Существует ли наше «я»: откуда взялась идея уничтожения эго и есть ли в ней научный смысл

Как правильно

Личный опыт: Как жить в Москве на 40 тысяч, если привык получать 85

Московский копирайтер Екатерина В., которая до кризиса получала 85 тысяч рублей в месяц, а теперь вынуждена жить на 40, рассказывает, как она справлялась с депрессией после падения дохода и пыталась сохранить привычное качество жизни с урезанным в два раза бюджетом.

Последние два года я работала в крупном сетевом рекламном агентстве старшим копирайтером. Первые полтора из них радовалась, как мне повезло: хороший соцпакет, зарплату не задерживают больше чем на два дня, есть тендеры, есть крутые клиенты. Когда рубль начал идти вниз, общее настроение у всех было из разряда: «слава богу, что у нас не российская компания и нас это не коснется». И сглазили. В конце августа впервые задержали зарплату на неделю, а ту ее часть, которая считается премией, выплатили не полностью. Так мы поняли, что все-таки у нас российская компания.

В сентябре из моего отдела уволили двоих человек. Их клиентов повесили на меня. Раньше я уходила из офиса самое позднее в восемь, теперь через день приходилось сидеть до десяти. Естественно, это сказывалось на качестве моих текстов и настроении. Личной жизни не было никакой: к тому времени, когда я выбиралась из офиса, мой парень (он живет в Ясенево и встает в семь утра) должен был ехать спать. В октябре на руках у меня появилась какая-то сыпь, врач сказал, крапивница на нервной почве. На следующий день после этого диагноза меня позвали на встречу подменить заболевшую коллегу. В ее проекте я не разбиралась, поэтому мямлила, несла какую-то околесицу и сама была себе противна, еще и пришлось оттягивать рукава свитера, чтобы не выглядеть, как собака в лишаях. Выйдя с той встречи, я поняла, что с меня хватит, и написала заявление на увольнение.

Через две недели, в последний рабочий день, на руках у меня были: 57 тысяч рублей, выплаченных бухгалтерией, 30 тысяч на счету в Сбербанке и 200 долларов — подарок бабушки, который я оставила на самый крайний случай.

Квартира на Таганской, в которой я живу, принадлежит родителям второй жены моего отца, которые живут за рубежом, поэтому плачу я за нее треть рыночной стоимости — 13 тысяч плюс коммуналка и интернет, выходит в районе 20. По всем прикидкам, сбережений мне должно было хватить на два месяца скромной жизни.

В первые две недели я отдыхала, не особо заботясь о расходах — ходила с друзьями по кафе, несколько раз пользовалась Rutaxi, купила в «Библио-глобусе» книг на три с половиной тысячи. Потом опомнилась и поняла, что такими темпами через месяц стану банкротом. Тогда пришел первый приступ депрессии. Сама мысль о том, чтобы искать работу, осваиваться на новом месте, каждый день просыпаться в восемь утра и ползти в офис по мерзкой пасмурной Москве в конце ноября — это было невыносимо, у меня просто не было сил. Я готова была питаться одной перловкой, но чтобы на свободе. Все знают, какие антидепрессанты помогают девочкам — вот и я купила в Trends Brands идеальную юбку (еще минус три тысячи).

Сейчас я понимаю: мне очень помогло в жизни то, что родители принципиально не брали в долг и привили мне отвращение к кредитам.

Некоторые знакомые считали это странным, но у меня никогда не было проблем с тем, чтобы три месяца откладывать и сразу купить вещь вместо муторных оформлений, проверок и бумажных отношений с банком. Есть такой известный эксперимент с детьми и зефиром, когда ребенку предлагают одну конфету сейчас или две чуть позже, и тем, кто не умеет ждать, во взрослой жизни приходится сложнее. Вся наша страна посажена на эту иглу немедленного удовольствия, да и я сама писала продающие тексты для банков, так что поучаствовала в этом процессе.

Так вот, кредитов я не набрала, а жилье обходилась дешево. Но у меня была другая проблема — я буквально ненавижу считать копейки, простаивать у стеллажа в магазине, выбирая продукт самой дешевой марки. Нищебродство ассоциируется у меня со всем, что меня пугает: малообеспеченные люди крутятся, как белки в колесе, лишь бы только выжить, у них не хватает времени на самообразование и элементарное абстрактное мышление, у них дурной вкус и отсутствуют амбиции к росту. Звучит как снобизм, но согласитесь, в большинстве случаев это правда, и я не хотела стать такой же. Наверно, нужно добавить, что я выросла в семье с весьма средним достатком, и то, что в самостоятельной жизни я неплохо зарабатывала, было большим плюсом к моей самооценке.

Не скажу, что я все это время питалась в Глобус-Гурмэ и одевалась в ЦУМе, но перспективы выискивать на женских форумах «шесть блюд из одной курочки» повергли меня в уныние.

Рисерч показал, что в России экономную жизнь понимают
как «картошка дважды в день, салат из хлеба с майонезом,
вкрутите более тусклые лампочки».

Пришлось соображать самой.

