Каким должно быть инновационное образование? Разбираемся на примере Сколтеха

Сколтех — один из самых молодых вузов в России, уже занявший ведущие позиции во многих направлениях инженерного образования. Корреспондентка «Ножа» поговорила с руководителем департамента Сколтеха по работе со студентами Денисом Столяровым об инновационных образовательных моделях, о том, как абитуриенту определиться с университетом, и о том, как передовые вузы выбирают своих будущих магистрантов.

Прием заявок в магистратуру Сколтеха идет до 16 июля — у вас еще есть шанс попытаться попасть в одну из самых инновационных инженерных магистратур России.

 О человеке можно сказать, что он «образован», а можно — что он «специалист». В чем для вас сходство и различие между этими двумя понятиями и насколько вы стремитесь их соотносить в деятельности университета?

— Александр Солженицын в свое время дал замечательную характеристику инженеру: «Открыто светящийся интеллект, свободный и необидный юмор, легкость и широта мысли, непринужденность переключения из одной инженерной области в другую и вообще от техники к обществу, к искусству».

В современных реалиях, полагаю, мы можем говорить о необходимости наличия у выпускников STEM-ориентированных университетов особой комбинации hard и soft skills: помимо владения определенным набором профессиональных навыков, которые формируют их технический бэкграунд, крайне важно иметь развитые надпрофессиональные навыки: межотраслевой коммуникации, работы с людьми, системного мышления и т. д.

Если с профессиональными навыками всё понятно (их студент приобретает во время освоения образовательной программы, например учится основам объектно-ориентированного программирования или умножению матриц), то с soft skills всё немного сложнее. В случае если студенту повезло и у него было время заниматься в бакалавриате внеучебной деятельностью (в студенческом совете или любом другом объединенном общими целями студенческом сообществе), то он мог какие-то из этих навыков приобрести. Но, опять же, обычно это происходит «не благодаря, а вопреки» — как правило к этому не готовят специально.

Если говорить про Сколтех, то наши образовательные программы в этом плане сбалансированы. В основе каждой образовательной программы — модульная структура, построенная по системе ECTS (European Сredit Transfer System): за два года студент магистратуры должен взять курсов минимум на 120 ECTS-единиц, где 36 «кредитов» — это обязательные курсы, «ядро» программы, 24 — элективы, которые студент может брать из всего курс-каталога Сколтеха — то есть студент, обучающийся, например, на программе «Фотоника и квантовые материалы» может взять курсы из программы «Науки о жизни». Еще по 12 зачетных единиц — это E&I (Entrepreneurship&Innovation) модуль, в рамках которого студентов учат тому, как коммерциализировать технологии, а также стажировка в компаниях индустрии. Исследовательская работа и подготовка магистерской диссертации занимает 36 кредитов.

Этот модульный подход позволяет ребятам в рамках освоения образовательной программы прокачивать свои soft skills, например, на специальном курсе Innovation Workshop, когда ребята формируют междисциплинарные команды и в рамках месячной акселерационной программы должны пройти путь от идеи до MVP (Minimum Viable Product).

Еще один пример — в учебном плане есть ISP (Individual Study Period), когда зимой, в середине первого года обучения, ребята сами голосуют за те курсы, которые они будут изучать в течение месяца. Предлагать курсы для ISP могут профессора, сотрудники и сами студенты. В этом году, например, ребята сами разрабатывали и читали более 10 курсов, в том числе Introduction to Image Processing, The Art of Public Relations и даже Pilot School, в рамках которого студенты учились управлять настоящим самолетом.

Дополнительно мы стараемся приглашать различных экспертов и представителей индустрии для того, чтобы они в неформальной обстановке общались с нашими студентами и делились лайфхаками из своего опыта, которые помогут им преуспеть в той профессиональной траектории, что они избрали.

 Насколько у вас тесное взаимодействие с компаниями, которые являются резидентами Сколково?

