Голубоглазый Иисус с бичом: как и почему идеологи нацистской Германии пытались сделать христианство арийским

После того как национал-социалисты получили власть над Германией и принялись устанавливать в стране новые порядки, перед ними встала проблема: тяжело проповедовать антисемитизм народу, бог которого воплотился в еврея. О появлении на свет арийского Иисуса Христа рассказывает Людмила Жуковская.

Нет уже Иудея, ни язычника;
нет раба, ни свободного;
нет мужеского пола, ни женского:
ибо все вы одно во Христе Иисусе.
(Гал. 3:27–28)

Еврейское происхождение Иисуса зачастую оставалось за рамками сознания немецкого обывателя. Согласно канону, Иисус — богочеловек, а значит, не принадлежит к конкретной нации. Классические мастера часто изображали Иисуса и Богоматерь со светлыми волосами и голубыми глазами. Это отвечало европейским стандартам красоты и еще сильнее запутывало зрителей.

Вильям-Адольф Бугро, «Мадонна с лилиями», 1899 год
Адольф Гитлер, «Мадонна с младенцем», 1913 год

Отцы-антисемиты

Исследователи расходятся во мнениях о том, существовал ли христианский антисемитизм. Для христианских философов и Отцов Церкви важнее было не происхождение человека, а его вероисповедание. Именно поэтому ненавистнические высказывания были связаны с иудеями по вере. Тем не менее во многих языках, например в немецком, отсутствовали отдельные слова для обозначения иудея и еврея по происхождению, так что высказывания многих канонических авторов звучат не только юдофобно, но и антисемитски. Некоторые из них нацисты использовали в своей полемике во время холокоста.

Судьба язычника в христианском Риме была незавидной: храмы и святилища разрушали, обряды запрещали, а за жертвоприношение грозила смертная казнь — и всё это с разрешения императора. Дела у иудеев обстояли несколько лучше. Дело в том, что священная книга христианства, Ветхий Завет, одновременно считалась священной книгой и у иудеев. Между текстами Ветхого Завета и Танаха существовали некоторые канонические различия, но они не имели решающего значения. Христианским проповедникам, хотя их это и не вдохновляло, пришлось признать: у них с иудеями один Бог, а значит, они заслуживают какого-то особого отношения. Но какого?

Большая часть ранних христианских философов, мыслителей и учителей — среди них, например, Блаженный Августин — придерживалась мнения, что иудеев следует презирать и ограничивать в правах, но нельзя убивать или насильно обращать в свою веру.

Концепция, которую сформулировал Блаженный Августин, называлась «теологией презрения»: он утверждал, что евреи не признали Бога и убили его, и за это они будут терпеть лишения до конца времен, пока не признают свою ошибку и не примут христианство.

«Теология презрения» — жестокое и несправедливое учение, которое внесло свою лепту в угнетение целого народа. Но одновременно оно же позволило иудеям выжить: в средневековой Европе иудаизм оставался единственной религией, которая составляла законную, хотя и не равную по социальному статусу альтернативу христианству. Представители других религий были изгнаны и уничтожены.

Мартин Лютер и еврейский вопрос

Мартин Лютер, сформулировавший 95 тезисов, которые легли в основу протестантизма, первоначально был убежден, что евреи не стали христианами только потому, что католическая церковь неправильно проповедовала им христианство. В работе «Иисус Христос, рожденный евреем», написанной в 1523 году, он сформулировал эту мысль следующим образом:

«Наши дурни-попы, епископы, софисты и монахи — тупоголовые ослы — до сих пор обращались с евреями так, что всякий, пожелавший быть добрым христианином, был бы практически вынужден стать иудеем».

Он открыто высказывал сочувствие к иудеям, призывал проявлять к ним любовь и милость и считал, что просвещение может сделать гораздо больше, чем насилие. Он даже призывал относиться к евреям с уважением, поскольку все они являются кровными родственниками Христа:

«Желая похвалиться своим положением, мы должны помнить, что мы не кто иные, как язычники, тогда как евреи происходят из рода Христова. Мы иноземцы и пришлые родственники; они же родственники по крови и по духу, братья Господа нашего. Потому, если кто похваляется плотью и кровью, то евреи в действительности ближе нас ко Христу, как говорит Св. Павел в Римлянам 9[:5]».

Трудно поверить, что автора этих строк позже будут с удовольствием цитировать лидеры Третьего рейха.

Однако со временем оказалось, что иудеи не хотят принимать не только католицизм, но и «истинную» религию Мартина Лютера. Это открытие неприятно поразило богослова, и его отношение к евреям начало меняться.

За двадцать лет он прошел путь от сочувствия до страстной ненависти, и в 1543 году, за три года до смерти, из-под его пера вышли совсем другие слова:

«Солнце никогда не светило над более кровожадным и мстительным народом, чем этот».

