Существует ли наше «я»: откуда взялась идея уничтожения эго и есть ли в ней научный смысл

Прекрасное

Отличается умом и сообразительностью: Кир Булычёв и источники его вдохновения

18 октября 1934 года родился Игорь Можейко — писатель, которого вся страна знала по псевдониму Кир Булычёв. Один из лучших советских писателей, он работал во всех жанрах — от научно-популярных очерков до юношеской фантастики. Именно он придумал девочку Алису Селезнёву, в которую были влюблены все мальчишки Советского Союза, тоскливого Громозеку и Птицу-Говоруна. Истории создания его прозы подчас были удивительнее самих повестей и рассказов.

«Чужая память»

Булычёв почти никогда не вставлял в прозу собственные воспоминания и переживания. Но одно исключение из этого правила было.

В 1941 году семилетнего Игоря с матерью и сестрой эвакуировали из Москвы в Татарстан. Мальчик не успел даже пойти в школу: первоклассником он стал только в следующем году. Весь класс состоял из восьмилеток, пропустивших год из-за начала войны.

Бесчисленные вагоны-теплушки толкались на перегонах, и путь от Москвы до Волги растягивался на недели. Временами поезд мог полдня простоять в степи, и его пассажиры выходили размяться, погулять, если повезtт — собрать каких-нибудь чудом сохранившихся ранней осенью ягод. Во время одной из таких остановок мама вывела Игоря и его маленькую сестру.

«Мама с двухлетней Наташкой собирали букет, а я гонялся за кузнечиком. А потом оглянулся и увидел, что наш поезд дернулся и медленно двинулся. И только после этого до нас донесся предупреждающий гудок», — вспоминал Булычёв.

Люди, которые уже разошлись на сотни метров, кинулись к поезду, подхватывая детей. Мама взяла на руки маленькую дочь, а Игорю пришлось догонять их самому: «Я бежал и трясся от ужаса, что поезд уйдет и мы останемся в степи. Я ненавидел Наташку, потому что мама успеет донести ее до поезда, а меня забудет. Я догнал маму и стал дергать ее за юбку. Не знаю уж, зачем я ее дергал. Но помню ощущение матери. Мы успели, может, поезд остановился — не помню».

Это детское ощущение ужаса и неизвестности сорок лет спустя Булычёв подарил Сергею Ржевскому из повести «Чужая память». Повесть фантастическая, но воспоминание настоящее.

«Ему, Сергею, станет страшно, что отстанет, и он будет дергать девочку за край платья, чтобы мать бросила ее, ведь это его мать, она должна спасать его — и он бежит за матерью и кричит ей: „Брось, брось!“ — а мать не оборачивается, на матери голубое платье, а девочка молчит, потому что ей тоже страшно, и бег к поезду, столь короткий в действительности, в кошмаре превращается в вечность, так что он может разглядеть мать, вспоминает, что у нее коротко, почти в скобку, остриженные светлые волосы, видит ее полные икры, узкие щиколотки, стоптанные сандалеты».

«Связи личного характера»

Одна из самых важных работ Булычёва — цикл рассказов о жителях городка Великий Гусляр. Этот город, названный то ли в честь реки Гусь, то ли в честь чешского реформатора Яна Гуса, находится на «земной выпуклости». Из-за этого инопланетянам он виден из космоса лучше, чем любой другой город, вот гуслярцы и сталкиваются регулярно со всяческими странностями.

Прототипом Великого Гусляра стал Великий Устюг, крошечный и древний городок на северо-востоке Вологодской области. Булычёв попал на будущую родину Деда Мороза в шестидесятые годы, когда еще не помышлял о писательском ремесле. Булычёв был очарован восьмисотлетним городком, который каток советской власти почти обошел стороной, в котором ощущалось дыхание истории, и его жителями. Лохматый прохожий с воздушным змеем под мышкой; старик, считающий, что под каждой улицей Устюга зарыт клад, — любой случайный знакомый так и просился на страницы книги.

