Как строить отношения, если у одного из вас (или у обоих) психическое расстройство

Отстрел нечисти из плазмагана. Какой будет вселенная мультфильма «Киберслав»

К 2020–2021 году на экраны выйдет «Киберслав» — первый полнометражный мультфилипликационный киберпанк питерцев Evil Pirate Studio о русских богатырях, которые ездят на антигравитационных телегах, слушают энергетические колокола и сражаются с нечистью с помощью матрешек-гранат и лазерных крестов. Как плохие отечественные мультики и «Фонд кино» вдохновили аниматоров на создание «Киберслава», будут ли богатыри бить нанобаклуши и почему «Задорнов был прав» — поговорили с автором и продюсером Станиславом Дмитриевым.

— Часто на обложках книг печатают краткие описания. Например, однажды на книге «Сто лет одиночества» была фраза «А еще там девушка землю ела». Представим, что и на постере «Киберслава» тоже будет какая-то такая фраза. Какую бы вы написали?

— «Приготовься к отстрелу фольклорной нечести из плазмаганов!»

— Безумно! Как вы к этому безумию пришли и помните ли реакции людей, к которым вы с горящими глазами подбегали и рассказывали про древнерусский киберпанк?

— На меня смотрели, как на умалишенного. Ведь я визуал, всё это представлял и пытался рассказать другим. Но это, как ни подай, звучит крайне странно: древнеславянский киберпанк. Пока не увидишь — не поймешь.

А как родилась самая идея… Было очень много причин. Одна из них такая.

Я читал список фильмов, которые поддержал «Фонд кино», и там через один – через два — всё про богатырей. Сижу и думаю: «Ну ребята, ну у вас не получается! Что? Ну зачем? Ну хватит!»

Причем из всего этого огромного списка я видел лишь два фильма: «Легенду о Коловрате» и наше всё…

— «Защитники»?

— Это на втором месте нашего всё! На первом — «Викинг». В итоге я хотел каким-то образом поиронизировать над засильем фильмом на тему богатырей.

А такие детали, как перезаряжающийся крест… Знаете, есть такой мультик прекрасный «Дети против волшебников»?

— Разумеется, это вершина русского анимационного и сценарного мастерства.

— Вершина непокоримая. И ведь кто-то выделил этим ребятам деньги, и я думал-думал и решил:

«Наверное, нужен монах, который будет перезаряжать крест… Мне кажется, это хорошая идея, мне кажется, мне дадут на это деньги».

Так и рождается гениальное оружие.

— А если не оружие? Можете назвать три киберпанковые вещи из вашей вселенной?

— Пока мы продумываем сюжет, вещи оставили на потом. Но если говорить в общем, то у нас бытовые предметы, какие могли бы быть в Древней Руси, будут изрядно сдобрены технологиями. Но три вещи назову: кибернетические протезы, антигравитационные телеги и энергетические колокола.

— На Comic Con Russia, где вы презентовали трейлер «Киберслава», вы сказали: «Это не стереотипы, это культурный код на максималках». Что это за культурный код и не превратится ли он в клюкву?

— Это наш культурный код, какой есть, но подан весело, задорно, с использованием спецэффектов и крутого мочилова.

— У нас есть культурный код, доставшийся в наследство от Уварова — самодержавие, православие, народность.

— Точно не этот. У нас всё основано на фольклоре. На него нанизан весь сюжет. Но мы использовали и стереотипные представления о нас, только эти стереотипы подаем с иронией, как граната-матрешка, например.

— А почему клюква не получится? Матрешка — раз, шапка-ушанка — два. Как вы из этого вылезать собираетесь?

— Да мы никуда не залезали. (Смеется.) Клюква когда получается? Когда люди, не знакомые с культурой и считывающие культурный код поверхностно, пытаются каким-то образом всё это транслировать. И получается искаженно, не про нас. А мы живем внутри этого кода и понимаем, как он выглядит в глазах тех, кто может его считать. Мы в принципе не можем клюкву получить.

— Чтобы закрыть эту тему с культурным кодом, можете рассказать про главные идеи, которые вы будете транслировать в фильме?

— Основной лейтмотив — взросление, поскольку у нас главным образом подростковое кино, но также мы будем затрагивать темы самоопределения в современном обществе, человека и религии, ксенофобии.