Для начала я решила, что сейчас самое время стать вегетарианкой. Вегетарианские блюда всегда обходятся дешевле, и за цену вредного сэндвича с салями из можно съесть полноценный полезный обед в «Джаганнате».

Еще я очень люблю итальянскую кухню, но цены на рукколу и базилик, а тем более на импортный песто, стали такими, что я не могла себе их позволить. Поэтому я взяла с балкона такой большой ящик, в котором выращивают цветы, купила грунта, жидкое удобрение для увеличения лиственной массы и посадила в кухне базилик (семена 10 рублей пачка). В старом тазу для белья посадила рукколу, все отлично растет. В Испании зелень продается в полноценных небольших горшочках, ты можешь купить себе кустик мяты и щипать с нее листочки на чай, надеюсь, у нас тоже будут так делать.

Овощи и фрукты покупаю на Преображенском рынке, в магазине цены такие же, а качество хуже. Если лень ехать, захожу в «Дикси» — там все быстро разбирают, поэтому часто получается, что там они свежее, чем в «Азбуке вкуса». Лапшу, соусы и джемы по совету подруги начала покупать в «Коршопе», не нарадуюсь на этот магазин.

Косметики и одежды у меня достаточно, но все знают,
что шмоточный шопинг — это не удовлетворение
реальной потребности в вещах, а психотерапия.

Я пересилила свое презрение к ношеной одежде и начала ходить в секонды (утешала себя тем, что все иконы стиля на западе носят винтаж, а винтаж — тот же секонд-хенд). За две недели я исследовала их два десятка, записывала, когда у кого поставки, и отобрала три лучших. Если приходить в числе первых, можно найти даже новую одежду на вес. Я стараюсь покупать только то, что точно буду носить, и только проверенных марок — Dorothy Perkins, например, носится в пять раз дольше среднего массмаркета, не теряя вида.

Абонемент в спортклуб в мой бюджет не вписывался, и в декабре я не стала его продлевать. Вместо этого дважды в неделю делаю с ютьюбом полный воркаут Джейн Фонды. Она очень приятная дама, с ней нескучно. Сейчас я уже запомнила упражнения и делаю их, когда просыпаюсь, под сериалы. Я стала много гулять и открыла для себя уголки Москвы, в которых никогда не бывала (собственно, раньше я бывала только на работе, дома, в центре и у бойфренда в Ясенево). Из транспорта пользуюсь только метро, а расстояния меньше 5 км прохожу пешком.

Сейчас я рассказываю о том, как трачу, но нужно было и зарабатывать, естественно.

Второй приступ депрессии у меня случился в начале декабря, когда стало понятно, что все компании уже расслабились и забили на работу.

Фрилансы я нашла только в конце месяца, с большим трудом, через знакомых, биржи — это полная ерунда за копейки для райтеров низкого уровня. Первую половину декабря я писала статьи для туристического агентства по 1000 рублей штука, это еще много, потому что та фирма была рассчитана на людей с высоким доходом, которые не прекратили ездить в Европу во время кризиса, а я много путешествовала и смогла предложить не обычный пересказ источников из интернета, а оригинальные гайды из собственного опыта. Нужно было вспоминать, копаться в иностранных сайтах и переводить, в день выходило не больше одного такого текста, и я заново узнала цену денег. Потом приятельница, которая не успевала с заказом на срочный новогодний проект, подкинула его мне.

Совокупно за месяц я заработала 37 тысяч. Это были тяжелые, но и радостные деньги.

Я могла работать ночью и гулять днем, меня никто не отвлекал офисными сплетнями и параллельными проектами, мне не приходилось стоять, согнувшись, в набитой маршрутке и вечером запивать усталость коктейлями. Незаметно я почти бросила пить — с офисными приятелями мы постоянно ходили по барам, теперь я почти перестала видеться с ними вживую и звоню только близким подругам,а с ними при встрече пить не надо, и так весело.

В моменты душевного упадка я жаловалась своему парню, и он меня поддерживал, хотя ему самому сейчас нелегко — у него маленький бизнес, который переживает сейчас тяжелые времена. Так я начала больше его ценить, а он как-то в шутку признался, что сокращение дохода пошло мне на пользу — я стала менее заносчивой, менее жесткой, более спокойной и женственной. Может, в этом есть доля правды.

Оказалось, что быть хозяйкой своего времени — приятнее, чем я думала. Когда вечерами мне становится грустно из-за того, что я не могу позволить себе дорогой парфюм или съездить за границу, я могу просто выпить мелаксен и лечь спать, а утром проснуться в хорошем настроении. Еще помогает строить планы: куда конкретно я хочу съездить, в какое время это лучше всего делать, куда я поеду оттуда, в какой музей стоит сходить, на чей концерт. Все это я записываю в блокнот и через год-два реализую. Конечно, я собираюсь найти более выгодную постоянную работу, но буду искать ее неспешно, не бросаясь на первый попавшийся вариант. Думаю, этот опыт безденежья я скоро буду вспоминать с ностальгией.


Если у вас есть интересный личный опыт, как у Екатерины или парня, проповедующего вещевой минимализм, пишите нам и становитесь героем нашей статьи.