Имена жителей Устюга тоже появились не из ниоткуда. Их Булычёв позаимствовал из тонкого справочника «Адресная книга г. Вологды за 1913 годъ».

Булычёв стал фантазировать и менять их биографии по своему желанию. Владелец магазина скобяных товаров Корнелий Удалов стал начальником стройконторы, торговец Александр Грубин — изобретателем. Сперва это было для Булычёва забавной игрой, но через несколько лет город начал оживать.

В 1967 году за плечами у Булычёва уже была пара детских книг, в том числе «Девочка, с которой ничего не случится», и карьера переводчика. Оказавшись в командировке в Болгарии, он обнаружил, что остался без денег. По счастью, Булычёв познакомился с редактором местного журнала «Космос» Славко Славичем и представился писателем-фантастом. На редактора это подействовало неожиданно. Он достал из ящика бутылку болгарского бренди «Плиска» и предложил Булычёву работу написать для журнала рассказ. Тот немедленно согласился.

Булычёв отправился в горный курорт Боровец, где располагался дом творчества писателей с окнами во всю стену и фантастическими видами: зеленые склоны гор, отары ленивых овец, болгарские пастухи, наблюдающее за ними вполглаза.

Через несколько дней творческих мук родился первый рассказ «Неоспоримое доказательство». Булычёв получил за него сто левов — значительную по тем временам сумму. Русский текст рассказа не сохранился, и только в 2016 году его перевели с болгарского обратно на русский. Булычёв же вернулся в Советский Союз и написал на тот же сюжет другой рассказ — «Связи личного характера», где уже появились и Великий Гусляр, и жители дома № 16 по Пушкинской улице.

«Когда вымерли динозавры»

У одного из первых фантастических рассказов Булычёва история возникновения была совсем удивительной. В то время он писал для журнала «Вокруг света» географические и исторические очерки. Приложением к журналу выходил «Искатель», альманах новой приключенческой прозы. Очередной номер «Искателя» вот-вот должен был отправиться в печать, но цензоры неожиданно зарубили один из переводных рассказов — пришлось срочно искать замену. Проблема усугублялась еще и тем, что к рассказу уже успели нарисовать иллюстрацию для обложки номера, а саму обложку — напечатать тиражом в триста тысяч экземпляров. На обложке был изображен стул, на стуле — капсула, а в ней — крошечный динозавр.

Сотрудники редакции вытащили из шкафов бутылки с алкоголем, припасенным на черный день, и придумали план. План был прост: напиться, отправиться по домам, а утром принести по рассказу, который подошел бы к такой странной обложке.

Булычёв — тогда еще известный под своим настоящим именем Игорь Можейко — написал рассказ о корреспонденте, который обнаруживает, что на Дальнем Востоке динозавры не вымерли.

Впрочем, в конце рассказа в обескураженной редакции появлялся фотокор с банкой в руке и объяснял: динозавры не вымерли, но сильно измельчали.

На следующий день Можейко с удивлением обнаружил, что большинство его коллег сладко проспали всю ночь и не написали никаких рассказов про динозавров в капсуле. Рассказ Булычёва приняли в печать немедленно — с этого и началась его карьера фантаста.

«Девочка, с которой ничего не случится»

Кстати, сам Булычёв появился на свет именно в этот момент. Публиковать фантастические рассказы под собственным именем Можейко постеснялся. Взяв девичью фамилию матери и имя жены Киры, он соорудил псевдоним Кир Булычёв. Тайну псевдонима удалось сохранить аж до 1982 года, когда Булычёв-Можейко получил сразу две госпремии за киносценарии, и настоящее имя было раскрыто в газетах.

А Алису, свою самую известную героиню, Булычёв назвал в честь дочери. Родители Алисы Селезнёвой — тоже тезки родителей «настоящей» Алисы: Игорь и Кира.

А уже в нашем веке «девочка, с которой ничего не случится» прорвалась обратно в наш мир. В московском парке Дружбы появилась рябиновая аллея имени Алисы Селезнёвой. По шутливому предложению Булычёва родилась традиция: каждый год из ягод, собранных на аллее, делают настойку «Алисовка».