— Какими фольклорными текстами вы накачивались, чтобы погрузиться в историю и написать сценарий?

— Специально ничем не накачивались. Сюжет не основан ни на одной из сказок, хотя есть отсылки. Но наш сценарист до сих пор работает над сценарием и ищет что-то на ниве фольклорных текстов.

— Киберслав будет полжизни торчать в виртуальной реальности или бить нанобаклуши?

— Киберслав — это собирательный образ богатыря. А от Ильи Муромца он взял лишь лучшие качества. Но и у него будет своя предыстория, как и у самого фильма расскажем, что было во вселенной «Киберслава» как минимум за 200 лет до основного действия.

— Как появился персонаж девушки-богатыря?

— Когда мы говорим про трейлер, мы говорим не про фильм. Сюжетная канва трейлера появилась раньше, чем оформилась сама идея фильма. Поэтому что-то не перейдет в кино, например, есть вероятность, что девушка-богатырь в таком виде останется персонажем трейлера.

— Феминистки сейчас заволновались.

— Феминистки могут успокоиться, потому что женский персонаж останется, просто он будет другим. У нас заявлены три главных персонажа: Киберслав, молодой послушник и девушка. Они и будут. Но девушку мы видоизменяем, только сейчас не раскроем, кто она и что.

— Но в печи она не будет варить борщи?

— Она нет, но кто-нибудь, возможно, будет.

— А любовную линию нам ждать?

— Да, но она ни в коем случае не будет основной — просто для разнообразий отношений наших персонажей.

— Как вы вообще относитесь к российским супергероям и почему, по вашему мнению, не появилось истинно народных до сих пор?

— У нас долгое время не было культуры комиксов, не было и индустрии комиксов, даже мертвой индустрии. Без этого фундамента тяжело сделать супергероев. В США комиксы выпускали много лет подряд, и с этими героями люди взрослели. Естественно, когда комиксы стали экранизировать, возник ажиотаж. В Японии почти то же самое, но там сначала выходят тома манги, которые таким образом обкатываются, а потом их переносят в кино.

Сейчас у нас появилось издательство Bubble Comics, которое создает свои вселенные, и за время его существования многое поменялось.

Я сам занимался комиксами, но тогда это было совсем никому не нужно. Сейчас, если бы я был двадцатилетним, я бы ударился в это.

А если продолжать про супергероику, недавно ведь Bubble выкатило свою короткометражку по «Майору Грому», сюжета в ней нет, но по картинке, по операторской работе, согласитесь, мы ушли далеко вперед. У комикса есть фан-база, поэтому и короткометражка разошлась. Если по такой схеме действовать, то провала может и не быть.

Я не думаю, что у нас какой-то особый русский менталитет, который отторгает супергероев. Так что это вполне может прижиться. Хотя, мне кажется, тренд кончится раньше, чем мы раскачаемся. У нас же кинотренды длятся лет 10–15, а супергеройскому кино уже как раз около 10 лет.

— Может, сейчас пойдет новая волна: мода на Русь. Такого ведь еще не было.

— Кстати, смешно, но, оказывается, мы вообще не новаторы в этой теме — смешать фольклор и киберпанк, мы даже не рядом. Все создавалось, когда мне было два года: это фильм «Раз, два — горе не беда!». Там наши сказочные персонажи (царь, князья, богатыри) сражались с огромным заморским роботом, который лазером сокрушал всё вокруг, нападал на Россию-матушку. И это 1988 год. Суперфильм. Всем советую. Так что мы продолжатели этой идеи.

— Вы сказали, что «Киберслав» будет веселым. И вот на одной из стен в трейлере висит листовка со Спасом Нерукотворным в солнцезащитных очках. Во-первых, не боитесь ли вы, что на вас надавит церковь, а депутаты выйдут на улицы с иконами? Во-вторых, есть ли место мемам во вселенной «Киберслава»?

— Это вы сказали, что это Спас Нерукотворный, а не я. По-моему, это просто некий мужчина в очках… И у нас же сама РПЦ этими вещами практически не занимается. Этим занимаются наши политические деятели разного толка. Они понятно какие цели преследуют — пиар на скандалах. Но обычно это ни к чему не приводит. Если даже вспомнить того же Поперечного, то профит в итоге получил сам Поперечный. Мы в «Киберславе» не собираемся что-то критиковать, мы немного не про это. И в фильме у нас не будет претензий к церкви.

