Как правильно

Алкогольные поэт-баттлы в трусах, тигробобёр и тонны дешевых книг: почему Иркутск — культурная столица Сибири

Трястись три с половиной дня в поезде или лететь пять часов в самолете минимум за 10 тысяч рублей, чтобы полюбоваться на небольшой город, — сомнительное развлечение для жителей Центральной России. Туристов чаще всего заносит в Иркутск мимоходом по пути на Байкал. Если вы всё же оказались здесь, попробуйте понять, почему Иркутск — культурная столица Сибири.

Гостей из других городов иркутяне первым делом ведут гулять по 130-му кварталу. Эта улица — квинтэссенция «деревянного Иркутска», где около 30 полуразвалившихся памятников архитектуры отреставрировали и наполнили коммерческой начинкой — кафе, ресторанами и сувенирными лавками. Бывшая зона бараков стала радостью для горожан и поводом для тщеславия городских властей: пять лет назад 130-й квартал занимал второе место в списке самых значимых архитектурных проектов России.

В начале 130-го квартала вас встретит символ города, огромный мифический зверь — Бабр. На сибирском наречии «бабр» означает «тигр», и почти 200 лет на гербе Иркутска действительно красовался тигр с соболем в зубах.

В 1878 году питерские чиновники по ошибке переделали «бабра» в «бобра», и художникам пришлось подстраиваться под приказ: Бабру подрисовали перепонки на задних лапах и большой хвост, похожий на бобровый.

В 1997 году ошибку в описании герба исправили, а изображение полутигра-полубобра осталось.

Чуть дальше скульптуры Бабра стоит ярко-бирюзовый фургончик More coffee. Пару лет назад молодая семья решила разнообразить кофейную индустрию города, купила в Подмосковье микроавтобус «Баркас» 1986 года выпуска и открыла первую в Иркутске мобильную ретрокофейню, оформив ее в морском стиле. Здесь — самый дешевый кофе для прогулки: стаканчик напитка обойдется в 100–150 рублей. Владельцы осознали свою популярность среди местной молодежи и планируют открывать кофейни в других городах России.

В фургончике More coffee уже можно начинать закупаться местными сувенирами — это зеркальные броши в виде Бабра, медведей, шишечек и прочих сибирских символов. В сувенирных магазинах вы найдете белых и пушистых игрушечных нерп — Иркутск от места их обитания, Байкала, отделяет всего час езды на маршрутке.

В 130-м квартале загляните в «Книжную лавку», где можно прикупить от 70 рублей Достоевского, Мопассана, Уэльса, Фрейда и кого угодно. Книги поступают в лавку подержанными, но в отличном состоянии.

Бумажные книги в Иркутске очень любят и берегут: регулярно проводятся «Книговороты», где можно взять какую-нибудь книгу даром, во всех кофейнях стоят заполненные полки для буккроссинга.

Один иркутянин настолько увлекся спасением бумажных книг, что открыл во дворе своего дома «Книжный приют». По субботам он распродает издания по символической цене — 50 рублей, собирая деньги на гаражи для тонн скопившихся книг.

От 130-го квартала отходит улица Ленина. Здесь можно без риска для жизни засунуть пальцы в розетку, прикрепленную к стене одного из зданий по правой стороне — скульптура сулит богатство, и, судя по ее затертости, прохожие свято верят в обряд.

Здание областного правительства иркутяне зовут «Серым домом», в прошлом веке на его месте стоял Казанский кафедральный собор высотой в 20-этажный дом. В 1932 году пятиглавую святыню взорвали под крики стариков о наступившем конце света. Вместо православной громадины решили возвести не менее грандиозный дом советов, строительство которого растянулось аж на 23 года. Теперь о Казанском соборе напоминает только крошечная часовня, установленная в 2001 году. У одного из иркутских мэров была идея снести «Серый дом», восстановить собор, а властей переселить в новое здание, но к этому проекту никто не отнесся всерьез.

По историческому центру Иркутска проложена «зеленая линия» для экскурсантов, но двигаясь по ней, вы будете постоянно врезаться в толпы галдящих туристов из Китая. Из года в год их всё больше, и местных жителей это порядком раздражает.

Чтобы прочувствовать атмосферу города, сверните с шумных центральных улиц и побродите по дворикам зданий в стилях сибирского барокко, русского классицизма и модерна.

Местные жители любят сравнивать Иркутск с Санкт-Петербургом, особенно в дождливые дни. Город спроектирован по примеру Северной столицы, генеральный план Иркутска составил питерский архитектор Иван Лем, а к строительству домов приложили руки мастера, которые учились или работали в Петербурге.

С одним из них, Александром Разгильдеевым, связана городская легенда. Часто бывая в Париже, он с любовью рассказывал об Иркутске французским друзьям, среди которых был писатель Жюль Верн. Рассказы Разгильдеева вдохновили фантаста на роман «Михаил Строгов: путешествие из Петербурга в Иркутск», в котором описывается большой пожар на улице Карла Маркса (на тот момент — улица Большая).

Жюль Верн напророчил трагедию: через четыре года после выхода книги в центре Иркутска в самом деле случился пожар, уничтоживший значительную часть города.

