От шумеров до эмодзи: как пиктограммы помогают людям общаться

Поделиться

Фантасты прошлого воображали, что уже в XXI веке люди будут общаться с помощью видеосвязи. Теперь у нас есть все технологии для этого, но, кажется, эволюция свернула с прямого пути. Миллионы людей всерьез озабочены тем, насколько уместно отправить смайлик в сообщении начальнику и каким остроумным стикером ответить приятелю.

Мессенджеры стабильно входят в десятку самых популярных приложений по количеству скачиваний. Большинство из них поддерживает не только текстовые сообщения, но также видео- и голосовые звонки. Люди охотно пользуются этими функциями, когда нужно сэкономить на международных переговорах или пообщаться с близкими людьми, но подавляющая часть наших коммуникаций проходит «по старинке» — в письменном виде.

Тут возникает проблема. Текст «съедает» важные для человеческого общения сигналы, такие как выражение лица, тон голоса, жесты. Мы ведь больше не пишем пространных писем с многословными благодарностями или вычурными оскорблениями. Это может показаться неважным, но вспомните дискуссии по поводу того, что означает точка в конце сообщения в мессенджере.

Невинный знак препинания, призванный разделять предложения, в повседневной онлайн-коммуникации воспринимается как грубый и агрессивный.

На помощь приходят смайлики и эмодзи — стилизованные рисунки, изображающие человеческие эмоции, животных или предметы. Они уточняют, подкрепляют, а то и заменяют наши слова, а кроме того — понятны всем вне зависимости от возраста и владения иностранными языками. Эти пиктограммы стали стандартом цифровой коммуникации и, можно сказать, азбукой международного общения.

Новые дикари

Казалось бы, картинки для общения — это возвращение к архаике. Во всем мире становление письменного языка шло по одной схеме: от рисунков — к пиктограммам (упрощенным, схематичным изображениям), от пиктограмм — к идеограммам (символам, обозначающим понятия или идеи), затем — к иероглифам и фонетической письменности (алфавиту).

Шумерское письмо, известные образцы которого относятся к 4–3-му тысячелетиям до нашей эры, как раз пример такой эволюции. Рисунки на глиняных табличках, изображавшие людей, горы, коров, птиц, со временем становились все более схематичными и условными, чтобы упростить запись. Чем проще графические знаки, тем сложнее система письменности и многообразнее смыслы, которые можно передать с ее помощью. Скажем, совмещение пиктограмм «рот» и «вода» давало значение «пить», а пиктограммой «звезда» стали обозначать небо или бога.

Довольно удобная система, если учесть, что для чтения такой записи не нужно специально учиться грамоте. Но даже совмещая рисунки и создавая новые символы (число которых неизбежно ограниченно), можно передать только практическую информацию. Шумерские таблички и были в основном счетами, долговыми записками, деловой корреспонденцией.

Пиктограмма означает предмет или действие, но не имеет точного фонетического аналога, ее нельзя прочитать вслух — можно только понять.

Пишущий и адресат могут говорить на разных языках, но понимать друг друга с помощью пиктограмм. Правда, если дело касается абстрактных идей, толкование изображений — ненадежный метод перевода. Невозможно записать рисунками литературное произведение или историю героического завоевания.

Развитие письменности привело к появлению фонетических графических систем, где знаки соответствуют звукам речи конкретного языка. В частности, шумерское письмо в Междуречье эволюционировало в клинопись, которая позволила записать «Эпос о Гильгамеше». Правда, эти письмена не предназначались для глаз и понимания широких масс, а на их дешифровку в XIX веке ушло несколько десятилетий.

Пиктографическое и идеографическое письмо существовало в Древнем Египте и Древнем Китае, пока не преобразовалось в сложные иероглифические системы, в цивилизации ацтеков. Рисуночная письменность сохранялась у некоторых племен американских индейцев и коренных народов Севера вплоть до XX века, пока миссионеры и чиновники окончательно их не «цивилизовали».

В широком смысле пиктограммами можно считать наскальные рисунки и петроглифы. Их авторы вряд ли преследовали цель таким образом передать информацию другим людям — разрозненные общины охотников и собирателей едва ли видели в этом смысл. Однако современные исследователи могут получить представление о древней фауне, способах охоты, верованиях с помощью рисунков на камне.

