настолько, насколько это возможно.

Иногда босса нет, и вместо него управляет триумвират наиболее влиятельных капитанов.

Андербосс

Второй по могуществу — андербосс. Это потенциальный преемник, ближайший подручный босса. Часто это его брат, сын или племянник. Иногда на это место назначают его главного соперника, чтобы умиротворить оппозицию внутри семьи.

Советник

Третье лицо семьи — консильери, советник босса. В теории консильери может и обязан спорить с боссом.

Очень многие люди считают, что типичный консильери — это персонаж из «Крестного отца» Том Хаген, тогда как это не так. На этот пост обычно назначают лишенного амбиций ветерана, готового говорить лидеру суровую правду. Хаген же, скорее, криминальный адвокат: такие тоже есть, и они иногда преступают закон, помогая своим клиентам, — но никогда не втягиваются в иерархию клана.

Сильвио Данте из «Клана Сопрано» — более реалистичный пример. Своих «мускулов» у консильери нет, только один «солдат», выступающий в качестве телохранителя и водителя. Отсутствие своей «армии» делает их беспристрастными в конфликтах.

Структура семьи Корлеоне

Могущество консильери варьируется в зависимости от ситуации: иногда это лизоблюд, иногда — честный советник, а порой — серый кардинал. Так, консильери Чикагского синдиката Тони Аккардо сорок пять лет заправлял делами своего клана, хотя никогда официально не был боссом. В результате Аккардо мирно умер в окружении родных, проведя в тюрьме лишь один день.

Капитаны

Дальше следуют капитаны — «капо», лидеры групп из 10–20 «солдат» и множества подельников, которые управляют всей преступной активностью на отведенной им территории. Типичные «менеджеры среднего звена».

Солдаты

Дальше следуют «солдаты» — рукоположенные члены мафии, рядовые бойцы. Они наслаждаются защитой семьи, их считают неприкасаемыми: убийство «солдата» без санкции вышестоящих оборачивается серьезными последствиями.

Подельники, партнеры и посланцы

В самом низу находятся подельники, или «партнеры», — преступники, не являющиеся полноценными членами мафии. Это не итальянцы или же молодежь, которая сможет вступить в семью только в будущем.

Существует также особый пост «мессаджеро». Это посланец, назначаемый боссом для передачи приказов. Чаще всего мессаджеро — доверенное лицо, родственник босса, который должен не позволить правоохранительным органам вычислить настоящего лидера семьи.

Когда босс, андербосс, консильери или капо в тюрьме, на их место назначают нового «действующего». Если же босс хочет дистанцироваться от повседневных операций, то назначает «уличного босса» — потенциального преемника. «Действующим» боссом был, к примеру, Тони Сопрано, в то время как его дядя Джуниор оставался номинальным лидером и боссом, но не имел власти и в течение почти всего сериала находился под следствием.

Миф: мафия безжалостна и убивает всех без разбора

Действительность: всё сложно. Согласно кодексу, итало-американские мафиози действительно стараются не убивать, скажем, жен и любовниц друг друга. То же самое касается гражданских лиц, непричастных к гангстерским разборкам.

13 марта 2019 года босс семьи Гамбино Фрэнк Кали был убит рядом со своим домом

Однако это связано не с высокой моралью, а, скорее, с тем, что гибель невиновных попадет во все СМИ и привлечет ненужное внимание. Во время гражданской войны в семье Коломбо случайное убийство 18-летнего сотрудника магазина пончиков Матео Сперанца повлекло за собой массовые аресты: из-за давления СМИ, полиция и ФБР удвоили свои усилия и засадили за решетку большую часть клана Коломбо.

Мафия обычно старается решать проблемы, скорее, хирургическим путем: быстро, четко и решительно, а не устраивает акты террора.

Нужно отметить, что это не касается их сицилийских коллег: в Италии под раздачу часто попадают невиновные, и даже убийства детей во время клановых войн не считаются табу.

Сицилийские гангстеры, приехавшие в Америку — «зипы», — еще более безжалостны. Зипы формируют отдельные фракции внутри семей, отличаются жестокостью, традиционно участвуют в трансатлантической торговле наркотиками, следуют «кодексу молчания» и иногда используются в качестве преторианской гвардии боссов. В частности, особенно много зипов сейчас в семьях Гамбино и Бонанно.

Вот к кому мафиози безжалостны, так это друг к другу. Умереть можно за малейшую провинность: неуважение к вышестоящим, ошибки во время криминальных операций, недостаточную компетентность и просто за малейший предлог.

Убийства часто бывают символичны. Капо Доминик Сонни Черный Наполитано, который представил сотрудника ФБР под прикрытием Джозефа Пистоне (Донни Браско) членам семьи Бонанно, был не просто убит: ему отрубили руки, так как «из-за него» гангстеры пожимали руки федеральному агенту. Кстати, фильм «Донни Браско» 1997 года с Деппом, Пачино и Мэдсеном очень любим членами неаполитанской каморры. Как написал в книге «Гоморра» Роберто Савиано, «хотя Браско был агентом полиции, в душе он стал настоящим мафиозо, и это его красило, очищало от первородного греха».