Деревянные постройки до сих пор частенько горят, тем не менее их остается приличное количество. Некоторым иркутянам, живущим в самом центре, всё еще приходится таскать воду с водокачек и ходить в туалеты на улице. С этим в городской мэрии обещают разобраться: часть исторически ценной рухляди снесут, часть облагородят по примеру 130-го квартала.

Город на Ангаре пришелся по душе Чехову — однажды заехав сюда, он писал в письмах друзьям:

«…Из всех сибирских городов самый лучший Иркутск»;

«…Он лучше Екатеринбурга и Томска. Совсем Европа»;

«…Иркутск превосходный город. Совсем интеллигентный. Театр, музей, городской сад с музыкой, хорошие гостиницы… Нет уродливых заборов, нелепых вывесок и пустырей с надписями о том, что нельзя останавливаться».

Сейчас непривлекательных заборов, вывесок и пустырей в Иркутске предостаточно, но культурная жизнь по-прежнему кипит. Кроме классических театров, куда билеты всегда раскуплены на месяц вперед, есть несколько любительских, например «Подвал» или «Новая драма», где, по мнению иркутян, ставят очень удачные эксперименты. Из музеев выделяются отреставрированные усадьбы декабристов Волконского и Трубецкого.

В домах-музеях можно увидеть вещи, когда-то принадлежавшие ссыльным князьям и их семьям: стихи на клочках бумаги, кандалы, единственное в мире действующее пирамидальное фортепиано конца XVIII века, черно-белые фотографии каторжников, рассохшиеся книги, крошечные сервизы и с виду неудобную, но красивую старую мебель.

В Иркутске каждый год проходят международные культурные фестивали. Пианист Денис Мацуев организует на своей родине музыкальный фестиваль «Звезды на Байкале». Иркутский драмтеатр проводит Вампиловский фестиваль современной драматургии в честь известного писателя-земляка Александра Вампилова. Фестиваль поэзии, «Джаз на Байкале», Форум молодых писателей, фест любительских фильмов и так далее — интеллигенции здесь некогда дух перевести.

Есть и свободолюбивые камерные вечеринки. Так, в баре «Фаренгейт» раз в месяц поэты проводят «Перо Underground’а», или «Поэт-баттл», где разгоряченные лирикой и алкоголем иркутяне иногда раздеваются до трусов, зачитывая стихи и соревнуясь в поэтическом фристайле. Темы для баттлов предлагают зрители — бывало, что в битве за призовой портвейн и шампанское поэты жарко спорили о странных предметах вроде инквизиции. Не обходится на поэтических тусовках без матов, так как единственное ограничение для участников — «возможно всё, что позволяет твоя совесть».

Чтобы восполнить силы после прогулок и неистового культурного просвещения, загляните в местные кафе-позные. Из-за географической близости бурятская национальная кухня распространена в Иркутске. Позы и бузы, напоминающие огромные сочные пельмени (кстати, бурят, которых в городе живет довольно много, огорчает такое грубое сравнение), вкусное и сытное блюдо — нескольких штучек по 40 рублей хватит, чтобы наесться как минимум на полдня вперед.

Иркутяне часто ходят в франшизные гриль-бары «Шашлыкофф» и «Антрекот», где средний чек около 500 рублей, а атмосфера располагает как к быстрому перекусу, так и к душевному застолью до двух ночи. За крафтовым пивом отправляйтесь в бар «Декабрист», за необычными морскими бутербродами — в скандинавский гастробар «Сморреброд», за традициями «Харатса» — в многочисленные бары, которые, к слову, впервые открылись именно в Иркутске.

До остальных районов из центра города можно добраться примерно за полчаса, но кроме пестрых новостроек и серых пятиэтажных коробок смотреть там не на что. Потратить несколько часов стоит разве что на район Авиазавода в Иркутске-II, где сейчас производят новый пассажирский самолет МС-21, и на заброшенный военный институт (городок ИВАТУ) на улице Советской.

Военное училище в Иркутске открыли по приказу Николая II. В статусе учебного заведения ИВАТУ работало до 2009 года, какое-то время даже считалось лучшим в стране, а после закрытия стало местом обитания фотографов, любопытных горожан и поджигателей. ИВАТУ горит каждый год по несколько раз, несмотря на бродящую по территории городка охрану. Пробраться туда легко: забор раскрошился, двери огромных корпусов раскрыты настежь.

Жутковато бродить по разрушенному училищу, где — как после бомбежки — хаотично раскиданы старомодные телефоны, портфели, зачетки, ботинки, тетрадки и повсюду виднеются надписи с налетом чего-то советского и очень секретного, — но прогулка стоит того.

К Иркутску относятся полярно: либо обожают за спокойствие и интеллигентность, либо считают безнадежным провинциальным «болотом», откуда надо бежать в Москву. Недавно обсуждалась мысль о том, чтобы перенести столицу России в Иркутск. Дескать, Москва свое отслужила, а здесь — «середина Земли», нет коррупции и суматохи, да и Байкал рядышком. Интересно, побегут ли тогда из других городов в Иркутск?


Фото: Влад Шарун

Хотите написать что-то интересное в «Нож», но у вас мало опыта? Присоединяйтесь к нашему Клубу!