Квантовая логика и квантовый миф. Интервью с этиком новых технологий Алексеем Гринбаумом 💭

Абьюз в ЛГБТ-отношениях: как распознать и что делать

Как правило, материалы в СМИ о насилии и абьюзивных отношениях — это интервью пострадавших героинь-женщин, материалы же об ЛГБТ+ посвящены правам человека и принятию героев в обществе. Однако эти две темы пересекаются чаще, чем кажется, и об этом стоит говорить. Если пострадавшая от домашнего насилия супруга может обратиться в полицию или искать помощи в семье, участники ЛГБТ+-отношений часто лишены такой возможности. Даже простая консультация у семейного психолога для негетеросексуальной пары в России в большинстве случаев становится проблемой.

В начале августа участники Ресурсного центра для ЛГБТ+-сообщества в Екатеринбурге начали масштабное исследование: они анализируют абьюз в ЛГБТ+-отношениях. Это первая подобная практика в России. Она поможет выявить масштабы проблемы и заговорить о ней открыто. Чтобы собрать данные, психологи центра подготовили специальную анкету, в которой обозначили явные и неявные ситуации насилия. Анкету может заполнить каждый, в ней 53 вопроса, на ответы уходит примерно 15 минут.

Как развиваются абьюзивные отношения; что делать, если вы подвергаетесь психологическому и физическому насилию; в чем специфика абьюза в ЛГБТ+ — мы спросили у координатора феминистского направления Ресурсного центра для ЛГБТ+-людей в Екатеринбурге Полины Дробиной и психолога центра Полиной Закировой.

Полина Закирова
Полина Дробина

Как начинается насилие?

Стереотипы об абьюзивных отношениях, бытующие среди тех, кто в таких отношениях не состоял, — развитие событий по схеме «однажды один партнер проснулся и избил другого» или «полюбил агрессивного человека — понятно, чего от него можно было ждать». Но зачастую все совершенно не так. Это может начинаться незаметно: несколько месяцев романтической сказки, а затем один из партнеров, абьюзер, постепенно изолирует другого от окружающих.

«Проявляется это под маской защиты: „они тебя не ценят“, „они тебя используют“, „они к тебе плохо относятся“, „я знаю, что они говорят о тебе за твоей спиной“, „зачем ты с ними общаешься?“.

После этого появляются ультиматумы: „или твои друзья — или я“, „или твое хобби — или я“», — говорит Полина Дробина.

Когда я решила от нее уехать и вернуться домой, она начала меня шантажировать. Она не знала, что у меня уже был куплен билет, но знала, что я общаюсь с мамой, и, видимо, догадывалась о моих планах. Я была в ванной, когда она ворвалась без стука, схватила меня за руку и потащила в комнату. Она толкнула меня на кровать, взяла чайник с кипятком и держала его у меня над головой. Сказала, что если я не позвоню маме и не отменю поездку, то она выльет этот чайник на меня. Наверное, в последний момент она решила меня «пощадить», поэтому отставила чайник и избила меня. Я лежала, у меня болело все тело, я была в синяках и укусах. Мне было очень страшно, и я не хотела жить. А она обнимала меня и говорила, что не отпустит. И если и даст мне уйти, то только через окно. А лучше убьет меня и закопает в соседнем лесу, и никто об этом никогда не узнает.

(из истории пострадавшей)

Как абьюзер воздействует на партнера

У абьюзеров есть несколько инструментов воздействия. Один из самых распространенных — шантаж. «Абьюзер угрожает, что расскажет о сексуальной ориентации или гендерной идентичности своего партнера. Это очень действенный прием, и он характерен только для партнеров в ЛГБТ+-отношениях, — уточняет Полина Дробина. — Подобная правда может повлиять на отношения человека с его родными, друзьями и коллегами».

Однако психологически изоляция наступает, даже когда сексуальная ориентация или гендерная идентичность человека не раскрыта. Именно к этой изоляции и стремится абьюзер. Сначала он/она сдерживает партнера фразами: «Если ты к ним пойдешь, я все расскажу», а после человек сам перестает предпринимать попытки. «Когда абьюзер понимает, что партнер ему полностью подконтролен и не пресекает никаких его действий, — комментирует Полина Закирова, — он начинает ощущать власть и собственную безнаказанность. И тогда может перейти к физическому и сексуальному насилию, потому что знает: партнер никуда не пойдет и никому ничего не расскажет».

Она не только контролировала мои переписки, но иногда отбирала у меня телефон и отвечала вместо меня на сообщения, писала гадости от моего имени или, наоборот, — писала, что у нас все хорошо. Когда я пыталась отобрать телефон, я тут же получала по рукам или по лицу.

