Классика

Чем секс в 40 отличается
от секса в 20?

Эволюция человека как любовника довольно любопытна. Продолжается она всю жизнь, до самой смерти, как бы ни закатывали к потолку глаза те, кто считает, что сексуальная жизнь заканчивается к 50 годам. Как правило, юношам и девушкам, вскормленным глянцевой говядиной инстаграма, трудно поверить в то, что сами они в 60 будут жарко целовать своих любимых, терпеливо дожидаться прихода эрекции и хвататься за поясницу в самые пикантные моменты. Забавно было бы посмотреть на их лица.

Всерьез мы начинаем лет в 20, к 30 ощущаем первые признаки пресыщения, а к 40 уже складываемся в настоящих извращенцев (с точки зрения себя же 20-летних). Хорошо, что мудрой природой предусмотрен также процесс взросления, и большинство все-таки становится в результате умнее, раскрепощеннее и свободнее. Но не все, к сожалению, не все. Из тех, с кем не происходит соответствующих трансформаций, вырастает всякая джигурда и энтео.

Те, кто ни разу в жизни не мучились с видеокамерой, пытаясь получить приемлемую резкость изображения одновременно с устойчивой эрекцией, скорее всего еще не дожили до 30. Или просто всю жизнь занимались той разновидностью секса, которая напоминает питье дистиллированной воды. Только при помощи видеокамеры можно получить исчерпывающее представление о том, насколько несовершенно обычное человеческое тело. И сколько труда приходится затратить работникам порноиндустрии, чтобы сделать это тело сексуально привлекательным. Смотришь на свою шевелящуюся жопу, заросшую волосом, и диву даешься — а ведь изначально идея казалась чертовски возбуждающей! А вашу благоверную уже укачало, и она требует немедленно выключить и уничтожить эти свидетельства холокоста.

Но самое неприятное свойство видеозаписей заключается в том, что они рано или поздно попадают в чужие руки. Как породистые псы в «Похождениях бравого солдата Швейка» на первой же прогулке чуют, что их непременно украдут, секс-видео с момента своей записи обречено оказаться у кого-то постороннего. И если раньше это были кассеты VHS или Video 8, на которых ваши секс-родео записывались поверх детского дня рождения и потом нечаянно оказывались у родителей, теперь даже отдавать никому не надо — все лежит в облачных сервисах. Любой талантливый засранец может вытащить на свет божий чужие файлы, как мы уже убедились в прошлом году. Впрочем, нам-то, наевшим за зиму бока, не стоит беспокоиться об излишней огласке.

С толком и вовремя слитое секс-видео строит карьеры и делает миллионы, разве что для этого предварительно приходится закачать себе пару килограммов силикона в нужные места и позволить черному мужчине на себя помочиться — но подумаешь, тоже мне жертва. Сколько людей делает это даром. Впрочем, это совсем другая история.

Моей знакомой паре двухлетний сын притащил каучуковый дилдо прямо в самый разгар светской беседы с гостями. Оказалось, что он в компании других малолетних негодяев выпотрошил родительскую тумбочку. Все бросились разбираться и отняли у детей еще несколько латексных предметов гардероба. Или ваша дочь вслух заявляет о том, что вы своими кошачьими воплями не давали ей спать полночи. Дело, разумеется, происходит где-нибудь в людном месте, лучше всего в очереди, а вы уже отстояли полчаса, и просто так не уйдешь. Резиновые члены иногда начинают жить собственной жизнью и вибрировать в самый неподходящий момент, конечно в ручной клади, в ходе досмотра в аэропорту, скажем. Мужские игрушки, как правило, более смирные: кольца на пенис, анальные затычки и лубриканты лежат себе, никого не беспокоя. Только не забывайте закрывать замочки: дети чрезвычайно любознательны и имеют развитые большие пальцы, в отличие от котов и собак.