— Многие наши выпускники, создавшие компании, стали резидентами Сколково, получили поддержку и сейчас успешно развивают свой бизнес. В качестве примера можно назвать организованную с участием нашего выпускника Никиты Родиченко компанию Tsuru Robotics. Они создали в России отрасль коммерческих беспилотников. Бывают случаи, когда ребята проходят стажировку в компаниях-резидентах Сколково или трудоустраиваются там по завершению обучения в Сколтехе. В целом у Сколтеха очень тесное взаимодействие с индустрией, потому что у нас сформированы уникальные команды профессоров по различным исследовательским направлениям, а также собрана серьезная лабораторная база.

Например, в Центре добычи углеводородов у нас есть совершенно уникальное для России оборудование, на котором проводятся исследования, в том числе по заказам индустрии.

 Что вы имеете в виду под уникальным оборудованием?

— Например, у них есть уникальная установка труб горения — в мире, насколько мне известно, таких всего две: у нас и в Канаде у нашего вуза-партнера, Университета Калгари. Что касается оборудования в целом — оно у нас новое, и самое главное — студенты имеют к нему доступ.

 Вы описали задачей высшего образования формирование у студентов не только hard skills, но и soft skills, можете ли вы более конкретно рассказать о тех инновациях в образовании, которые в Сколтехе были применены?

— Я уже упоминал про Innovation Workshop. Это курс, который берут все студенты Сколтеха вне зависимости от программы.

Удивительная вещь, что за месяц работы ребята, которые никогда ничем таким не занимались, разрабатывают очень масштабные проекты. Что особенно интересно, по завершении курса многие студенты продолжают их развивать, понимая, что это потенциально успешный бизнес.

Понятно, что у большинства первый стартап не взлетает — и это нормально, мы тоже к этому готовим: никакой трагедии в этом нет, даже наоборот: например, на Западе считается, что инвесторы больше доверяют человеку с трек-рекордом фейлов, чем тому, у кого вообще нет такого опыта.

В связи с этим очень важна мотивация студентов: зачем они приходят учиться? У нас отбор студентов построен не совсем как в обычных российских вузах. Во-первых, он начинается раньше — где-то с ноября в год, предшествующий зачислению. Во-вторых, отбор состоит из двух этапов: заочного и очного.

На заочном этапе в составе пакета документов мы запрашиваем мотивационное письмо, в котором ожидаем ожидаем увидеть ответ на вопрос, зачем кандидат идет в магистратуру. Мотивация бывает разная, и не все сразу могут ответить на вопрос, зачем им это нужно.

 Вы говорите о ребятах, которые поступают, а есть ли у вас портрет человека, который хочет поступить?

— В зависимости с какой стороны смотреть — портрет очень разный. Если говорить про предыдущие университеты, то здесь есть явная тенденция, примерно половина от нашего набора второй год подряд — это выпускники МФТИ, ВШЭ, МГУ. Объясняется это в первую очередь достаточно хорошей подготовкой в этих университетах, объективно — это лидеры современного образования в России по большинству направлений, в которых мы работаем. Кроме того, в этих университетах есть хорошая подготовка по английскому языку. Обучение в Сколтехе ведется на английском языке, и TOEFL — одно из вступительных испытаний.

Что касается второй половины, там выпускники более 30 регионов нашей страны — от Калининграда до Владивостока, прямо буквально. Из Новосибирска много ребят, там сильная школа и по физике, и по другим направлениям.

Если говорить о странах, на текущий момент в Сколтехе обучаются представители 45 стран мира. Много ребят приезжает из Азии, Африки, Латинской Америки, чуть меньше — из Северной Америки, Канады, Западной Европы. У всех иностранцев разная мотивация, сегодня государство делает много усилий, чтобы продвигать бренд российского образования. Мы видим много мероприятий, направленных на это.

Кроме того, у нас есть ребята, которые поступили не сразу после бакалавриата а, например, после того, как пару лет отработали в компаниях: в какой-то момент они поняли, что достигли «стеклянного потолка», и для того, чтобы двигаться дальше, им нужны дополнительные знания и навыки. Обучение в Сколтехе очное, учиться в нашей магистратуре и параллельно работать невозможно, поскольку учеба отнимает до 40 часов в неделю.

 Есть частая проблема в российских вузах, что иностранные студенты живут в отдельном мире и никаких реальных контактов между ними и остальными студентами нет. Насколько вы пытаетесь создать какую-то интернациональную среду?