(из истории пострадавшей)

Порой люди даже не понимают, что находятся в абьюзивных отношениях. Одна из причин — газлайтинг, манипулирование с целью доказать неадекватность жертвы психологического насилия. «После или во время ссоры абьюзер отрицает свои действия и выставляет жертву неадекватной. Он или она говорит: „Как ты можешь так говорить обо мне?“ или „Да я случайно задел тебя!“ Когда подобное повторяется из раза в раз, жертва начинает сомневаться в себе. Часто жертвы домашнего насилия считают абьюзерами себя: „Это я постоянно устраиваю истерики, это я постоянно ревную, это я могу сорваться, а он/она всегда спокоен/спокойна“», — добавляет Полина Дробина.

Другое распространенное явление — неглект (пренебрежение), вид агрессии, цель которой — сохранять контроль над партнером. Абьюзер может громко включать телевизор, игнорируя ваши просьбы сделать потише или надеть наушники, порой даже делает громче, он может оставлять верхний свет, когда вы ложитесь спать, или шуметь утром на кухне и в комнате, пока вы еще спите.

Все разговоры будут заканчиваться аргументом абьюзера «мне так комфортно», с которым сложно поспорить, не выставляя себя эгоистом.

Мы жили в одной комнате. Я работал с 8 утра до 8 вечера. Он был фрилансером и работал по несколько часов дома за компьютером. После 12-часовой смены мне хотелось лишь поесть и поспать. И когда я уже ложился, он включал компьютер, свет, музыку и начинал клацать по клавиатуре. Компьютер у нас стационарный. Я просил его работать в другое время, я просил его взять наушники, я просил его сидеть во «ВКонтакте» с телефона. Он отвечал: «Нет, мне так неудобно, ты же все равно сейчас уснешь».

(из истории пострадавшего)

Неглект проявляется во многих бытовых моментах. Например, вы приготовили обед для вас обоих, а партнер не оставил вам и кусочка, после чего прикидывается дурачком или говорит: «Тебе бы вообще поменьше есть», «Я знаю, как тебе лучше питаться». Другое указание на неглект: партнер так плохо помогает вам в работе по дому, что вы уже перестаете просить его о помощи, в итоге все делаете самостоятельно. Важно, что это происходит не раз и не два, это модель поведения.

Полина Закирова поясняет: «Когда люди живут вдвоем в одной комнате, почти всегда есть возможность и разделить пространство, и сделать так, чтобы свет и звук не мешал. Если человек пренебрегает вашими базовыми потребностями, это повод задуматься: способен ли человек заботиться о вас. Забота — это основа отношений. Когда вашего партнера или партнерку не волнует ваш здоровый сон, ваше питание, безопасность, то представьте, во что это может вылиться».

Как распознать насилие на ранних стадиях

1. Вы боитесь лишний раз что-то спросить у своего партнера или партнерки, перестаете заниматься своим хобби, потому что знаете, что это хобби раздражает его/ее.

2. Он/она регулярно просит вас показывать переписки, рассказывать, как вы провели свое свободное время: где, с кем, о чем говорили.

3. Ваш партнер/партнерка просит вас отчитываться о расходах, не бережет ваши вещи, попрекает вас подарками.

Однажды она специально разбила мой телефон об стену, а после купила мне новый. И постоянно попрекала меня этой покупкой, говорила, что если захочет — разобьет и этот телефон, ведь она его купила. В итоге так она и сделала. Сейчас я хожу с разбитым телефоном, она обещала возместить мне материальный ущерб, но я почему-то ей не верю.

(из истории пострадавшей)

4. Ваш партнер/партнерка запрещает вам встречаться с друзьями, требует, чтобы все свое время вы проводили с ним/ней.

5. Он/она пренебрегает вашими базовыми потребностями в еде, отдыхе и здоровье.

6. После ссор вы всегда чувствуете себя виноватым, хотя вы не проявляли никакой агрессии и не оскорбляли своего партнера или партнерку.

Что делать и чего не делать, когда вы подвергаетесь абьюзу?

Если вы столкнулись с абьюзом в ваших отношениях, постарайтесь не винить себя. В сложившийся ситуации виноват не человек, подвергшийся насилию, а абьюзер. Однако часто слова извинения слышит именно насильник. «Прости, что довел тебя», «Мне не стоило это говорить, если бы не сказала, то ты бы так не разозлилась» — это очень распространенные фразы.

«Среди ЛГБТ+ есть такое явление, как внутренняя гомофобия. Люди могут винить себя за происходящее с ними насилие и считать причиной свою „неправильную ориентацию“. Но на самом деле проблема заключается в том, что их партнер — абьюзер, и это черта личности, которая не зависит ни от ориентации, ни от гендерной идентичности»,

— говорит Полина Дробина.

