Жизнь здесь и сейчас: почему мы постоянно торопимся и все равно ничего не успеваем

Контроль над собой и своим времени — важнейшая черта успешных и счастливых людей сегодня. Об этом говорят самые разные книги о продуктивности и мотивации, коучи и эксперты в области так называемой успешной жизни и тайм-менеджмента. Например, в книге под названием «15 секретов управления временем. Как успешные люди успевают все» мы можем найти следующий совет:

«Успешные люди составляют не списки, а ежедневные планы дел… Если вы хотите, чтобы что-то было сделано, нужно запланировать для этого конкретное время. Возьмите ежедневник и разбейте весь день на 15-минутные блоки».

Подобные рекомендации встречаются в самых разных текстах о саморазвитии — от «Магии утра» до «Атомных привычек». Иногда они звучат уж очень очевидно, но суть у них одна: успешные люди — это те, кто умеет рационально управлять своим временем.

Управление временем входит в состав идеи самоконтроля, а самоконтроль — важнейшая ценность для современного человека. Еще Мартин Селигман, развивающий идеи позитивной психологии, замечал, что счастливее, продуктивнее и успешнее те дети, подростки и взрослые, которые последовательно тренируют механизмы самоконтроля.

Как утверждает Ева Иллуз, призыв к самоконтролю поддерживает идею о том, человек как будто может полностью управлять своей жизнью и своим временем по собственной воле. Из-за этого людям легче внушить, что они сами во всем виноваты и сами отвечают за все, что с ними происходит. Это представление усиливается научным, «позитивистским» языком, который описывает контроль над своим временем как личный навык. И действительно, мы со школьной скамьи привыкли заполнять дневники с расписанием, ставить будильники, ждать календарных праздников и выделять время, чтобы сделать уроки, — чем не тайм-менеджмент? Однако в реальности многие идеи о контроле над своим временем работают совершенно иначе.

Как менялось восприятие времени

Если мы обратимся к истории понимания времени, то увидим, что, например, в Античности время воспринималось циклично. Есть сменяющиеся времена года, есть космос, который представлен как определенный порядок, в том числе порядок времени, и это время повторяется. Но в Средние века происходит важное изменение: время теряет свою цикличность и у него появляется начало в виде сотворения мира Богом. А раз есть начало, должен быть и конец. Этот конец средневековый человек видел в идее Апокалипсиса. Он верил, что время имеет начало и конец, и воспринимал себя как того, кто живет в старости самого времени, в конце времен. Античность — это еще молодость, юность времени, а теперь мир доживает свой срок. Однако конец света, к счастью, так и не наступил.

И в эпоху модерна мы видим, что вместо конца света появляется другая логика времени, потому что время, так или иначе, все равно должно куда-то двигаться. Если конца света нет, значит, время должно двигаться, например, в будущее. По сути, именно в эпоху модерна формируется идея будущего (знакомая и нам), и эта идея начинает «толкать» время вперед.

Сегодня мы пожинаем плоды этих изменений в восприятии времени. К будущему добавился прогресс, целеполагание и, конечно, возможность якобы управлять временем (как минимум своим). В таком восприятии где-то впереди должен наступить день, когда время можно будет наконец отпустить… Кажется, что есть момент, когда человек добьется успеха, заработает свой первый миллиард, купит дом, две машины и многое другое. Однако на самом деле это будущее никогда не наступает. Поэтому мы вынуждены бесконечно контролировать свое время, которое иллюзорно подчиняется нашей власти.

Почему время распадалось и сломалось

Довольно интересную критику современного понимания времени предлагает немецкий философ корейского происхождения Бен-Чхоль Хан. У него есть замечательная книга под названием «Аромат времени». В ней описывается темпоральный кризис, который происходит в нашу эпоху. При этом для Бен-Чхоль Хана темпоральный кризис не связан с ускорением времени (часто можно услышать, что современный человек бежит, ничего не успевает, постоянно опаздывает, время «ускорилось», все происходит слишком быстро). Однако Бен-Чхоль Хан говорит, что проблема заключается в том, что время утратило свой ритм, утратило порядок и связность (а не только ускорилось). Хан называет это состоянием дисхронии. Что это значит?