Можно было бы трактовать их как обиду отвергнутого проповедника, но, к несчастью, Лютер решил развить мысль и дать своим последователям конкретные наставления о том, что именно следует делать с евреями.

Составим список его рекомендаций, опираясь на цитаты из работы «О евреях и их лжи»:

  1. «Прежде всего, их синагоги или школы следует сжечь, а то, что не сгорит, нужно закопать и покрыть грязью, чтобы никто и никогда не смог увидеть ни камня, ни оставшейся от них золы. И это следует делать в честь нашего Господа».
  2. «Я советую сровнять с землей и разрушить их дома. Ибо в них они преследуют те же цели, что и в синагогах. Вместо домов их можно расселить под крышей или в сарае, как цыган».
  3. «Я советую отбирать у них все молитвенники и Талмуды, в которых они учат подобному идолопоклонству, лжи, проклятию и богохульству».
  4. «Я советую отныне запретить их раввинам учить под страхом смерти».
  5. «Я советую, чтобы евреи были лишены права на охранное свидетельство при передвижении <…> Пусть они остаются дома».
  6. «Я советую запретить им ростовщичество, и забрать у них все наличные деньги, а также серебро и золото».
  7. «Я рекомендую дать в руки молодым, сильным евреям и еврейкам топор, мотыгу, лопату, прялку и веретено, и пусть они зарабатывают хлеб в поте своего лица».
  8. «Если власти неохотно применяют силу и не обуздывают еврейское дьявольское буйство, последние должны, как мы сказали, быть выдворены из страны».

У человека, знающего историю XX века, такие рекомендации вызывают самые прямые ассоциации.

Интересно упомянуть, что Мартин Лютер в том же трактате писал, что если бы Моисей дожил до его времени, то он, несомненно, первым бы поджег синагоги и дома евреев. Сомнительное утверждение, учитывая его роль в библейской истории.

На момент прихода национал-социалистической партии к власти в Германии 60% христианского населения исповедовали лютеранство, а 40% — католицизм. Мартин Лютер стал одним из символов немецкого христианства, его яркие эмоциональные тексты поддерживали прихожан после поражения Германии в Первой мировой войне. Именно поэтому его антиеврейские памфлеты сыграли такую важную роль в развернувшейся трагедии. Антисемитизм Лютера стал аргументом для сомневающихся и оправданием для тех, кто выгонял евреев из домов и жег синагоги.

Не хочется защищать Лютера, но всё-таки стоит сказать, что, несмотря на всю его агрессию, он был не антисемитом, но классическим средневековым юдофобом. Его гнев был направлен только на иноверцев, тогда как евреев, принявших христианство, он вполне признавал за людей и даже считал, что богатства, отнятые у состоятельных иудеев, должны пойти на содержание новообращенных. Он также считал, что христианин должен проявлять «разумное снисхождение» по отношению к евреям в надежде «спасти из яркого пламени хотя бы некоторых». Евреям в нацистской Германии на подобное снисхождение рассчитывать не приходилось.

Нацисты и христианство

Большая часть исследователей склоняется к тому, что христианство Гитлера особенно не интересовало. Его можно понять, в конце концов, у него было много других дел — он пытался захватить мир. Но установить власть в стране, в которой только 1,5% населения называли себя атеистами, не представлялось возможным без обращения к религиозной риторике. Именно поэтому в предвыборной программе Гитлера часто звучал тезис, известный нам еще со времен Блаженного Августина: евреи не признали и убили Иисуса Христа, а значит, теперь они сами заслуживают смерти. В книге «Моя борьба» Гитлер писал, что, когда он борется с евреями, он продолжает дело Господа.

В уставе Национал-социалистической немецкой рабочей партии, созданном в 1920 году и известном как «25 пунктов», в 24-м пункте религиозная позиция организации была обозначена так:

«Партия, как таковая, стоит на позициях позитивного христианства, но при этом не связана убеждениями с какой-либо определенной конфессией».

Получается, что официально партия не считала себя атеистической организацией. Она скорее склонялась к абстрактно христианскому позиционированию, не принимая сторону ни католиков, ни протестантов. Несмотря на это, известно, что протестантов в рядах сторонников национал-социалистической партии было больше. Вероятно, это связано с тем, что последователи Лютера, не подчиняющиеся папе римскому, были более чувствительны к идее немецкого превосходства.

Когда нацисты пришли к власти в Германии, каждый прихожанин и работник церкви должен был определить для себя, на чьей он стороне. Внутри протестантской церкви сформировались два больших движения, противоположных по взглядам: «Немецкие христиане» и «Исповедующая церковь».

«Немецкие христиане» выражали свое отношение к Гитлеру недвусмысленно:

«Гитлер действовал по божественному повелению, чтобы спасти немецкий народ как экономически, так и духовно».

