Как выйти из порочного круга невыполненных предновогодних обещаний

Как выйти из порочного круга невыполненных предновогодних обещаний

Reddit, Трамп и «Политач». Как социальные сети влияют на политику

Социальные сети занимают всё больше нашего времени, аудитория пабликов «ВКонтакте» приближается по размеру к аудитории крупных новостных сайтов, а Facebook, кажется, может подслушивать разговоры и определять наше местоположение. А вот как именно соцсети влияют на политические предпочтения и результаты выборов, специалисты до сих пор не могут сказать наверняка. Что о политике в соцсетях известно точно, а что скорее миф или (пока) недоказанное утверждение?

Обычно выделяют несколько сущностных отличий социальных — или новых — медиа от традиционных.

Любой может высказывать свои идеи

Во-первых, соцсети позволяют любому человеку стать редактором и издателем — иначе говоря, у них низкий порог входа. В итоге в социальных медиа могут звучать даже самые маргинальные идеи (до тех пор, пока такие посты не удалит служба поддержки).

Эта доступность позволяет активистам и партиям, которые традиционные СМИ считают радикалами, продвигать свою повестку. В Германии на выборах 2017 года в бундестаг впервые прошла праворадикальная партия «Альтернатива для Германии» (AfD). Исследователи изучили кампанию немецких партий в социальных медиа и выяснили, что в аккаунтах AfD постов больше, чем у любой другой партии, участвовавшей в выборах. Так, в фейсбуке AfD сделала 2363 поста (занявшая второе место в этом списке Свободная демократическая партия — 2211), а количество комментариев под ними (почти миллион) больше, чем у партий на втором, третьем и четвертом местах, вместе взятых.

В твиттере AfD — также лидер по количеству твитов, комментариев и ретвитов — причем основную массу последних главный аккаунт набрал за счет ретвитов сообщений от региональных ячеек. Таким образом партия AfD на социальных платформах разгромила своих конкурентов.

Кейси Ньютон из The Verge полагает, что между подъемом правых радикалов и развитием социальных сетей может быть связь. Едва ли можно говорить, что эта связь прямая: рост популярности Австрийской партии свободы и Национального фронта во Франции начался за много лет до создания Facebook. Однако с появлением социальных сетей у людей, чьи идеи считают радикальными, появился важный канал коммуникации с единомышленниками.

Cоциальные сети — легкий и доступный канал общения, позволяющий тем, кто не может продвигать свои идеи через «старые» медиа, охватить множество людей.

Например, соцсети стали главным средством коммуникации во время российских протестов в 2011 году.

Правые радикалы быстрее освоились с возможностями, которые дают социальные сети, чем левые. В США правые, объединенные под общим наименованием «альтрайты», то есть альтернативные правые, пытаются даже создать параллельную инфраструктуру социальных сетей, ориентированную на тех, кто разделяет их взгляды. Пока получается не очень.

Довольно популярная сеть Gab, открытая в августе 2016 года, позиционируется как альтернатива Twitter. А в сети Voat (alt-Facebook) ссылки и текстовые новости, выставляемые пользователями, оценивают другие юзеры, и таким образом создается рейтинг новостей.

Желание замкнуться в кругу единомышленников объяснимо, но и опасно, поскольку ведет к радикализации и неумению воспринимать аргументы противоположной стороны (это касается и правых, и левых). Профессор Школы права Гарварда Касс Санстейн проводил эксперимент, в котором объединял людей в группы согласно их убеждениям — консерваторов с консерваторами, социалистов с социалистами и т. д. — и просил их пообщаться. После этого их взгляды становились более радикальными, чем раньше.

О другой стороне этого процесса пишет Меган Фонтейн в своей диссертации: пользователи соцсетей, особенно молодежь 18–24 лет, читают только те ресурсы, на которые они подписаны. Это означает, что они видят лишь часть политики — ту, которая отвечает их взглядам и интересам, — но упускают из вида картину в целом.

Такая сосредоточенность, если не сказать зацикленность, на одной стороне политики мешает диалогу и восприятию аргументов другого лагеря.

Возвращаясь к сторонникам крайне правых в социальных сетях, нельзя не упомянуть их особую активность на анонимных имиджбордах. Такого рода сайты, строго говоря, не являются соцсетями, однако мощные анонимные высказывания и действия политического и околополитического характера заслуживают внимания.

