Любовь по формуле: как математику можно применять к отношениям

Самый западный: почему не стоит ждать Кёнигсберга от Калининграда

Для начала определитесь, куда вы летите: в Калининград или в Кёнигсберг? Нет, цена билета от этого не изменится, расстояние тоже: полтора часа лету, за билет — от 3 тысяч до бесконечности в «несезон», когда ушлые авиакомпании хотят заработать. А вот впечатления ваши кардинально поменяются в зависимости от того, что вы хотите увидеть.

Все дело в том, что Кёнигсберга — европейского города, в котором разговаривают по-русски, — не существует. Едущие сюда за «русской Европой» или «Европой в России» будут жестоко обмануты. Никакой Европы здесь нет (ну, в крайнем случае, километрах в 100–150 от Калининграда — границы с Литвой и Польшей). 1000-летний город, который отмеряет свой век с 945 года и поселения Твангсте на Королевской горе, в 1945 году просто перестал существовать. Сначала постаралась британская авиация, а потом советские граждане, которых забрасывали из разных концов страны во вновь приобретенную Калининградскую область для восстановления ее хозяйства.

Ко всему немецкому здесь, на куске суши, зажатом между Прибалтикой, Европой и морем, относились пренебрежительно.

Оттого в Калининграде и Калининградской области вы то там, то здесь натыкаетесь на элементы старых трамвайных путей (они тут чуть ли не по всей территории области, от деревни к деревне), на брусчатку (которую нынешние власти собрались жестоко выкорчевать), на полуразрушенные (или наоборот — достроенные) немецкие виллы, на лютеранские кирхи, умело переделанные Русской православной церковью под православные храмы. Без слез не взглянешь на остатки былого величия, которое словно намеренно оставили в назидание потомкам в раскуроченном виде. Нет здесь больше ничего «европейского» или «прусского».

Карта Калининградской области покрыта странными повторяющимися названиями. Говорят, в 1946 году военной топонимической комиссии дали указание чуть ли не за три дня переименовать все населенные пункты завоеванной Восточной Пруссии, и комиссия с заданием справилась без особого креатива. На картах появились Светлогорск вместо Раушена, Зеленоградск вместо Кранца, Правдинск вместо Фридланда, Советск вместо Тильзита, Мамоново вместо Хайлигенбайля и десятки сел с одинаковыми названиями, разбросанными по относительно небольшой территории так, что местные сами путаются до сих пор: «А этот Светлый — это город или поселок на другом конце области? Или это район одного из городов?»

Но стоит попытаться определить локацию в инстаграме или в форсквере, как тут же выпадут Прейсиш-Эйлау, Нойкурен, Гумбиннен, Тапиау и Инстербург. Здесь каждый населенный пункт обладает историей, которую не сильно берегут местные, но которой живо интересуются приезжие. Поэтому, конечно, в каждом городе вы найдете непременную янтарную лавку с непременным «Кёнигс…» в названии, а вот лавку с магнитиками — не везде. Любопытство людей к истории той земли, на которой они живут, «напрягает» штатных патриотов. Выдуман даже специальный термин «ползучая германизация», описывающий явление, которого нет — якобы сепаратистского стремления несознательных калининградцев.

Калининградец посмотрит как на идиота и на того, кто предложит отдать область немцам, и на того, кто будет с ним бороться традиционной фразой «Деды воевали!»

Ну, во-первых, действительно воевали, во-вторых, здесь каждый четвертый — русский военный или имеет отношение к семье военных. А в-третьих, калининградцы, хоть и гордятся своей исключительностью, на самом деле больше всего похожи на жителей какой-нибудь среднерусской глубинки, которые верят телевизору.

Сравнивать себя с «РФ», как пренебрежительно называют здесь основную часть страны, калининградцы не любят. Многие из них, каждые выходные выезжая в польскую «Бедронку» за продуктами, с географией собственной страны знакомы довольно слабо. Для них Тамбов, Челябинск и Иркутск — это где-то рядом (друг с другом). Сибирь для них — это ГУЛАГ, оттуда ничего хорошего не жди. В Самаре одни столовки и забегаловки. Из Москвы постоянно присылают каких-то идиотов-чиновников. Калининградец суров и стоек в своих убеждениях о собственной уникальности.

При этом отсутствие адекватного восприятия собственной территории и взаимосвязей с остальной Россией делает калининградцам медвежью услугу. Сервис здесь хромает на обе ноги, хороших ресторанов практически не существует, цены в магазинах местных сетей (а посторонних сетей и нет) завышены. Но, уверенные в собственной непогрешимости, калининградцы продолжают жить в условных 90-х, не веря, что в остальной России уже наступили славные 10-е.

