Притчи из морозилки: в чем значимость «Фарго» братьев Коэн и сериала по его мотивам
В марте фильму братьев Коэн «Фарго» исполняется 30 лет — самое время подумать о его значении для американского и мирового авторского кино. Критик Елена Зархина рассказывает об истории, пережившей несколько реинкарнаций и переосмыслившей традиционный образ зла в кино и массовой культуре.
Город засыпает, просыпается ужас
Картина Итана и Джоэла Коэнов — черная комедия про небольшой городок Фарго в штате Миннесота. Скромный менеджер по продажам (Уильям Х. Мэйси) придумывает хитрый план — организовать похищение собственной жены (Кристин Рудруд) с целью выкупа. Расплатиться должен его тесть и работодатель. Но ужасная затея дает осечку с самого начала. Нанятые преступники оказываются неконтролируемой дьявольской силой, оставляющей после себя кровавый след.
Поймать убийц должна сотрудница полиции Мардж (Фрэнсис Макдорманд), в данный момент беременная и переживающая личный кризис. Героиня, которую весьма сложно представить угрозой преступного мира, оказывается не просто самой живучей, но и той, кому под силу остановить зло, накрывшее укрытую снегом Миннесоту — застывшую в холоде и безучастную свидетельницу развернувшегося кошмара.
Основано на нереальных событиях
Фильм стартует титром: «Это реальная история. События, о которых рассказывается в данном фильме, произошли в штате Миннесота в 1987 году. По просьбам выживших все имена были изменены. Из уважения к погибшим остальные события были отображены именно так, как они происходили». Вот только это не реальная история.
В момент выхода картины Коэны уточнили, что в основе сюжета реальный криминальный случай с убийством, но герои и все прочие обстоятельства истории полностью выдуманы. Зрители и эксперты не удовлетворились данным пояснением, продолжая гадать: какое именно преступление легло в основу сюжета? Подозрение пало на случай, связанный с юристом Юджином Томпсоном из Миннесоты, который в 1963 году нанял убийцу для своей жены. После кончины Томпсона в 2015 году Джоэл Коэн подвел под сложившимися домыслами черту, признав: «Наша история полностью вымышлена. Или, как мы любим говорить о ней — единственное, что в ней реально, что это точно история».
Эта мистификация с прологом нужна фильму для усиления ощущения буффонады происходящего на экране. Коэны намеренно собирают в одном кадре самых непутевых, глуповатых и бездушных персонажей (Мардж и еще пара героев — исключение), чтобы разыграть комедию абсурда. Только если в одном из их предыдущих фильмов, солнечном «Воспитании Аризоны» (1987), где речь тоже шла о похищении, история сводилась к анекдотичному фарсу, в «Фарго» авторы довольно скоро сменяют улыбку на подчеркнутую серьезность. Картины разделяет десятилетие, за которое и мир вокруг, и представления авторов о добре и зле ощутимо изменились.
Спустя еще декаду постановщики снимут свою оскароносную драму «Старикам тут не место» (2007) — экранизацию одноименного романа Кормака Маккарти. В ней тоже будет похищение, неудержимая сила фатума и хладнокровный убийца с собственной философией. То есть, заданная «Фарго» траектория с годами только усилится — размышления о банальности зла приведут Коэнов в бескрайнюю пустыню: буквальную (на границе с Мексикой, откуда стартует сюжет) и символическую — как безжизненное пространство, где человеку не место. Такое же, как заснеженные поля Миннесоты.
А был ли дьявол?
Ключевой устрашающей силой в «Фарго» истории кажется дуэт преступников — незадачливого Карла (Стив Бушеми) и дьявольски пугающего Гэира (Петер Стормаре), будто лишенного всяких внутренних тормозов. Последний напоминает оголенную стихию, встречи с которой не избежать, а столкнувшись с ней, не уцелеть. Но Коэны не были бы собой, не привнеси они в сюжет об одном неудачном похищении философский подтекст о самом мироустройстве. Гэир воплощает собой первозданное зло, но и на него находится сдерживающая сила — бесстрашие и порядочность Мардж, по библейским заветам «не убоявшейся зла». Однако там где человек конечен, сила неизбежного оказывается бескрайней.