Одним из самых известных таких действий в США стала акция He Will Not Divide Us. Анонимы (в основном с форчана, известного множеством мемов о Трампе и реакции на него американских либералов) ополчились на актера Шайю Лабафа, который пытался проводить антитрамповскую акцию. Нет смысла пересказывать всю суть противостояния, однако — спойлер — победа осталась за анонимами.

В России «Политач» (раздел анонимной имиджборды «Двач») в основном известен вводом в активный оборот картинок, слов и выражений, которые имеют отчетливое политическое значение. Например, благодаря ему стал так популярен термин «ватник».

Впрочем, анонимы с «Двача» совершали и некоторые вполне реальные действия. Так, в 2012 году во время суда над Pussy Riot был взломан сайт Хамовнического районного суда в Москве.

Новые медиа могут выбирать свою аудиторию

Вторая важная черта социальных медиа, которая отличает их от традиционных, — возможность настроить показ контента нужной аудитории. Контекстная реклама уже никого не удивляет. В фейсбуке, «ВКонтакте» и других соцсетях можно настроить показ рекламного поста по множеству параметров: пол, возраст, день рождения, отношение к тому или иному сообществу. Немудрено, что такого рода фильтры рано или поздно начнут использовать и в политических кампаниях.

Одно из громких скандалов этого года в политике — дело Cambridge Analytica. После прохождения психологического теста пользователем данные из профиля юзера о его политических взглядах передавались компании Cambridge Analytica (условия Facebook для разработчиков тестов и приложений позволяли это делать), что якобы помогало точнее таргетировать рекламу во время избирательной кампании Дональда Трампа.

На самом деле весьма тяжело доказать, что этот таргетинг дал значимые результаты: непонятно, как их измерить. Психологи сомневаются, что такого рода выборку вообще можно осуществить, а содержательных работ по этому вопросу значительно меньше, чем громких газетных заголовков.

Однако сам факт, что такое считается возможным, говорит об огромной важности затронутой проблемы: Марк Цукерберг был вынужден несколько часов объясняться перед Конгрессом США, какие данные его компания собирает и передает третьим лицам.

Вообще, владельцы социальных сетей находятся между двух огней. С одной стороны, раскрытие персональных данных пользователей по требованию властей, вызванному чаще всего политическими причинами, может негативно сказаться на имидже компании в США и Западной Европе. Обычно американские налогоплательщики, правозащитные организации и сотрудники компаний не очень радуются, когда узнают, что Facebook или Google могут стать репрессивным инструментом в руках автократов.

С другой же стороны, огромный китайский рынок — невероятно соблазнительный кусок для социальных сетей. В Китае около 770 млн пользователей (для сравнения — в России около 87 млн), которые не имеют доступа к Facebook, Twitter и Instagram и используют местные варианты этих соцсетей. Недавно появились сведения, что Google разрабатывает поисковое мобильное приложение для Китая, которое будет работать по цензурным правилам этой страны. Facebook же вообще собирался открыть свое представительство в Китае, разрешение на которое было отозвано сразу после анонса.

И если в странах ЕС вы можете хотя бы попросить соцсеть прислать все данные, которые у нее на вас есть, как это сделала одна журналистка (получив в ответ 800-страничный документ), то в автократиях информация о вас, скорее, попадет в спецслужбы.

Что касается наиболее популярных социальных сетей, то тут особых неожиданностей нет: Facebook лидирует в большинстве стран мира. Исключения — Китай с его национализированным интернетом, там лидер — сервис Weibo, и Россия, где предсказуемо лидирует «ВКонтакте».

Однако в США и Канаде не менее значимое место среди социальных сетей занимает Reddit. Его пользователи больше объединяются по политическим воззрениям, чем в обычных социальных медиа, и могут подписываться на разделы (сабреддиты), посвященные тем или иным темам. В конце 2016 года популярность постов о Дональде Трампе (сабреддит r/The_Donald) выросла в разы. Вскоре появились и версии участия в этом России. Пишут, что сотрудники Агентства интернет-исследований («фабрика троллей») провоцировали рост сообщений в этом сабреддите не для того, чтобы конкретный кандидат выиграл, а чтобы посеять раздор в американском обществе.

В общем-то, не столь важно, насколько повлияли (если вообще повлияли) такого рода вмешательства на американские выборы. В конце концов, раньше на людей так же влияли через прессу.

Гораздо интереснее, что сами социальные сети предоставляют инфраструктуру для подобного воздействия, делая его более узконаправленным и провоцируя разделение по идеологическому признаку.