«Иногда мы забываем поставить наши идеи на место». Что такое эмоциональная дезориентация и как с ней справиться

Еще совсем недавно об эмоциональной дезориентации слышали считаные единицы, но сегодня, во времена пандемии, спрос на специалистов, разбирающихся в этом специфическом состоянии, которое американский психолог Джордж Чарльз охарактеризовал как «когнитивный калейдоскоп в воронке чередующихся кризисов», катастрофически вырос. По просьбе «Ножа» психотерапевтка Роксана Мейлахова, ведущая телеграм-канала «Доктор Шмоктор», выяснила, каковы причины возникновения эмоциональной дезориентации, как быть, если она с вами приключилась, и что думал о ней философ Людвиг Витгенштейн. А если наш материал заинтересует вас особым образом, можете написать отзыв на мейл hi@knife.media.

Неизбежность эмоций

Мы живем в обществе, в котором случайные встречи и совпадения, бывшие прежде областью магии, уступили место строгой логике и математическому моделированию. Но что насчет нашего опыта живого мира — мест, которые мы посещаем, троп, по которым мы ходим, книг, которые мы читаем? Наше восприятие мира в большей степени, чем любое другое внешнее восприятие, является продуктом наших эмоциональных и психических состояний.

Значение эмоций не сводится к содержимому нейронных цепей мозга.

Эмоции — это то, что мы несем глубоко в себе, они влияют на все аспекты нашей жизни, начиная с того, как мы взаимодействуем с нашим миром, и заканчивая тем, как мы интерпретируем наш опыт. Можно сказать, что эмоции — это неизгладимая сущность наших переживаний, проявляющихся в отношениях, которые мы формируем с людьми и окружающей средой. Напряжение между тем, что мы чувствуем, и тем, что мы знаем, является постоянным, а эмоции возникают, когда мы дезориентируемся из-за отсутствия общих рамок.

Причины возникновения эмоциональной дезориентации

Возьмем одну из самых фундаментальных эмоций — дезориентацию. Наиболее характерная черта дезориентации — это чувство открытости и любопытства, чувство новизны и приключений. Оказавшись за пределами наших обычных систем координат, мы чувствуем себя связанными со всем, что нас окружает. Эмоциональная дезориентация производит на нас гораздо большее впечатление, чем наш мирской опыт, но чем именно она вызывается?

Философ Людвиг Витгенштейн писал: «Мы получаем наши идеи порядка из некоторой концептуальной подготовки или презентации… Мы путаем идеи в нашем сознании. То есть иногда мы забываем поставить их на место» («Голубиные тетради», § 37). А если мы забываем поставить их на место, мы теряем ориентацию. Аристотель и Платон не обязательно ошибались, когда утверждали, что дезориентация — важная черта нашей повседневной жизни, в том числе как первый этап решения той или иной проблемы. Когда кто-то сбит с толку и не может найти выхода из сложной ситуации, гипотетический выход становится для него своего рода приманкой, но, в отличие от классической экономики эмоций, это всего лишь побочный продукт разума.

Поэтому наш опыт дезориентации, ключевой части перехода от одного состояния сознания к другому, является необходимым, но недостаточным условием.

Людям необходимо пережить эмоциональную дезориентацию, чтобы открыть свой разум внутреннему переживанию мира. Причем не стоит удивляться, если расхожий common sense начнет создавать новые концепции, нарративы и модели для объяснения запутанного опыта — ведь когда люди испытывают дезориентацию, они дезориентируются. Подобный опыт не должен вызывать принципиальных затруднений, поскольку люди привыкли смотреть на мир в перспективе. Но следует помнить, что переход от восприятия мира как должного к поиску настоящего выхода может оказаться психологически травмирующим.