— Она была создана по умолчанию. Начиная с этапа поступления, мы не делаем никаких различий и вообще не смотрим на паспорт. Парень из Владивостока и парень из Хараре, столицы Зимбабве, находятся в совершенно равных условиях.

Дополнительно к тому, что обучение в Сколтехе ведется на английском языке, официальный язык коммуникации также английский. Например, если я пишу письмо юристам в юридический департамент по какому-либо вопросу, то я пишу его на английском языке. В Сколтехе не только 20 % студентов-иностранцев со всего мира, но и много профессоров и сотрудников-иностранцев, которые не говорят по-русски. В этом плане у нас нет отдельных групп для иностранных студентов.

Поскольку весь поток изначально хорошо знает английский, как граждане РФ, так и иностранцы, они между собой без проблем коммуницируют. Нам не нужно создавать каких-либо дополнительных условий, это заложено в самой модели обучения в Сколтехе.

 В финансовом смысле образование то же для иностранцев по уровню стипендии, например?

— Абсолютно. Вообще никаких различий нет.

20 % иностранных студентов — это та критическая масса, необходимая для того, чтобы в каждой аудитории сидел хотя бы один иностранец, который не говорит по-русски. Мы рассчитываем, что эти наши иностранные выпускники станут нашими амбассадорами. Потом они вернутся в свои страны, в США, Италию, Китай и т. д., чтобы в том числе своим примером продвигать бренд российского образования. Мы своими выпускниками очень гордимся, они попадают в зарубежные списки Forbes 30, Under 30, выигрывают различные предпринимательские конкурсы, при этом они везде говорят, что они выпускники Сколтеха. Это в некотором плане инвестиция в наш бренд и бренд российского образования.

 Насколько эти иностранные студенты могут устроиться работать в российскую компанию?

— Это возможно. Как пример — один из наших успешных стартапов, который попал в акселератор Сбербанка и 500 Startups, его сооснователь — наш выпускник Адени, он из Нигерии. Он сейчас находится в России и продолжает заниматься предпринимательской деятельностью, причем совершенно успешно. Есть примеры, когда наши выпускники остаются в экосистеме Сколково, так — одна из наших выпускниц работает в Сколковской гимназии, занимается преподаванием биологии. Многие иностранцы остаются, если есть желание — это возможно.

 Студенты в современном мире становятся мобильными, развита система обмена, а в аспирантуре это практически обязательно для любого человека, который хочет быть успешным ученым. Насколько Сколтех поддерживает такого рода программы?

— Мы не просто поддерживаем — я считаю, что наша программа академической мобильности не имеет аналогов не просто в России, но и в мире. Все вузы так или иначе реализуют программы академической мобильности по схожей схеме: например, два университета заключают партнерское соглашение и договариваются об обмене студентами, и в рамках этого соглашения или более широких программ, таких как TEMPUS, у тебя есть возможность, например, провести семестр в вузе-партнере. У нас же всё гораздо интереснее.

Наш студент может поехать в практически любой вуз мира для того, чтобы провести там какое-либо исследование, если оно ему нужно для магистерской диссертации.

Конечно, это не опция «по умолчанию», для этого есть определенная конкурсная процедура, однако, по статистике, у нас примерно 60 % ребят ежегодно этой возможностью пользуются.

 Еще одна проблема в STEM-образовании — это гендерный дисбаланс. Как в Сколтехе с гендерным равенством в плане количества женщин и отсутствия давления на девушек, которые занимаются наукой и инженерией?

— Есть разные исследования, где приводится различная статистика по тому, сколько девушек идет в STEM-области. У нас около 30 % обучающихся — девушки, что выше, чем обычно. И никаких проблем, по крайней мере, о которых мне было бы известно, в этом вопросе не возникает.

Отбор студентов мы строим на меритократических принципах, мы никогда не смотрим на паспорт, гендер или национальность, а исключительно на знания кандидата и на то, насколько он готов потратить два года своей жизни, чтобы стать отличным специалистом.

 Бывали ли ситуации, когда у студента де-факто оказывалось два научных руководителя из разных направлений?