Если вы ждете от этого города «уголка Европы», лучше почитайте исторические книги на эту тему — например, «Закат Кёнигсберга» Михаэля Вика — и не расстраивайтесь. Потому что символ Калининграда — это не новодельный комплекс «Рыбная деревня», выполненный по канонам североевропейской архитектуры, которой тут никогда не было, хотя он смотрится свежо и открыточно. Символ Калининграда — это и не Кафедральный собор на острове Канта с могилой титульного философа в «изголовье», хотя зеленый парк с брусчатыми аллеями и газоном в центре города, отделенный от остального урбана мостами, выглядит очень заманчиво.

Настоящий символ Калининграда последних 70 лет — это построенный на месте разрушенного английской авиацией Королевского замка Дом советов, именуемый в народе «Робокопом».

21-этажный монстр с выбитыми окнами, окруженный строительным забором, за 30 лет с момента постройки так и не был заселен «органами власти», как планировалось — проблемы с бумагами, с деньгами, с многочисленными тайными владельцами. Он возвышается над Центральной площадью Калининграда то ли насмешкой над мечтами урбанистов об удобном городе, то ли мемориалом всем советским попыткам сломать Кёнигсберг под себя и сделать его «таким же, как все советские города».

Совсем другое дело, если вы летите в Калининград, не ожидая от него настоящей Европы.

Калининград прекрасен. Особенно весной — она здесь затяжная, по-балтийски холодная, с ветрами и туманами. Просто знайте, что у вас с собой постоянно должны быть две вещи — зонт и солнечные очки. Погода здесь меняется стремительно в течение дня. И если вы не ожидаете от этого города ничего, он быстро вас вознаградит: петляя по дворам серых, нарочито уродливо промазанных в швах между панелями девятиэтажек и хрущевок, вы вдруг можете наткнуться на сохранившийся дом из того, прусского прошлого.

Если хотите получить дозу романтики, отправляйтесь гулять на Верхнее озеро в районе улицы Тельмана. Старые немецкие частные дома здесь разнятся: где-то они выглядят ухоженными и весьма дорогими, где-то не нашли новых хозяев и выглядят так, как в условном 1943-м.

Верхнему озеру повезло: говорят, где-то здесь жила в молодости бывшая супруга Владимира Путина, и оттого в создание на озере в центре города прогулочных зон, парков и причалов с набережной вложена была крупная сумма денег. На остальной город этих денег не хватило, поэтому Верхнее озеро выглядит… нет, не инородным элементом, а скорее примером того, как надо «выходить» остальной город.

Обязательно прогуляйтесь по проспекту Мира. Петляя, он идет от площади Победы (вот ирония судьбы — бывшей Адольф-Гитлер-плац) до почти края города. Здесь сохранилась и оригинальная застройка, и брусчатка, и важные городские объекты: стадион «Балтика» (на котором сборная Германии готовилась к Олимпиаде 1936 года), Центральный парк (Луизенваль) с оригинальными памятниками барону Мюнхгаузену (а вернее, тому, что от него осталось, — сами увидите) и Владимиру Высоцкому, небольшой, но довольно уютный зоопарк со слонихой Преголей, капибаренком Илоном и гуляющими на открытом воздухе жирафами.

Вдоль проспекта Мира много кафе и ресторанов — не стесняйтесь, заглядывайте в них. Напротив кинотеатра «Заря» — исторического городского заведения, который не стесняется показывать в соседних залах французское кино для эстетов и пятую часть «Трансформеров», — обязательно зайдите в «Прачечную». Это кофейня, где вам предложат вкусный латте. Засиживаться не стоит — место это не самое уютное, поэтому берите кофе на вынос и со стаканчиком в руках двигайтесь дальше. Когда дойдете до ресторана «Анна Францевна», непременно зайдите. Если к тому времени будет уже вечереть — даже лучше: здесь умиротворяющий вид из окон-витрин на освещенную огнями фонарей брусчатку. Еще тут неплохой выбор вина и выпечки. А вот попробовать местную пиццу у вас может не получиться: рассказывают истории, как местные официанты отказывали посетителям, потому что «повар уже ушел».

После «Анны Францевны» следуйте через дорогу вглубь района Амалиенау, побродите немного между старых немецких вилл, которые нынче — весьма дорогой объект недвижимости. Учитывая «элитность» района, не удивляйтесь тому, что здесь довольно тихо, а новые обитатели вилл не боятся оставлять личные вещи на улице. Если на улице зима (хотя снег тут — явление редкое, в основном зимой днями льет дождь), полюбуйтесь на то, как люди украшают свои дома к Новому году. Если в Калининграде где-то и можно почувствовать Европу, так это здесь.