Дисхрония означает, что жизнь больше не встроена в повествование, которое показывало длительность времени. Например, вещи, с которыми люди ассоциируют себя (одежда, аксессуары, модные гаджеты), весьма мимолетны и эфемерны. В такой ситуации люди тоже оказываются весьма преходящими. У каждого есть лишь он сам, его маленькое «я», но нет общего времени и направления этого времени, как замечает Бен-Чхоль Хан.

Сегодня время, как история, часто заменяется информацией. Информация не имеет ни центра, ни направления. Мы получаем ее из множества источников, ее слишком много, и ее главная ценность — чтобы она доходила до нас максимально быстро. Хан называет эту ситуацию режимом моментального времени. Вся наша жизнь сводится до этого моментального времени, мы вроде бы живем моментами, но эти моменты не складываются в единую ткань времени, а скорее распадаются. Здесь у Бен-Чхоль Хана появляется важный мотив: раньше время складывалось в единый нарратив, в одну большую историю. В каком-то смысле это было эпическое время, которое можно рассказывать — например, как мы рассказываем истории жизни наших бабушек и дедушек. Но теперь мы буквально выпали из состояния истории. Отсюда диагноз нашей эпохи от Бен-Чхоль Хана — «безвременье».

Также Хан вспоминает в качестве примера средневековые календари. Средневековый календарь был нужен не для того, чтобы планировать свое время и становиться продуктивнее. Он давал людям повествование: показывал, в какие дни будут праздники, в какие моменты «история» немного меняется или, напротив, возвращается к истокам. Календарь был наполнен опорными точками, которые, как рассказ, связывали течение времени, чтобы оно не утекало. Это был связанный темпоральный режим. Однако для нас календарь — это исключительно практический инструмент. У нас есть список дел, и эти дела никогда не заканчиваются. Мы расписываем одну неделю, вторую, третью, смотрим на весь год — и вот время прошло, но при этом как будто ничего не случилось.

Как вернуть аромат времени

Есть и хорошие новости. Мы можем вернуть времени смысл. Для этого нужно почувствовать его аромат. Здесь мы можем вспомнить Марселя Пруста и его знаменитое печенье «Мадлен». Когда герой Пруста подносит к губам мадленку, он вдыхает ее аромат и замедляется. Аромат вызывает возвращение длительности и медлительности времени. Запах превращает разбросанные моменты в единую историю. Поэтому Бен-Чхоль Хан называет обоняние особым чувством, так как оно собирает нашу жизнь в цельную ткань. «Чарующий аромат времени раскрывается в реальном запахе. Чувство обоняния очевидно является органом воспоминаний и воскрешений».

Мы можем это ощутить на практике: когда берем старую вещь — ту, что была с нами десять или 20 лет назад, — чувствуем ее запах и понимаем, что в этот момент время идет медленнее. Потому что в такие моменты у времени появляется история.

Бен-Чхоль Хан предлагает, чтобы выйти из состояния безвременья, вернуться к созерцательности жизни и вспомнить то, что Мартин Хайдеггер называл «глубокой скукой». Это такое состояние, в котором человек встречается с временем в его длительности. Интересно, что эта скука неожиданно стала трендом в тиктоке и других соцсетях: пользователи запустили челлендж «сижу час и ничего не делаю» и назвали это raw-dogging. Такое занятие вызывает скуку и в то же время дает отдохнуть от бесконечного потока информации.

Хан, Хайдеггер и другие философы точно бы одобрили такой тренд. Тем более этот тренд ломает логику продуктивности и расписания дел. Не каждый будет готов добавить в свой ежедневник пункт «сижу час и скучаю».

По сути, в подобных явлениях — замедлении, скуке, чувствовании аромата прошлого, в том, как мы можем просто посмотреть в окно и посозерцать (вместо работы и дел), — и открывается настоящее течение времени вне тайм-менеджмента и утомляющего самоконтроля.