Утопия для неграмотных

Знаки фонетического письма невозможно понять интуитивно, как пиктограммы, в каждом языке они свои, а значит, для того чтобы узнать смысл послания, требуется владеть языком и уметь читать на нем. На протяжении тысячелетий грамотность была уделом высших слоев общества: аристократии, духовенства, а также чиновников и торговцев.

«Темное» Средневековье породило феномен уличной вывески. Любой горожанин, не умевший читать, мог сказать, где находится мастерская сапожника или винная лавка: возле первой висел сапог, возле второй — бочонок. Появились универсальные символы, например ключ у слесарей, три шара у ростовщиков. Очень похоже на современные указатели!

Джонатан Свифт в «Путешествиях Гулливера» описывает радикальный проект языка, понятного всем, — на основе даже не рисунков, а реальных предметов.

Таким образом жители страны Лапуты предлагали экономить силы и общаться с иностранцами: «Автор проекта высказывает предположение, что для нас будет гораздо удобнее носить при себе вещи, необходимые для выражения наших мыслей и желаний. <…> Единственным его неудобством является то обстоятельство, что, в случае необходимости вести пространный разговор на разнообразные темы, собеседникам приходится таскать на плечах большие узлы с вещами. <…> Великим преимуществом этого изобретения является то, что им можно пользоваться как всемирным языком, понятным для всех цивилизованных наций».

Возможно, этот эпизод — ироническая отсылка к идее создания универсального языка, захватившей лучшие умы эпохи Просвещения. Декарт в 1629 году изложил основы «философского языка», который, по его мнению, должен быть более пригоден для получения знания, чем естественный, полный логических ошибок и неточностей. Лейбниц занимался разработкой пазиграфии — универсальной письменности «для всех народов на земле, на каких бы разных языках они ни говорили». В XIX веке появились, пожалуй, самые известные искусственные языки, призванные объединить человечество: волапюк Иоганна Шлейера и эсперанто Людвика Заменгофа.

Все проекты искусственного языка для международного общения, успешные и не очень, имеют один существенный минус: этот язык нужно выучить так же, как любой другой иностранный, то есть освоить грамматику и запомнить тысячи слов. И вот мы возвращаемся к пиктограммам.

Эпоха картинок

В XX веке распространение грамотности, расцвет средств массовой информации и рекламы, появление новых медиумов позволили одновременно поставлять одинаковую информацию миллионам людей. В то же время значительная часть человечества оказалась в чуждой языковой среде в результате войн и революций. А во второй половине столетия туристический бум, массовые спортивные и культурные мероприятия довершили формирование интернационального мира.

Стало очевидно, что письменность — это, безусловно, полезное изобретение, но, если нужно передать информацию максимально быстро, привлечь внимание или воздействовать на базовые чувства, нет ничего лучше картинок.

Воплощением этой идеи стали пиктограммы, которые для нас уже настолько привычны, что их значение мы считываем автоматически. Они превратились в поистине международный язык, хотя его и нельзя назвать полноценным средством общения — только вспомогательным инструментом. Среди примеров — указатели, знаки дорожного движения, иконки операционных систем. Скажем, красный крест означает больницу, идущий человек в красном треугольнике — «переход запрещен», силуэты мужчины и женщины — туалет, значок дискеты — «сохранить», шестеренка — настройки. Да, последние две предмета, например, видели не все из ныне живущих пользователей смартфонов, но они способны опознать соответствующие иконки и понять, что эти изображения обозначают.

Создаются и целые системы письменности на базе пиктограмм. В начале XX века эстонский ученый Якоб Линцбах придумал так называемую трансцендентную алгебру. Голландский журналист Карел Янсон и немецкий профессор Андре Экарт в 1956 году создали систему «пикто».

Улыбающееся лицо

Жители Лапуты у Свифта, как помните, были вынуждены носить с собой кучу предметов, чтобы общаться друг с другом. У нас есть смартфоны, и на их экранах мы можем показать любую вещь. Почему бы не использовать такую возможность? Однако изображение предметов — древнейший этап развития письменности, который человечество давно прошло. В цифровую эпоху более актуальной оказалась передача эмоций.