Фильм «Донни Браско», где Майкл Мэдсен (второй слева) сыграл Доминика Наполитано

Убийство Наполитано — не единственный пример любви мафии к символизму.

Энтони Капонигро, консильери дона из Филадельфии Анджело Бруно, предал и убил своего босса, и в отместку за это был застрелен киллерами семьи Дженовезе. Ему в рот и задний проход запихнули множество мелких купюр — «за жадность». Также обошлись и с тремя его ключевыми сторонниками.

В рот предполагаемого информатора из семьи Луккезе, Бруно Фаччиоло, засунули дохлую канарейку. Сэма Джанкану, босса чикагской мафии, который готовился давать показания по участию синдиката в покушении на Кастро, убили выстрелами в шею и рот, «чтоб молчал». Есть еще много таких же метафор: выстрел в глаз, как у Мо Грина, означает «мы следим за тобой». А если жертве на голову натянули капюшон, это значит «не держи секретов от своих боссов».

Коза ностра никогда не забывает и никогда не прощает, что и доказывает прошлогоднее убийство ирландского бандита Джеймса Уайти Балджера в тюрьме, где его забили до смерти. С убийством связывают греческого наемного киллера из семьи Дженовезе — Фотиоса Фредди Гиаса.

Последняя крупная война в мафии была в 1991–1993 годах в семье Коломбо, когда за два года погибли или пропали без вести тридцать человек, а еще двенадцать дали показания против бывших друзей. С тех пор в коза ностра больших войн не случалось.

Миф: мафия контролирует бизнес по уборке мусора

Действительность: так было в «Клане Сопрано» и да, это действительно так.

«Клан Сопрано»: Тони Сопрано (справа) и Арти Букко (слева)

Дело в том, что контракты на уборку мусора с компанией каждый муниципалитет заключает самостоятельно, а потому складывается идеальная обстановка для коррупции. Гангстеры основывали или захватывали фирмы по уборке мусора, делили маршруты, получали контракты и выбивали из бизнеса своих более честных конкурентов. Зачастую мафиози оформляются на работу в компаниях и получают зарплату и даже медицинскую страховку.

По состоянию на 2010-е годы, мафия всё еще вовлечена в бизнес по уборке мусора. Шесть лет назад в ходе операции ФБР были арестованы 30 членов семей Дженовезе, Гамбино и Луккезе, которые занимались рэкетом независимых мусорных компаний и захватили несколько из них.

Ими руководил Кармайн Папа Смурф Франко, подельник семьи Дженовезе, вовлеченный в бизнес по уборке мусора еще с восьмидесятых годов. На суде Франко признал себя виновным в том, что с 2009 по 2013 год руководил общими усилиями нью-йоркских семей коза ностра по контролю над уборкой мусора в Нью-Йорке и Нью-Джерси.

В 2018 году в Нью-Йорке разгорелся скандал вокруг компании Sanitation Salvage из Бронкса. Компанию и профсоюз, в котором состояли сотрудники Sanitation Salvage контролировал «солдат» семьи Дженовезе Джеймс Бернардоне и его подручный Луис ДеАнджелис.

Миф: мафия при смерти и вот-вот прекратит свое существование

Действительность: всё сложно. Мафия действительно и близко не так могущественна, как во времена своего золотого века с сороковых по семидесятые или даже в восьмидесятые.

Главные герои «Клана Сопрано» на кладбище (слева направо: Тони Сирико, Стивен Ван Зандт, Джеймс Гандольфини, Майкл Империоли, Винсент Пасторе)

Зато ФБР теперь больше заняты исламистами и мексиканскими картелями. В 2013 году нью-йоркский офис ФБР сократил количество агентов, занимавшихся расследованием дел пяти семей до 36 человек, разделенных на два подразделения.

Еще в 2008-м 10–20 агентов занимались каждой семьей, а в девяностые деятельность кланов Нью-Йорка расследовали до 400 сотрудников ФБР. Теперь подразделение «С5» занимается расследованием дел семей Дженовезе, Бонанно и Коломбо, а подразделение «С16» — Гамбино и Луккезе.

Мафия использует этот момент, чтобы оправиться от больших потерь. По версии многих специалистов, включая экс-«солдат» семьи Гамбино Джона Алите и Луиса Ферранте, которые дали интервью журналу Vice, для коза ностра это передышка, возможность затаиться. Сельвин Рааб, автор культовой книги «Пять семей» придерживается такого же мнения, отмечая, что трагедия 11 сентября «спасла» гангстеров от полного уничтожения.

Мафия вербует новых людей, старается действовать незаметно, меньше прибегать к насилию и фокусироваться на «беловоротничковых» преступлениях, включая интернет.

Сейчас итало-американские кланы зарабатывают, по данным ФБР, от 50 до 90 млрд долларов в год. Мафия перестраивается медленно, действуя в тени и стараясь не светиться. Исчезли итальянские анклавы в Бруклине и Бронксе, Маленькая Италия превратилась в улицу с кучкой ресторанов.

Да, вряд ли коза ностра будет прежней, но она никуда не исчезнет — она останется всё таким же уродливым отражением американского капитализма.

А вот еще что интересно