— О вас же уже написала одна газета, что вы сожгли карельскую церковь с острова Кижи. Пошло дело.

— У них, на самом деле, совсем не православный портал, они просто интересовались, Кижи ли это. Хотя, когда я увидел заголовок, что аниматоры сожгли Кижи, я долго смеялся. Но в самой статье всё объясняется, там никто нам не предъявляет.

— Так а есть ли место мемам?

— Явно есть в трейлере. Но мемы такая вещь, которая очень быстро становится неактуальной. А мы как люди идейные хотим не просто сварганить фильм, заработать денег и выбросить, а все-таки создать что-то, что можно будет органично пересматривать лет через 5–10. И даже если мы возьмем самые трендовые мемы, к тому времени они будут смотреться плохо.

— Я больше про внутривселенские мемы.

— Свои мемы — безусловно! Как это делает Marvel, тоже свои фишечки будут.

— А как понять граффити всё с тех же стен в трейлере «Задорнов был прав»?

— Это добрая отсылка к изысканиям Задорнова на ниве антинорманизма и…

— Ненависти к американцам?

— Нет, как раз не про ненависть к американцам. У него же была тема, что мы — древние русы, прародители всего, мы были самые развитые, мы чуть ли не атланты, у которых были технологии еще тогда, когда все остальные находились в первобытном обществе. И когда я стал создавать Древнюю Русь с сумасшедшими и навороченными гаджетами, я подумал, что хотя бы в этом мире Задорнов будет прав.

— А как бы вы охарактеризовали юмор в «Киберславе»? На Netflix, например, есть сериал “Norsmen”, он про викингов, но большинство шуток строится на параллелях с настоящим временем, даже в плане языка. Вот сидит безрукий человек и спрашивает товарища: «Знаешь ли ты, что такое фантомная боль?.. Нет? Я тоже». Это созвучно с шуткой про Задорнова — то есть что-то из будущего попадает в прошлое, и это обыгрывается. У вас будет так или больше ситуативный юмор?

— Такого рода юмор, скорее всего, останется в трейлере. Всё по тем же причинам: чтобы фильм не терял актуальность. Юмор в самом фильме будет разговорный, ситуативный, завязанный на отношениях между героями, и у нас не будет откровенной, как в аниме, какой-то гиперболизации форм, когда у героя, например, огромная голова, потом он кричит, взрывается. Мы хотим сохранить атмосферу того времени.

— Вы говорили, что действие фильма разворачиваемся примерно в X веке, то есть Русь, даже альтернативная и киберпанковая, возможно, у вас тоже только что крестилась. Будут ли конфликты с киберязычниками?

— Она там не крестилась, потому что у нас нет конфессий, которые сейчас существуют в нашем обществе. Там и православия нет. Там другая религия.

— Церковь на Кижах отсылает нас к православию, и тяжело от этого отвязаться.

— Да, тяжело, но если мы визуально создаем атмосферу древнерусскости, то без православных образов нам не обойтись.

— Вы, получается, придумали новую религию?

— Да.

— А можете сказать хотя бы пару заповедей?

— Подождите, подождите, у нас еще два года производства! (Смеется.) Успеем заповеди придумать.

— Быстрее двух лет никак?

— Мы же не в Китае живем. Хотя я видел, как некая российская компания отдавала свой мультик на производство в Китай, и им за полгода сделали мультик, который мы делаем тут за два-три года. Конечно, качество сильно пострадало, но мультик был сделан!

— И этот мультик — «Дети против волшебников»?

— Нет-нет-нет, в «Детях против волшебников» видно, что сделано нашими любовно-кривыми ручками, китайцы так не смогли бы.

— Ваши злодеи из трейлера — это затравка, как я поняла, настоящие будут в фильме. Это кто?

— У нас точно будут Кощей и Баба-яга, но в роли злодеев или нет — я не скажу. Но у нас не черно-белая история, у всех героев есть свои мотивы. Даже в фольклоре Баба-яга очень неопределенный персонаж: вроде с утра детей поела, а потом вечером помогла юноше стать мужчиной. Жизнь была насыщенная у нее.