«Фарго» будоражит и парализует именно тем, что все в нем действует непредсказуемо. Кажется, так не бывает или не должно быть. Злодеям удается реализовать свой коварный план, увеличивая масштаб «ущерба», еще и потому что дьявол здесь условен и метафоричен. Источник бед — не вымышленная злодейская фигура, а сам человек, трудно поддающийся здравому анализу.
Велики дела маленьких людей. Напоминающие безвольных пешек герои являются источником всех бед: вредительствуют как активным действием, так и бездействием. Коэны, всему творчеству которых близки религиозные аллюзии, напоминают как греховен по библейским заветам паралич воли — несотворение добра при наличии возможности тоже наказуемо. Авторы рифмуют внешнюю непогоду Миннесоты с внутренней стужей: даже в сильную метель самыми холодными остаются сердца героев. Те же, кто не поддался всеобщему равнодушию, страдают от чужой злой воли.
Образ Мардж в галерее портретов душегубов кажется спасительным. Героиня Макдорманд показательно скромна, что тоже разрушает традиционный канон криминального жанра: протагонисту положено быть ярким, заполняющим собой пространство — особенно на фоне харизматичного антагониста. Но Мардж тиха, ее борьба во имя добра практически не видна внешнему миру, а службу, которая «и опасна, и трудна», она сочетает с заботами о скором рождении первенца. Ей суждено не просто спасать чужие жизни, а буквально произвести новую жизнь на свет.
Шалость удалась
«Фарго» снят за скромные $7 млн, заработав впоследствии $60 млн. Картина братьев Коэн не просто понравилась зрителям, но стала важной вехой в американском авторском кино. Премьера фильма состоялась на фестивале в Каннах, откуда Джоэл Коэн увез режиссерскую награду. За этим последовали два «Оскара», премии Кинокритиков США, британской киноакадемии и прочие награды. Оказалось, что черная комедия с северным акцентом (артисты намеренно воспроизводили местный говор) — универсальная история не только внутри жанра, но далеко за его пределами.
Дополнительным подтверждением этому является тот факт, что в 2006-м ленту включили в Национальный реестр фильмов библиотеки при Конгрессе США — честь, которой удостаиваются самые знаковые произведения искусства. А в 2014-м вселенная «Фарго» пережила реинкарнацию — полнометражный фильм разросся до сериальной антологии длиною в пять сезонов.
Создателем шоу выступил Ноа Хоули, писатель и политолог, набивший руку в драматургии и продюсировании на сериалах «Кости» (2005-2017) и «Необычный детектив» (2009). Телевизионный «Фарго» сохранил ироничную интонацию оригинала и даже его пролог — от сезона к сезону проект, сменяющий сезоны, локации, эпохи и героев, настаивал: «Это реальная история». С той лишь разницей, что на этот раз зритель был уверен — это чистая ложь. Удовольствию от просмотра это нисколько не мешало.
Наиболее близким к полнометражному «Фарго» был первый сезон — в нем герой Билли Боба Торнтона тоже был носителем гена разрушения, сносящего все и всех на своем пути. Не задумываясь он покорно выполнял чужую волю — даже самую немыслимую. Этим он напоминал Антона Чигура из «Старикам тут не место». Разумеется, история демонического антагониста подводила к заветной развязке: стихия зла разрушала саму себя.
Зло без границ
Далее Хоули (параллельно с «Фарго» работавшего с 2017 по 2019 годы над не менее диким сериалом «Легион») уже не стеснялся экспериментировать, отдаляясь от оригинала на внушительное расстояния. Появлялись инопланетяне, древние духи, силы стихии и многое другое. Но даже в самые сумасшедшие моменты то было очень стройное произведение – о попытках определения границы человеческого абсурда и жестокости. Таковых не находилось — зло не имело конца. Зато положенная кара волей сценаристов была все изощренней: некоторых плутов наказывали не смертью или тюремным заключением, а, например, работой в крохотном офисе, обрекая на сизифов труд.
Эксперимент оправдал себя: на счету сериала в общей сложности свыше ста различных номинаций и 32 награды. Фидбэк критиков и зрителей от сезона к сезону несколько менялся, но оставался неизменно одобрительным. Коэны придумали притчу, выдав ее за ироничный детектив, а Хоули остроумно продолжил рассказ в формате сериала. Шалость, как и уловка с прологом, удалась: «Фарго» — выкованный изо льда монумент человеческой порочности. Иногда до абсурда комичной.