Мэйвезер — Макгрегор. Между боксом и корридой

Поделиться

Во время первого боя Мохаммеда Али с Джо Фрейзером умерли четверо. Два человека прямо там же, в зале, один где-то в Малайзии и еще один — сидя у телевизора в Милане. Как минимум одному человеку стало плохо с сердцем в «Олимпийском» во время боя Поветкин — Кличко, врачи были рядом, но спасти его так и не удалось. Большой бой всегда вызывает у болельщиков сильные эмоции.

Первый так называемый бой века, состоявшийся еще в 1910 году в Рино, между Джеймсом Джеффрисом и первым черным чемпионом мира Джеком Джонсоном, закончился куда плачевнее — сначала потомки рабов на радостях после победы Джонсона пошли поджигать дома и убили по меньшей мере 19 человек, а 250 получили тяжелые ранения, а затем в ответ прокатилась волна погромов, спровоцированная публикациями в газетах, и сотни темнокожих уже были убиты белыми или получили тяжелые травмы.

Большой бой — это еще и пропаганда и маркетинг. Правда, шоу Мэйвезер — Макгрегор отличается от всего, что было до этого в индустрии боев. У нас тут нет чемпиона и претендента, есть два профессиональных атлета из разных видов спорта, боксер и боец ММА. Раньше такие встречи случались только по правилам смешанных единоборств или в уличной драке, но Конор был настойчив, убеждая всех в том, что в состоянии надрать задницу лучшему боксеру мира, по любым правилам, поэтому у нас, как говорит Флойд, — «классический бокс, бой по правилам маркиза Куинсберри».

Джон Шолто Дуглас — так звали девятого маркиза Куинсберри, который отправил в тюрьму Оскара Уайльда, и многие считают, что именно он придумал правила современного бокса в 1867 году.

Репутация у «Багрового маркиза» при жизни была скверная, кроме бокса он любил еще скачки, охоту на лис, а еще — периодически бил жену и детей. Умер он от удара в состоянии помутнения рассудка, которое предположительно было вызвано сифилисом. На самом деле, правила были записаны членом одного из атлетических клубов Джоном Грэмом Чемберсом, и маркиз Куинсберри участвовал в продвижении по большей части своим именем и деньгами. Но бокс он действительно любил и всегда выступал за то, чтобы этот спорт не был занятием только для знатных членов атлетических клубов.

Но бой Мэйвезер — Макгрегор это как раз такой бой — для знатных и финансово обеспеченных любителей кулачных боев. Начнем с того, что ни одна боксерская организация не рискнула его санкционировать — слишком разный у этих ребят опыт в боксе, да и Атлетическая комиссия штата Невада, контролирующая все бои, что происходят на территории штата, сначала была против. Но когда стало ясно, что поединок должен сгенерировать примерно 600 миллионов долларов за счет рекламы, продажи билетов и платных трансляций, у всех появилось как минимум 600 миллионов причин для того, чтобы на некоторые нюансы закрыть глаза. Не забываем и про вклад в экономику штата благодаря толпам людей, которые едут смотреть бой, ставить на него деньги, играть в казино и многое другое.

В итоге есть поединок бронзового призера Олимпийских игр Флойда Мэйвезера, чемпиона мира в профессионалах в пяти весовых категориях, который не проигрывал и ушел из бокса почти два года назад, — и против него выходит человек, который классическим боксом занимался только когда-то в юности. Да, а еще Конор Макгрегор играл в футбол, но его ведь не подписывает на этом основании какой-нибудь клуб английской Премьер-лиги?!

Конечно, в боях ММА люди тоже бьют друг друга кулаками, не только бросают и душат. Но техника ударов руками заметно отличается, как и защита от этих ударов, модель передвижения, плотность боя и даже ударная дистанция, которую в боксе отмеряют по вытянутой руке, в то время как в ММА противники находятся друг от друга гораздо дальше, да и площадь клетки, в которой они дерутся, больше, чем у ринга. Поэтому все эксперты и бойцы почти хором доказывали нам последние месяцы, что прогноз очевиден. Бой по правилам ММА выиграет Конор, а по правилам бокса — должен победить Флойд, и это не зависит от того, сколько каждому лет, и с кем они будут тренироваться.

Базовые рефлексы и навыки у них заточены под разные вещи. Если понимать бокс как состязание инстинктов и интеллекта, спорт миллиметров и миллисекунд, в этом нет сейчас никого круче Мэйвезера. Конор, конечно, не на этом уровне, но никто не смог ему запретить выйти на ринг, и потому для поединка есть название — выставочный бой. Старая добрая формулировка, которая значит лишь одно — поединок не является официальным, спортивного значения не имеет, но это не помешает ему состояться. Люди в индустрии же называют это просто — Money Fight.

Итак, спорта здесь нет. Если даже в поединке Флойда с Мэнни Пакьяо всем было ясно, что филиппинец, главный соперник Флойда за всю карьеру, в лучшем случае заберет несколько раундов, то почему ажиотаж вокруг Макгрегора не спадает? Все просто — он гений маркетинга.

Воспользовавшись своим талантом к трэш-току как социальным лифтом, Макгрегор из бойца, который выступал черт знает где и как, сначала работал сантехником, а затем жил на пособие, превратился в самого узнаваемого персонажа современности из тех, что вышибают друг другу мозги за деньги.