— Есть отдельный формат образовательных программ, которые называются «сетевыми». Это когда студент обучается в двух университетах, но на одной программе. Какие-то модули студент берет в Сколтехе, какие-то в университете-партнере, и потом они просто взаимно перезачитываются в соответствии с соглашением, которое подписано между вузами. У нас есть ряд сетевых программ, которые мы реализуем, при этом основные академические партнеры — это МФТИ и ВШЭ. В основном, когда ребята обучаются по этим программам, у них два научных руководителя, один в Сколтехе, один в университете-партнере.

В рамках этой приемной кампании мы запустили еще один трек по Advanced Computing and Networks с ВМК МГУ, мы планируем зачислить на него до 10 студентов.

 Когда студент выбирает программы вы, с одной стороны, рекомендуете ориентироваться на интересы студента, а с другой, на то множество профессоров, специалистов, которые представлены. На что нужно обращать внимание? Есть люди, которые считают, что нужно обращать внимание на специальность, другие — на способность профессоров быть не только учеными, но и учителями, способными помочь студенту стать настоящим исследователем.

— Если бы я выбирал университет и программу, я делал бы этот выбор по двум ключевым критериям, но перед этим ответил бы себе на вопрос, зачем мне нужна магистратура: хочу ли я запустить собственный стартап, или стать молодым ученым, или пойти работать в компанию, или чего-то еще хочу, то есть сформулировал бы для себя некую цель. И далее, чтобы понять, поможет ли мне магистратура этой цели достичь, я посмотрел бы на: а) список курсов, их описание и б) какие профессора их читают. Ответы на эти вопросы в подавляющем большинстве случаев помогут понять, насколько программа помогает в достижении той цели, что я для себя сформулировал.

 Как бы вы рекомендовали студенту оценить компетентность тех людей, которые читают курсы?

— Очень просто. Во-первых, на сайте вуза должен быть доступен список этих людей, потому что часто бывает такое, что списка профессоров нет, списка курсов нет, куда поступаешь — вообще не понятно. Помимо общего списка на каждого профессора должна иметься дополнительная информация, минимум — это перечень публикаций со всеми референсами, основные направления исследований (это особенно важно для кандидатов в аспирантуру). Аспирантура — это всегда про более тесное взаимодействие с руководителем, поэтому выбор должен быть более осознанным, ваши интересы должны совпадать.

 Мы уже многие вопросы обсудили. Еще есть вопрос о людях с ограниченными возможностями: насколько развита доступность университета для таких людей?

— Кампус, в котором мы сейчас находимся, строился по проекту швейцарского бюро Herzog & de Meuron, это очень титулованное европейское архитектурное бюро. Изначально кампус был спроектирован как безбарьерная среда: полы без перепадов, каждая лестница дублируется лифтом. Дополнительно мы оперативно реагируем на любые запросы, в том числе студенческого сообщества, по поводу инфраструктуры. К примеру, у нас был запрос от студентов организовать специальное место interfaith and meditation, в плане этого изначально не было, но мы его организовали.

 У вас есть какое-то общежитие, спонсируемое университетом? Вы находитесь довольно далеко, сложно добраться.

— Добраться до нас стало гораздо проще: буквально недавно, в июне, открылась железнодорожная станция «Инновационный центр», это всего 17 минут на электричке-экспрессе от Белорусского вокзала. Это отличное решение, студенты очень довольны и регулярно пользуются этим видом транспорта, добраться из центра Москвы теперь не проблема. Помимо этого, с транспортной доступностью в целом проблем нет: ходят автобусы-экспрессы от «Тропарево» и «Славянского бульвара».

Что касается общежития, на текущий момент оно, к сожалению, отсутствует. Но мы платим повышенную стипендию, например, в магистратуре это от 40 тысяч рублей в месяц, что вполне достаточно для того, чтобы снять квартиру на Трехгорке рядом со Сколтехом. Ребята скидываются на 2–3 человека, снимают трешку, и это уже не общага, это квартира со всеми вытекающими плюсами. Особых проблем с размещением ребята не испытывают, магистры и аспиранты — это уже достаточно взрослые ребята, которые знают, как решать эти проблемы. Когда-нибудь мы откроем бакалавриат, и тогда, конечно, общежитие уже будет необходимо.

Партнерский материал
Сколковский институт науки и технологий