Череда кризисов и смена перспективы

Люди могут испытывать эмоциональную дезориентацию в окружающем мире, в своих сердцах и умах, а также в своих снах. Отклонения от нормального психического отношения очень часто встречаются в человеческом опыте, например, во время болезни или в результате травмы. Известный факт: люди входят в диссоциативное состояние после тяжелой утраты, такой, как смерть близкого. Многие переживают сдвиг в сознании, когда умирает любимый человек. Такой опыт представляет собой переход от одного образа мышления к другому, а изменения часто происходят в быстрой последовательности.

Причина, по которой люди иногда чувствуют изменение в сознании, заключается в том, что многие реакции, которые они испытывают во время кризиса, не соответствуют тому, как обычно думает человек.

И хотя изменение точки зрения считается обычным явлением, его последствия редко осознаются до тех пор, пока не возвращаются к нам в виде травмы или серьезного жизненного кризиса. Следует также учитывать, что изменение точки зрения не обязательно носит психологический характер. Психолог Джеймс Пост в работе «Наедине с собой и другими» (2018) утверждал, что смена перспективы — вовсе не психическая, но скорее духовная проблема. Многие исследователи рассматривают изменение точки зрения как своего рода блуждание, которое происходит во время психического заболевания или нервного срыва.

Таким образом, изменение точки зрения может произойти во время кризиса и быть связано с духовным пробуждением. Смена перспективы происходит в сознании человека, когда он или она испытывает «сдвиг в потоке энергии» и «мгновенную утрату верований и идеалов прошлого, определяемую как переживание инаковости или нового трансформированного осознания» (Джордж Чарльз, «Баланс потока»).

Современная психология склонна видеть в таком сдвиге «переход от бытия человеком с одним умом, мышлением и верой к бытию человеком с двумя или более системами убеждений или образами мышления» (там же).

Когда человек проходит через период изменения взглядов, он или она может испытывать некоторые из следующих состояний: чувство бессилия; ощущение себя жертвой судьбы; чувство покинутости или нежеланности; ощущение несоответствия реальности, воспринимаемой как ложь, и тому подобное. Вот лишь некоторые из множества событий или чувств, которые могут ускорить или вызвать смену перспективы.

Подобная трансформация может сопровождаться дальнейшим изменением поведения. В этот период люди могут временно вести себя совершенно иначе, чем в прошлом. Чаще всего изменения касаются: частоты или интенсивности сексуальной активности; диеты; денежных трат; использования определенных мест в качестве зон для сна или отдыха; продолжительности занятий спортом и так далее. Суть смены перспективы в том, что подобная переакцентуация должна быть целенаправленной, а не импульсивной.

Что касается перспективных изменений, важно, чтобы они были постепенными и соразмерными состоявшемуся кризису.

Все это не означает (и многие склонны об этом забывать), что кризис закончился или что дальнейших изменений в поведении не будет. Точно так же окончание кризиса не гарантирует, что перспективы на будущее будут ясными и предсказуемыми. Кроме того, лучше заранее стремиться сделать так, чтобы любой возможный будущий кризисный период был подходящим по срокам и масштабам и соответствовал прошлому опыту.

Последнее поможет приблизить тот день, когда перспективы на будущее станут более ясными и предсказуемыми.

Другими словами, если позволить этой временной воронке стать нашей типичной и ожидаемой реакцией, то данное положение вещей, скорее всего, останется неизменным в обозримом будущем.

Поэтому сам способ, которым индивид переживает свою ситуацию, не обязательно должен измениться. Например, человек может чувствовать себя подавленным из-за произошедшего кризиса, но все же не сумеет изменить свое мировоззрение под давлением обстоятельств.

***

Как же тогда, с учетом всего вышесказанного, осмысленно и понятно описать последствия вызванного эмоциональной дезориентацией кризиса? Если человек сумел наконец разобраться в собственном положение дел, то он или она, основываясь на своем текущем осознании, должен определить конечную точку, в которой возникновение кризисной ситуации становится уже невозможным. И тогда ему или ей достаточно будет оглянуться назад, чтобы понять: он или она достиг нового жизненного состояния, которое отражает истинное чувство свободы и покоя.