Популярное

«Гоголь. Начало»: Николай Васильевич Бертон

Чахлый писарь с длинными патлами (Александр Петров), работающий в сыске, прибывает на место очередного убийства. Там умный следователь в красивом пальто (Олег Меньшиков) видит, что подручный падает при виде трупа молодой женщины в обморок, во время которого трясущейся рукой с пером выводит на листе имя убийцы. Смекнув, следователь по имени Яков Гуро (неизвестно, связана ли эта фамилия с жанром хентая) берет с собой припадочного помощника на Полтавщину, где неизвестный демон убивает пачками молодых девушек. Для писаря эта поездка еще и ностальгическая, это его родина, ведь зовут его Николай Васильевич Гоголь. По сюжету он уже написал «Ганца Кюхельгартена», но еще не начал «Вечера на хуторе близ Диканьки».

Впрочем, что конкретно случится с Гоголем и Гуро, из этого фильма (хотя это не фильм в строгом понимании) зритель так и не узнает. Дело в том, что «Гоголь. Начало» — это первые две серии полномасштабного сериала с гигантским бюджетом, выданным телеканалом ТВ3. Первые два его эпизода, склеенные вместе, — это и есть «Гоголь. Начало». Вообще, конечно, странная это идея: выпускать сериал, а тем более российский, на широком экране, да еще и в четырех частях (а продюсер Цекало хочет показать в кинотеатрах все восемь серий в упаковках по две штуки).

Вот, например, одновременно с «Гоголем» выходит в IMAX’ах сериал о супергероях «Сверхлюди», но Marvel не рискнул показывать весь сериал целиком: все остальные серии, кроме первых (которые, кстати, жутко разругали), будут только по ТВ.

Хотя в случае «Гоголя» даже такой риск кажется оправданным. Да, это не отдельный законченный фильм, это две серии из восьми. Да еще и серии эти позже покажут на телеканале ТВ3, том самом, где раньше шли передачи про планету Нибиру. Невольно вспоминается начало «Симпсонов в кино», когда Гомер, поворачиваясь к нарисованному залу, кричит: «Не понимаю, зачем платить за то, что по телику показывают бесплатно. В этом кинотеатре сидят полные идиоты».

Впрочем, «Гоголь» наверняка покажется  целевой аудитории ТВ3 не менее пугающим, чем заговор рептилоидов. В первой же сцене всадник без лица, позаимствованный, понятно, из «Сонной Лощины» Тима Бертона, крайне жестоко рубит на опушке толпу мужиков, один из которых украл себе голую девушку и, очевидно, собирался над ней насильничать. Хотя девушку спаситель тоже убивает и даже при помощи спецэффектов высасывает из нее кровь. Дальше — больше. Зачем-то в сериал про Гоголя решили вставить побольше настоящего трэша в духе Роберта Родригеса: если в голову злодея стреляют из мушкета, то обязательно пробивают в нем гладкую дырищу размером в пол-лица; если патологоанатом (Ян Цапник из «Горько») осматривает труп, то выковыривает сердце и показывает ошалевшему Гоголю.

Нанятый сериальный режиссер Егор Баранов, кажется, специально поиздевался над заданной ему чрезмерно серьезной концепцией мистического проекта о великом писателе и превратил его в балаган ужаса, комедийный хоррор, каковым, кстати, являлись и те же «Вечера на хуторе близ Диканьки» самого Николая Васильевича.

Причем все эти цитаты приплетены совсем даже не бездумно, а следуя какой-то особенно тонкой концепции. С одной стороны, «Гоголь» наследует другим кинематографичным сериалам: тому же «Шерлоку», из которого позаимствован и мотивчик для музыкального сопровождения, и парочка детективов, один — самоуверенный и умный, другой — вялый и пугливый (это как раз Гоголь); «Твин Пиксу», оттуда — мертвые невинные девочки, расследование посредством путешествия по потустороннему миру (бледный Гоголь раз в четверть часа, как по расписанию, бухается в обморок и видит там подсказки по делу) и адаптированная под дореволюционную ментальность липкая атмосфера затуманенного села, с которого надо тикать, потому что тебе там настанет […] (известно что).

То есть Цекало решил ориентировать сериал на прожженных взрослых киноманов, да еще и ухватить каких-нибудь старших школьников, которые забредут после первосентябрьской линейки по велению классной руководительницы и учительницы литературы. Кстати, о патриотически важном литературном наследии в «Гоголе» говорят с каким-то непривычным, словно нездешним, хулиганством: Пушкина, например, показывают секунд на пятнадцать, да еще и в виде распоследнего тролля-альфача (в блестящем эпизоде сыграл Павел Деревянко), который вместе с друзьями-поэтами издевается над хиккой Гоголем. Да и вообще методика «сними сериал, в котором будет все, что нравится Александру Цекало» не так уж и плоха: справедливости ради, Александру Цекало нравятся всякие хорошие фильмы.

Вторая серия, вопреки всем ТВ-шным законам, сильно слабее первой, что, конечно, понятно с точки зрения финансового планирования: вот пилот, он самый дорогой. Но если планируется выпускать еще три таких же «фильма», то имеет смысл заканчивать на неожиданном повороте. В этом плане можно серьезно разочароваться: вторая глава, посвященная убитой толстой украинке по имени Хавронья, заметно скучнее как мини-детектив. Да и клиффхэнгер в конце второй серии зеркально повторяет клиффхэнгер первой, что как минимум абсурдно.  

Резюме: исключительно жанровый, но не клишированный до степени сличения, сериал –  даже несмотря на свою нескрываемую неряшливость – в любом случае увлекает.