«Помните, ничто не может оправдать абьюзера, даже тяжелое детство. Перед вами взрослый человек, который сам решает, что ему делать, он ответственен за свое поведение, — комментирует Полина Закирова. — Он может оправдать свои действия фразой „сам виноват/сама виновата“, когда избил своего парня или свою девушку, но это только оправдания. В насилии всегда виноват насильник».

Мне нельзя было ярко красить губы, да и вообще нельзя было краситься. На работе она постоянно следила за мной из-за угла. Если со мной здоровался кто-то с работы — она утаскивала меня в гардеробную и напоминала, что мы пришли работать, а не общаться, да и как я вообще посмела с кем-то поздороваться. Могла меня ударить, растрепать волосы, заставить застегнуть униформу, даже если этого не требовалось. Она пресекала любое общение с девочками.

(из истории пострадавшей)

«Когда вы поняли, что ваш партнер — абьюзер, постарайтесь найти в себе силы и рассказать об этом друзьям или близким. Это важно сделать, чтобы получить моральную поддержку и не чувствовать себя один на один со своей проблемой. Молчание развязываетт руки абьюзеру, и он чувствует свою безнаказанность. Так что если у вас есть возможность поделиться с кем-то, поделитесь. Не молчите», — советует Полина Закирова.

Можно ли спасти отношения?

Каждый случай индивидуален. Но если вам и вашему партнеру дороги отношения, обращение к семейному психологу может помочь. Вы оба со стороны посмотрите на то, что происходит в вашей семье, обратите внимание на границы друг друга. Идти нужно обязательно вместе, чтобы проговорить все вслух. Семейный психолог выступит как буфер. На ранних стадиях проявления абьюза это может помочь спасти отношения.

Когда мы расстались, она продолжала меня преследовать. Она ждала меня у моего дома, подходила вплотную и просто смотрела на меня. Мне было страшно выходить на улицу. Мне казалось, что, когда я выйду в следующий раз, она обольет меня кислотой или сделает еще что-нибудь. Я не знала, чего ждать.

(из истории пострадавшей)

«Если вы неоднократно подвергались насилию со стороны партнера, если чувствуете, что боитесь его, то это уже не партнерские отношения на равных, ведь любящие и уважительные отношения не могут строиться на страхе», — поясняет Полина Закирова.

Но если даже после сеансов с психологом человек продолжает совершать насилия и говорит: «Я тебя ударил, но я так сильно тебя люблю, это больше никогда не повторится», лучше спасаться от таких отношений как можно скорее.

Почему ЛГБТ+ более уязвимы в абьюзивных отношениях

«Насилие принято связывать с маскулинностью и отношениями между мужчиной и женщиной. Этот стереотип создан обществом и СМИ, при этом само общество до сих пор агрессивно настроено против ЛГБТ+», — говорит Полина Дробина. Пока общество полностью не примет ЛГБТ-отношения, оно не примет всерьез и проблему насилия в этих отношениях.

«Если в паре мужчин происходит абьюз, то тот, кто страдает от насилия, не пойдет в полицию, потому что ему придется сказать: „Я гей, и меня избил мой партнер“. Если там ему не достанется еще больше, то ему скажут: „А чего ты хотел? Ты сам виноват, ты сам выбрал свою жизнь“. У геев и лесбиянок могут вообще не принять заявление. Помимо этого, у пострадавших появляется достаточно мощная эмоция — стыд: все было так волшебно, а сейчас он/она тебя использует, запирает в доме, крадет деньги, и об этом стыдно кому-то рассказывать», — заключает психолог.

Как помогают в Екатеринбурге

В Ресурсный центр для ЛГБТ+-сообщества могут приходить все, люди вне зависимости от своей сексуальной ориентации и гендерной идентичности. Здесь работают группы психологической поддержки, проводятся киносеансы и встречи, можно обратиться к психологу или юристу за консультацией. Все это бесплатно. Также в отдельные дни в центре проходят встречи с родителями ЛГБТ-детей. Некоторым родителям сложно принять каминг-аут своего ребенка, некоторые относятся к этому нормально, но не знают, как теперь взаимодействовать с обществом, стоит ли об этом говорить, а если да, то как. Все эти вопросы, вплоть до того, что делать, если вашего ребенка травят в школе, обсуждают в этом родительском клубе.

В центре работает служба экстренной помощи. Если человеку угрожает опасность, если ему негде жить, если он на грани суицида, то центр предоставит жилье от одного до двух месяцев, деньги на еду и проезд, бесплатную консультацию психолога и юриста и сопровождение в суде. Пока экстренная помощь распространяется только на жителей Екатеринбурга и Свердловской области.


Заполнить анкету можно здесь. Вопросы составлены таким образом, чтобы вы сопоставили свои отношения с приведенными ситуациями и узнали, является ли ваш партнер или партнерка абьюзером.