Среди 10 принципов, сформулированных «Немецкими христианами», нам интересен третий пункт, который утверждает, что членом церкви может быть только ариец.

«Исповедующая церковь», в свою очередь, полагала, что действия Гитлера и всего правительства никак не согласуются с духом христианской любви. Она стала известна как христианское Сопротивление, и многие ее члены были арестованы, заключены в концлагеря и казнены.

На ней мы подробно останавливаться не будем.

Взгляды «Немецких христиан» представляются в данном контексте более интересными: они вычеркнули евреев из Библии, переписали псалмы, отказались от Ветхого Завета и увидели в Христе воина.

Арийский Иисус

Как мы уже говорили, Гитлер активно эксплуатировал в своих речах образ Христа. Например, в 1922 году он говорил с народом о том, что Иисус был борцом против евреев:

«С безграничной любовью, как христианин и как мужчина, я прочитал отрывок, в котором рассказывается, как Господь, наконец, восстал во всей Своей мощи и схватил бич, чтобы изгнать из Храма этих гадюк и аспидов».

Именно за это, по его мнению, Иисус и умер на кресте.

Сюжет про Иисуса, который с бичом выгоняет торговцев из храма, упомянутый здесь, был популярен в Германии после Первой мировой войны. Побежденный народ чувствовал внутреннее сопротивление при мысли о боге, который велит им «подставить другую щеку». Куда соблазнительнее был образ бога-лидера, который безжалостно разит врага и ведет свой народ к победе — в данном случае победе над «еврейской угрозой».

Джотто ди Бондоне, XIV век, капелла Скровеньи, Падуя

Но для того, чтобы искренне поверить в то, что Иисус был воплощением ценностей Рейха, нужно было поверить и в то, что Иисус не был евреем сам. Тут-то на помощь желающим, в частности Адольфу Гитлеру, и пришла легенда о Пантере.

Легенда эта зародилась в иудейской среде, которая представляла мощную оппозицию раннему христианству.

Дело в том, что противники христианства, высмеивая идею непорочного зачатия, достаточно часто писали о том, что Иисус на самом деле был сыном еврейки Марии и римского солдата по имени Пантера.

Тех же взглядов придерживается и Цельс, античный философ, который активно критиковал христианство. Работ Цельса не сохранилось, но цитаты из его сочинений были включены в труды его христианского противника, Оригена.

Вот что пишет Цельс о происхождении Иисуса:

«Иисус выдумал свое рождение от девы. Он родился в иудейской деревне от местной женщины, нищей пряхи; уличенная в прелюбодеянии, она была выгнана своим мужем, плотником по ремеслу. Она была уличена в прелюбодеянии и родила от какого-то солдата, по имени Пантера. Отвергнутая мужем, она, позорно скитаясь, родила втайне Иисуса. Этот, нанявшись по бедности поденщиком в Египте и искусившись там в некоторых способностях, которыми египтяне славятся, вернулся гордый своими способностями и на этом основании объявил себя богом».

Гитлер, очевидно хорошо знакомый с этой неподтвержденной теорией, в 1941 году говорил так:

«Галилея, безусловно, была колонией, в которой римляне поселили галльских легионеров, и Иисус определенно не был евреем. Евреи ведь тоже называли его сукиным сыном, сыном блудницы и римского солдата».

Споры о том, насколько исторически верным было это утверждение, ведутся до сих пор, но идеологам Рейха эта легенда оказалась неожиданно на руку. Во-первых, она делала христианство более живым и плотским, не связанным с мистическими иудейскими пророчествами о Мессии из Ветхого Завета. Во-вторых, она позволяла называть Иисуса сыном римлянина, а не евреем.

Необходимо отметить, что споры о происхождении Иисуса начались задолго до появления нацистской Германии. Среди тех, кто не считал Иисуса евреем, были Артур Шопенгауэр, Рихард Вагнер, Эрнест Ренан и т. д. — чтобы перечислить их и принадлежащие им идеи, не хватило бы статьи. Подводя итоги их поискам, можно сказать, что все они доказывали, что Иисус либо изначально был не евреем, а, например, индийцем или лучше арийцем, либо перестал быть евреем после того, как постиг божественное откровение, то есть стал арийцем по духу. Такие взгляды пришлись по душе лидерам Третьего рейха и получили значительное признание в Германии 1930-х годов.

Новая жизнь старой ереси

Мысль о том, чтобы устранить иудейские книги из Библии, приходила не только нацистам. В XIX–XX веках она переживала ренессанс. Например, Адольф фон Гарнак, один из немецких историков Церкви, для того чтобы обосновать отказ от Ветхого Завета, обратился к старой, полузабытой ереси II века — маркионизму.