Побродив по Амалиенау, вы рано или поздно окажетесь на озере Поплавок. Оно меньше Верхнего озера, и Людмила Путина вроде бы здесь не жила, но благоустройство дотянулось и до Поплавка.

Спокойствие, гуляющие с маленькими детьми и собаками молодые парочки и хорошо выглядящие пенсионеры, крошащие булку жирным и наглым уткам, — вот что такое Поплавок. Если ищете не символ, но душу Калининграда — она здесь.

Назад лучше ехать на трамвае. Добрую половину пути до центра города он идет по Фестивальной аллее — трамвайные пути обступает зеленый коридор. Если повезет, поедете на единственной в городе польской PESA. Этот современный трамвай купили около пяти лет назад. Первое время, «чтобы не сломать», прогуливали новый вагон исключительно вокруг депо. Если PESA уже уйдет, прокатитесь на аутентичном старом трамвае Усть-Катавского завода модели 71-605. Ощущения «советскости» гарантированы.

В 2018 году в Калининграде пройдет несколько матчей Чемпионата мира по футболу. Местная «Балтика» никогда не хватала звезд с неба, а по итогам недавно завершившегося сезона едва не покинула первую лигу ФНЛ, но теперь здесь строят новый стадион с ожидаемым названием «Калининград-Арена», а на ведущем к стадиону «официальном маршруте» — Ленинском проспекте — украшают старые хрущевки фасадами «под Ганзу». Местные жители, как обычно, недовольны, а некоторые даже отказываются от капитального ремонта, «выбивая» свой дом из общего «прянично-ганзейского» ансамбля. Но это тот случай, когда вы можете пройтись по центру города и вдохнуть исторического воздуха. Он будет пахнуть пластиком, но на фотографиях новодельные «исторические» дома смотрятся довольно красиво. Кстати, если дойдете пешком почти до конца этой красоты, можете обнаружить кусочек старого Кёнигсберга с брусчаткой и следами когда-то используемых трамвайных путей. Там, в самом конце нынешней Житомирской улицы, есть семейный ресторанчик «Штайндамм 99». За полгода жизни в Калининграде это единственное место, которое понравилось автору этих строк окончательно и безоговорочно — атмосферой, большими стейками, свежей рыбой и вежливым обслуживанием (да, с этим в калининградских ресторанах проблема), а главное — местом расположения.

Если у вас осталась еще пара дней, обязательно съездите в область. Благо в Калининграде это сделать просто — до моря можно доехать на электричке за 30–40 минут.

Тут к вашим услугам и пляж в Янтарном, единственный в России обладающий «Голубым флагом» (к гомосексуалистам отношения не имеет), и роскошно-лубочный Светлогорск, и старый, почти не тронутый бомбежками Зеленоградск, из которого лежит дорога на Куршскую косу.

Это уникальный, но по-балтийски сдержанный и однообразный национальный парк, где главное развлечение — взобраться, минуя «танцующий лес», на высоту Мюллера, например. Песок, солнце и вода: с одной стороны Косы — Балтийское море, с другой — Куршский залив.

Проголодаетесь — заезжайте в Рыбачий, чтобы в рыбном ресторанчике прикупить местной копченой рыбки и отведать потрясающей ухи с рюмкой настойки. Жареного налима не берите ни в коем случае: вам объяснят, что сухость блюда и невозможность его прожевать — это способ приготовления, но вашим зубам легче от этого не будет. А если захотите остановиться на ночь, выбирайте отель «Альтримо» там же, в Рыбачем. Бронируйте номер с видом на море, и тогда, открыв глаза, вы увидите туман, который под лучами утреннего солнца отступает с берега.

Важно помнить, что вы не будете просыпаться каждый день в «Альтримо», не будете ужинать в «Штайндамме», а прогулочный маршрут по проспекту Мира врежется в память и надоест на 25-й раз. Калининград — это город первого впечатления. Вы приезжаете сюда на два дня, влюбляетесь в эту брусчатку, эти дома с налетом «не нашей» старины, теряете голову от немецких названий улиц, которые, конечно, давно так не называются; если приезжаете не одни, но обнаруживаете над головой ветви омелы на каждом дереве — окончательно и бесповоротно решаете жить здесь. Но нет. Кёнигсберг туриста и Калининград местного жителя — это абсолютно разные города. И не стоит ждать от одного — другого.

Фото: Artem Zaytsev