Он смешивал с грязью одних, издевался над другими, сенсационно уничтожил чемпиона Жозе Альдо за 13 секунд, и после этого Конора уже было не остановить. Диктовал условия UFC (Ultimate Fighting Championship — главная организация, занимающаяся ММА), открыто вступая в конфронтацию с руководством, потому что он единственный мог от них что-то требовать. Его бои продавались дорого, Макгрегор установил несколько рекордов по выручке за билетную программу, вошел в сотню самых зарабатывающих спортсменов списка «Форбс», но гораздо большие деньги он зарабатывал для UFC, которые срезали большую часть.

Когда переговоры с Мэйвезером только начались, UFC тут же заявили свои права на Конора, и глава промоушена Дана Уайт стал переговорщиком и вел диалог от лица Макгрегора. О чем они тогда договорились и какой процент UFC или Уайт заберут из гонорара Конора, который должен составить около 100 миллионов долларов — никто не знает. Не задавай глупых вопросов — не услышишь вранья.

 

Флойд Мэйвезер получил за бой с Пакьяо около 230 миллионов. Гарантированными были 180 миллионов, остальное — бонус с продаж платных трансляций, которых было рекордные 4,5 миллиона по цене от 100 долларов за каждую (HD дороже). Здесь, судя по всему, может оказаться не меньше.

Билеты на арену уже принесли около 70 миллионов, при том что из 20 тысяч как минимум 7 еще не распроданы.

Ценник организаторы выставили практически заградительный — сейчас за самые дешевые билеты на трибунах просят чуть больше тысячи долларов (и это уже со скидкой). Реальная цена билета на место прямо у ринга — десятки тысяч, а спекулятивная еще выше.

Что хотят увидеть люди, которые приедут на T-Mobile-арену или купят платную трансляцию? Конечно, чудо. В условиях, когда за Макгрегора голосуют только самые безумные, оголтелые или азартные, практически любой исход боя, кроме его поражения нокаутом в первом-втором раунде, будет считаться успехом и не нанесет урона репутации. Макгрегор просто скажет, что проиграл лучшему боксеру современности, и стыдного в этом ничего нет. Если бой по каким-то причинам окажется очень близким — черт, это заявка на реванш, на сиквел или даже это успешный пилот сериала, потому что после этого не один и не два бойца из бокса и ММА захотят срубить денег по-легкому в «выставочных боях».

Победа Макгрегора — это катастрофические последствия для бокса, потому что это будет значить, что смешанные единоборства побеждают даже на чужом поле, колоссальный урон для репутации. Но это плохо и для UFC, потому что Конор точно туда не вернется, в боксе для него гораздо больше денег, а других звезд такого уровня у промоушена нет. И хуже всех будет Флойду Мэйвезеру, потому что все его наследие лучшего боксера современности будет перечеркнуто, забыто, и всем нам нужно будет пересмотреть все, что мы знаем о боксе и боях. Вот вам как минимум три причины, почему победа Конора не нужна никому. Этого уже достаточно, чтобы ее не случилось.

Тогда возникает резонный вопрос — зачем мы на это смотрим? Какого чуда ждем?

Возьмем, к примеру, корриду. Вы видели, как бык плюется кровью? Я видел, как одного такого «аргентинца» из Монтеальто дважды проткнули рапирой, но оба раза лезвие выскальзывало назад. А в тот момент, когда уже казалось, что тореро сейчас его прикончит, и тот под свист толпы 3, затем 4 и 5 раз пытался ударить в голову ножом, чтобы закончить мучения — бык встал, сплюнул кровью, которая уже начала заполнять его легкие, и пошел в атаку. Его долго и мучительно разматывали, пытались утомить, запутать, но он все еще был опасен и бросался следующие пять минут. За некоторое время до этого он отправил в больницу одного из противников, который не успел вернуться за деревянный барьер, а затем почти перевернул лошадь со всадником-пикадором.

Даже в наше время, когда все чрезмерно озабочены безопасностью, а не зрелищем, случаются несчастные случаи. Бык всегда имеет шанс, и чем он хитрее и быстрее, тем шансы выше. Тореадоры придерживаются ритуала, формальной стороны, они играют, но если бык бросается на лошадь всем своим весом под 700 кг — удар пикой навстречу его даже не затормозит. А если человек с рапирой промедлит и не отойдет? Всем понятно, что, скорее всего, бык в итоге проиграет, но ждет толпа того, что тореадор ошибется и его кишки намотают на рога — даже если человек на трибунах сам себе в этом не признается.

Примерно так же с кулачным поединком. В бою всегда есть шансы на случайный удар, удачное попадание, которое перевернет весь бой. Удар может и не отправить человека в нокаут, но может нанести травму или вышибить все мысли о тактике и плане на бой из головы.

Конор быстрый и хитрый. И он изучил своего оппонента. По крайней мере, зритель, поставивший деньги на Макгрегора, в это верит. Но когда бой начнется, и эмоции чуть схлынут, и станет ясно, что все букмекеры, эксперты и Флойд Мэйвезер были правы, все равно останется зрелище, большое шоу, которое должно стоить своих денег.

От бойцов ждут не победы, а игры. Как в корриде — соблюдения неких неписанных правил, формального регламента, но при этом хотят, чтобы они рисковали, играли, подставлялись под удары, говорили друг с другом и показывали эмоции, потому что именно за этим приходят на бои. Разница у нас только в том, что участникам представления платят миллионы, а еще уши, яйца и хвост проигравшего не отрезают после боя, чтобы приготовить в соседнем с ареной ресторане. Хотя, может, мы чего-то не знаем?

Читать избранные статьи на Ноже