Это одна из самых интересных ересей, когда-либо существовавших внутри христианства. Последователи Маркиона, внимательно прочитавшие Ветхий Завет, заметили, что его Бог — существо ревнивое и непоследовательное. Кроме того, в глаза им бросилось то, что мир, сотворенный этим Богом, лежит во зле, полон жестокостей и несправедливостей. Бог Нового Завета, обещавший пришествие Царствия Небесного, подозрительно не походил на своего ветхозаветного предшественника.

Тогда маркиониты рассудили так: ветхозаветный Бог — это злобный демиург. Он создал материальный мир со всем его трагическим несовершенством. Тогда как Бог Нового Завета — это «чужой Бог», который не являл себя миру до этого, а Иисус — духовная сущность, призванная возвестить о нем. По их версии, демиург, возревновавший к популярности нового Бога, послал евреев убить Иисуса, чтобы люди никогда не узнали о нем, но Иисус оказался хитрее и воскрес.

Из всего этого следовало стремление маркионитов отказаться от ветхозаветного Бога и тем самым разорвать любые связи с иудаизмом.

Адольф фон Гарнак относился к этим взглядам с большим сочувствием и симпатией и отразил это в работе «Маркион». Несмотря на то, что Гарнак не позиционировал себя как идеолог нацизма, влияние его работ на взгляды официальных немецких богословов 1930-х годов доказано.

Церковь и Библия без евреев

«Немецкие христиане» поддерживали и развивали идеологическую линию, заданную партией. 13 ноября 1933 года в Берлинском дворце спорта их лидеры, в числе которых был Рейнгольд Краузе, нацистский религиозный просветитель, выступали перед взволнованной толпой. Перед 20 тысячами человек они рассказали о ценностях новой церкви, ее взглядах и планах.

Представим тезисы из речи Краузе в виде краткого списка:

  1. Немецкая церковь должна завершить Реформацию, начатую Лютером. В этом ее задача и святая миссия.
  2. Обязательно следует «освободиться от всего нечистого в богослужении», то есть в первую очередь от Ветхого Завета с его «духом еврейского торгашества».
  3. Также следует отказаться от концепции первородного греха и убеждения, что человек изначально неполноценен и потому должен всю жизнь вымаливать прощение у Бога. Было объявлено, что эти идеи в текст Писания привнес апостол Павел, еврей и злостный враг христианства, который тайно исказил Новый Завет.

Когда затихли последние слова речи, толпа наградила Краузе бурными аплодисментами.

«Немецкие христиане» доказали свою верность режиму на деле: их стараниями в церковный устав был введен «арийский параграф», смысл которого сводился к тому, что в новой церкви есть место только немцам. Пасторы еврейского происхождения были отстранены от служения.

Церкви, которыми управляли «Немецкие христиане», тесно сотрудничали с нацистским режимом: в них освещались флаги, возносились молитвы за души погибших солдат вермахта, звучала «Песня Хорста Весселя» — неофициальный гимн нацистской Германии:

Свободен путь для наших батальонов,
Свободен путь для штурмовых колонн!
Глядят на свастику с надеждой миллионы,
День тьму прорвет, даст хлеб и волю он.

Отрывок из «Песни Хорста Весселя» в переводе Ю. Нестеренко

В протестантских церквях «Немецких христиан» висели портреты Адольфа Гитлера, а темы душеспасительных собраний совпадали с актуальной повесткой: «Лютер и евреи», «Христианство и скандинавская вера» и т. д.

Изменились и тексты псалмов и песнопений: из них исчезли слова библейского иврита, такие как «аминь» и «аллилуйя», а также упоминания горы Сион и словосочетание «семя Авраамово». Из всех псалмов Псалтири убрали упоминание Израиля.

В 1939 году был создан Институт по исследованию и ликвидации еврейского влияния на церковную жизнь. Его главной задачей было устранить из христианского учения моменты, которые противоречили линии национал-социалистической партии. Институт справлялся со своей работой отлично, и к началу войны по протестантским церквям нацистской Германии было распространено более 100 тысяч копий литургических материалов, из которых были исключены упоминания о евреях. После войны большую часть из них уничтожили.

Опыт этих 12 лет, когда протестантские церкви Германии официально шли рука об руку с нацистами, тяжело осмыслить. Исследовательские работы до сих пор по большей части носят осведомительный характер: в них перечисляется, что и в каком порядке было сделано. Но почему это было так?

Почему некоторые люди причисляли себя и к христианам, и к нацистам одновременно? На этот вопрос вряд ли можно ответить однозначно. Страх, вина, надежда на то, что кровь евреев станет религиозной жертвой, которая принесет спасение Германии,  каждый из этих мотивов имеет право на существование.

Мне кажется, что этот исторический опыт может быть интересен тем, кто хочет понять, как зарождаются пугающие религиозные идеи и насколько далеко они могут зайти.