— Насколько много жестокости и насилия будет в фильме?

— Не больше, чем нужно, чтобы рассказать историю.

— С какого возраста можно будет смотреть?

— С 16. Там не будет кровищи по экрану и обнаженных частей тела.

— Эх!

— Мне даже теперь неловко, что не оправдал ваши ожидания. Вы напишите, какие части тела Бабы-яги вы хотите видеть обнаженными, я поговорю со сценаристами.

— Я-то напишу! А кто у вас работает над сценарием и по каким картинам он известен?

— Так как сценарий — бич нашего российского кино, а сценарная часть — самая важная, сценарист должен быть действительно опытным и талантливым. И поэтому мы пригласили Дмитрия Яковенко, он именно такой человек. С его приходом в команду беспокоиться о сценарии не стоит, будет классно. Он очень плотно сотрудничает со студией «Петербург», работал над последними двумя полнометражками «Смешариков»: «Легендой о золотом драконе» и «Дежавю». Это кино с большим успехом каталось по России и за рубежом. Другое дело, что Диме не предоставлялась возможность раскрыться как сценаристу для взрослых мультфильмов, потому что у нас в принципе анимация в эту сторону не смотрит.

— Как вы считаете, уровня наших художественных и анимационных школ достаточно, чтобы сделать фильм на высоте? Или вы думаете пригласить зарубежных иллюстраторов?

— Я не хочу привлекать зарубежных специалистов просто потому, что хочется сделать кино для нас и самим — силами славянских специалистов, у нас же древнеславянский мир. У меня есть друзья-аниматоры из Белоруссии, Украины, еще нам пишут аниматоры из Польши и Словакии. То есть все ребята, которых каким-то образом касается славянство, стремятся к нам в команду. Но глупо, конечно, говорить, что я откажусь от помощи иностранцев из неславянских стран. Если у нас будет производственный завал, а он бывает на производстве любого проекта, если я взвою, я откажусь от всех своих принципов. (Смеется.) Но само кино будет производиться в Питере.

А если говорить про школу, у нас сейчас появляется новое поколение аниматоров. Лет 10 назад с этим было все очень-очень плохо. Тогда мучительно и медленно умирал формат 2D-анимации, а формат 3D также мучительно и с болями рождался. И в итоге 2D-специалисты оказались на перепутье: либо уйти из профессии вообще, либо переквалифицироваться в 3D-аниматоров.

Но сейчас новый виток интереса к 2D-анимации, появляются школы. Например, школа Саши Дорогова, это наш аниматор, который долгое время трудился на «Союзмультфильме», а в начале 90-х уехал в Disney. Он, кстати, анимировал Стича, так что если посмотрите на Стича теперь, то он будет с русской душой. Но Саша Дорогов один, и он не может обеспечить своими учениками всю российскую индустрию. Зато теперь его первые ученики объединяются и тоже создают свои школы, например Animationschool. Параллельно у нас появляются авторские мультфильмы, те же ребята, которые делали «Жу-Жу» группе «Ленинград», — это как раз новая школа российской анимации, она очень необычная, очень стилизованная, очень модерновая.

Может быть, и мы потом будем обучать аниматоров. Это нормально, когда студия взращивает сотрудников сама. «Мельница» этим занимается уже многие годы, у них есть бесплатные курсы, куда ты можешь прийти без большого опыта и за три месяца чему-то научиться. Я, кстати, туда именно таким образом попал. Но пошел не в аниматоры, а в художники-постановщики, то есть я формировал мир фильмов, всё окружение: дома, деревья, пейзажи. Этим мы, кстати, сейчас бесконечно продуктивно занимаемся на «Киберславе», потому что у нас очень многое на этом завязано.

— К вам в студию сложно попасть?

— Мы сейчас никого не набираем, но ближе к производству объявим огромный конкурс. Будем отбирать лучших ребят.

— Какая у вас глобальная цель, чего вы хотите достичь?

— Когда я так говорю, никто не верит. Мы хотим делать хорошее интересное кино, чтобы самим не стыдно было смотреть, кино для нас, для таких же, как мы.