«Я часто думаю, что должен существовать специальный типографский знак, обозначающий улыбку», — сказал как-то раз Владимир Набоков.

Даже он принимал во внимание частичную потерю смысла в письменном тексте по сравнению с живой речью. Компенсировать этот недостаток призваны эмотиконы — пиктограммы, составленные из типографских знаков и передающие эмоции. Впервые использовал эмотикон преподаватель Университета Карнеги Меллон Скотт Фальман в 1982 году. Он предложил обозначать в электронных сообщениях символами 🙂 и 🙁 шутку и серьезные вещи соответственно.

Человек распознает физиономию и эмоцию даже в таком схематичном виде. Грудной ребенок уже способен идентифицировать лицо — глаза, нос, рот — и подражать мимике. То есть наши смайлики и эмотиконы обусловлены самыми базовыми психологическими закономерностями и пусть не в полной мере, но удовлетворяют потребность человека видеть собеседника и понимать, что он чувствует.

Следующий шаг в эволюции интернет-общения связан с развитием мобильных технологий. В конце 1990-х в Японии придумали эмодзи — набор смайликов и пиктограмм, предназначенных для обмена сообщениями в сетях мобильных операторов. В 2010 году некоторые эмодзи были включены в Юникод, то есть фактически признаны символами письменного языка, как буквы или иероглифы. Теперь их используют все популярные ОС, значки можно вводить с клавиатуры смартфона или с помощью специальных приложений. В 2015 году Оксфордский словарь выбрал эмодзи «лицо со слезами радости» Словом года — впервые это почетное звание получила пиктограмма.

Эмодзи-наци

Раз уж эмодзи стали привычным языком общения, нужен словарь, где записаны все общеупотребительные пиктограммы и их значения — и он появился. «Языковой комитет» интернета — это «Консорциум Юникода», некоммерческая организация, которая решает, какие символы достойны того, чтобы войти в одноименный перечень и появиться на мониторах всего мира.

Дженнифер Ли, основатель организации Emojination, рассказала сюрреалистическую историю о том, как она потратила два года, чтобы добавить в Юникод эмодзи в виде пельменя. «Консорциум» разработал процедуру регистрации новых пиктограмм, она занимает от 18 до 24 месяцев.

Рассматривает заявки специальный комитет по эмодзи, который состоит из 11 членов — технологических корпораций и государства Оман. Дженнифер Ли удалось зарегистрировать пельмень, но она находит странным, что судьба развивающегося всемирного языка зависит от бюрократов.

Одобренные «Консорциумом Юникода» пиктограммы кодируются для всех ОС и приложений так, чтобы при разнице в «начертании» оставаться узнаваемыми. Пользователи вечно спорят, чьи эмодзи самые правильные, понятные и красивые. К примеру, серьезные разногласия вызвал вопрос, как должен выглядеть чизбургер.

Даже в мире эмодзи есть языковой барьер: некоторые пиктограммы за пределами Японии непонятны. Скажем, то, что пользователи принимают за раскаленную сковородку или чашку кофе, на самом деле означает горячие источники. Среди других специфичных для Страны восходящего солнца эмодзи — кланяющийся человек или белый цветок, которым учителя в японских школах отмечают хорошую работу.

Интересно, что, помимо основной функции — передачи чувств, эмодзи иллюстрируют ценности современного общества. В ответ на запросы пользователей появились пиктограммы, изображающие людей с разным цветом кожи, ЛГБТ-пары, работающих женщин. Так что эмодзи — это еще и богатый материал для будущих исследователей.

Пиктограммы прошли путь от наскальных рисунков и шумерских табличек до международных вспомогательных языков, кодифицированных и стандартизированных, и продолжают развиваться. При этом они сохраняют архаические черты и задействуют базовые психологические структуры. Эмодзи позволяют поделиться чувствами и внести больше человечности в повседневную коммуникацию на расстоянии. Недавно археологи в Турции обнаружили керамический сосуд, которому около 4000 лет, с нарисованным смайликом. Так что делиться хорошим настроением — одно из древнейших человеческих стремлений.

Читать избранные статьи на Ноже