В 25 лет основной задачей в постели является не кончить раньше времени. В ход идут разные способы: размышления о завтрашнем рабочем дне, версии причин неисправности стартера, воспоминания о том, как сломал ногу, прыгая с гаражей на битый кирпич. Шесть утра, соседи стучат тяжелыми предметами в пол, взывая к совести, но вас так просто с толку не собьешь. Вы уже сделали это во всех местах своей съемной квартиры, включая балкон, осквернили родительскую кровать (символическая акция, прямиком из мира животных) и помните менструальный цикл своей подруги наизусть, как лермонтовское «Бородино». Вы узнаете тела друг друга с закрытыми глазами и способны кончить даже после 400 граммов водки в холодном дачном доме, посрамив породистых комаров, которые бешено жалят вас в зад, пытаясь сбить с ритма. Финальные главы «Ста лет одиночества», где Амаранта Урсула рисует члену Аурелиано усы, а он смазывает ей грудь, как ватрушку, яичным белком, очень удачно этот период иллюстрируют. Новизна сладкого занятия такова, что оно не надоедает в течение года, а то и двух. Никогда более не будет такой остроты сексуальных ощущений и блеска собственного бессмертия, смешанного с наивной порочностью: сам себе кажешься законченным развратником, будучи всего лишь обладателем почетной грамоты «Участнику соревнований».

В 40 лет задача становится ровно противоположной. С юношеской поры в голове у меня застряла следующая максима, авторство которой установить не берусь: долг каждого настоящего мужчины — дождаться, пока его женщина уснет после акта любви. Какой нелепицей это все оборачивается! Долгом настоящего мужчины зрелого возраста становится не дать партнерше заснуть до того, как он кончит. Потому что неделя у нее выдалась тяжелой, на работе идиоты, а на дорогах нервные подонки. И тут уж у каждого свои способы, воображение в помощь: герои аниме, Джастин Тимберлейк — да что угодно. Анекдоты на эту тему вы и без меня знаете.

Мой любимый греховодник Даг Стэнхоуп сказал как-то «Что нам нужно, так это новые отверстия, старых уже недостаточно». Как это верно. Арсенал средств не сказать чтобы слишком уж богат. Сперва совместный просмотр порнофильмов, потом картины собственного производства, потом секс-игрушки, иногда вещества. Меховые наручники, однажды задействованные, с ходом времени непременно разовьются во что-то большее, вроде страпонов и плеток. Ну а в самых ярких случаях в это горнило начинают бросать и других людей. Это, на мой взгляд, высший пилотаж, поскольку границы моей внутренней свободы так далеко не простираются — не представляю, как партнеры договариваются друг с другом насчет свингерских сеансов, но договариваются же. Брак, конечно, явление грандиозное и таинственное настолько, что множество писателей и режиссеров построили на нем целые карьеры, так и не исчерпав темы.

Вспоминается дурочка Тося из советской комедии «Девчата». Помните, в финале она отказалась повторно целоваться со своим возлюбленным бригадиром — мол, «сегодня все переделаем, а на потом ничего не останется». При всем идиотизме этой идеи в ней содержится рациональное зерно, и смысл слов, сказанных героиней Надежды Румянцевой, понимаешь только в длительных отношениях: расходуйте афродизиаки с умом! Каждый из способов обострить сексуальную жизнь надо использовать до отказа, выжимать до последнего — и только затем переходить на следующий уровень. Жизнь — штука длинная. Впрочем, патент на виагру истекает в 2017 году, так что волноваться не о чем.

Времена нынче нервные. Если бы больше людей могли позволить себе решать свои проблемы в постели, мы бы жили куда спокойнее и гармоничнее. В спальнях должна царить такая свобода, чтобы слесарь автосервиса мог безнаказанно трахнуть половину героев Game of Thrones, возможно даже при помощи некоторых из своих инструментов. Не забывайте об этом огромном послаблении, которое для нас выбили наши предки, — еще не так давно людям позволялось пердолить друг друга только в определенные церковью календарные промежутки. В остальное же время они утешались тем, что рвали друг друга лошадьми и сажали на кол.


Впервые этот текст был опубликован в журнале «Метрополь» 27 марта 2015 года.