Популярное

Чай из трусов для президента и проклятье гадящей собаки. Как бытовой мистицизм влияет на жизнь мексиканцев

Недели три назад у меня на левом глазу выскочил ячмень размером с детский кулак, от тяжести которого отвисало нижнее веко. Первые несколько дней я по старинке прикладывала к глазу пакетик с ромашковым чаем, но когда меня начали пугать тем, что инфекция может распространиться на второй глаз, я все-таки решила обратиться к врачу. Когда я села напротив увесистой тетеньки-доктора лет пятидесяти, она посмотрела на меня и добродушно ухмыльнулась: «На срущего пса, небось, посмотрела». Мой глаз от неожиданности выпустил гнойную слезу, а лицо вытянулось в удивлении.

«Она не местная», — шепнула доктору медсестра, которая уже минут пять пыталась написать мою фамилию в карточке пациента. «А, ну мы, мексиканцы, говорим, что ячмень появляется на глазу, когда взглянешь на пса, справляющего нужду, — суеверие такое, — пояснила доктор. — Даже народное название ячменя “perilla” происходит от слово “perro” — собака». Опешив от полученной информации, я забыла про глаз: теперь меня интересовали только мексиканские суеверия.

В стране, где около четырех миллионов человек не умеют ни писать, ни читать, снадобья, бабки-ведуньи и талисманы становятся основным методом освоения окружающего мира.

Мексиканцы не останавливаются на рассыпанной соли, черных кошках и разбитых зеркалах: склонные к радикальному мистицизму, гордые потомки ацтеков и майя напридумывали собственных экзотических верований, с пряным ароматом маисовой лепешки и экзальтированного веселья.

Хотя принадлежность к определенному социальному статусу является безусловным фактором, влияющим на систему ценностей человека, в Мексике всё немного сложнее: в ведьм и магические ритуалы верят как бедняки, которым нечем заплатить приличному доктору, так и представители элиты. Самый красноречивый тому пример — жена мексиканского экс-президента Висенте Фокса Марта.

Согласно слухам, с целью покорить сердце будущего супруга первая экс-леди прибегла к приготовлению популярного в народе снадобья — чая из трусов (té de calzón).

Впервые информация о связи этого таинственного напитка с именем Марты Фокс появилась в расследовании аргентинской журналистки Ольги Уорнат, новость довольно быстро разлетелась по всей стране, а чай из трусов превратился в аллегорию президентства Фокса. Что касается рецепта, я, пожалуй, приберегу его напоследок.

В мексиканских многоэтажках отсутствует тринадцатый этаж, в доме ни при каких обстоятельствах нельзя открывать зонт, а если стукнешься локтем, его нельзя ощупывать или потирать — это приносит неудачу.

Чем сюрреалистичнее суеверие, тем ярче оно иллюстрирует национальный характер.

В постколониальном сознании традиционного мексиканца женщина до сих пор предстает в трех основных ипостасях: святой, как Дева Гваделупская, возлюбленной — объектом преступной страсти — и матерью — уважаемой доньей, которая знает все рецепты по удалению пятен от острых соусов с рубашки. Выйти замуж и родить детей для большого числа мексиканок до сих пор является главной целью в жизни. Событие это они репетируют в более раннем возрасте — на свое пятнадцатилетие: именинницы-кинсеаньеры разъезжают по городу на лимузинах, одетые в платья-безешки, в окружении своих кавалеров.

В Мексике даже существует специальный святой, позаимствованный из Италии, — Сан-Антонио де Падуа — к которому обращаются за помощью девушки в страхе превратиться в старых дев.

Чтобы попросить у Сан-Антонио жениха, нужно поставить святого вниз головой и держать его в таком положении до того момента, пока ситуация не разрешится в пользу счастливого замужества.

Перед свадьбой незамужние подружки невесты ревностно борются за возможность заправить выходящей замуж постель: они верят, что таким образом приближают сладостный миг собственной свадьбы. Метел любители счастливых концовок остерегаются: считается, что, если пройтись по ногам метлой, это обрекает подметенного на брак с вдовой или вдовцом. Также здесь верят, что свадьба снится к смерти, а похороны, наоборот, к замужеству.

Теперь о беременности и детях. В мексиканском испанском существует выражение “cara de buñuelo, “cara” переводится как «лицо», а “buñuelo” — такое жареное сладкое тесто в форме снежинки. С таким лицом, по распространенному мнению, рождаются дети, чьи матери отказывали себе во вкусной еде во время беременности.

Не поела шпротов, когда очень сильно хотелось, — получай ребенка с лицом жареной снежинки.

Когда ребенок рождается, суеверия начинают служить в качестве воспитательного пособия: нужно тщательно оберегать детей от чрезмерной любви посторонних, потому что, проявляя нежность к чужому ребенку, рискуешь навести на него порчу. В городе Мерида, штате Юкатан, детей никогда не отпускают гулять под оранжевым небом — с такой прогулки они возвращаются желтыми. Выпускать ребенка из дома перед дождем, так называемым водным ветром (“viento de agua”), тоже весьма рискованно, поскольку у него может случится диарея. Неожиданно? Погодите еще. Детей в Мексике нельзя будить, потому что у них случайно может вылететь душа. А еще, проезжая мимо водных массивов, обязательно нужно громко позвать ребенка по имени, чтобы отогнать водный дух, который превращает детей в плакс. Для борьбы с детской икотой мексиканские мамы используют красную нить, которую наслюнявливают на лоб ребенку.

В свою очередь, дети верят в то, что, если измазать собаку козявкой, можно увидеть призраков, но этот спиритический эксперимент может привести к безумию.

Однако существуют и другие способы сойти с ума. В Мексике существуют поговорка “el que come y canta loco se levanta”— кто поет во время еды, встанет (я полагаю, из-за стола) обезумевшим.

Мексика — страна, воспетая в эзотерических трудах Карлоса Кастанеды: здесь люди живут одновременно в нескольких измерениях, воздавая дань языческим богам докортесовых времен и периодически превращаясь в тотемных зверей, будь то ягуар, питон или пантера. Животные в Мексике обладают довольно серьезным весом в системе спиритуальных координат. На местных колдовских рынках можно найти сушенных броненосцев, распятых на кресте белок, кожу скатов и много другой интересной всячины. Шаманы и локальные ведьмы считают, что, употребив животного зелья или скурив хрустящую шкурку мертвого зверя, можно приобрести их магические свойства: стать сильнее, ловчее, мудрее и ближе к природе.

Что касается суеверий, то с черными бабочками здесь связано куда больше примет, чем с черными котами. Считается, что, если они залетают в помещение, это является предвестником скорой смерти — вашей или тех, кто в этом доме живет.

Черных бабочек здесь боятся даже самые несуеверные, потому что они могут достигать размеров средней птицы, но при этом сохраняют интеллект обычного насекомого: суицидально летят на свет, обо всё стукаются и хаотично двигаются по кругу.

Однажды я проснулась от странного шума посреди ночи и, открыв глаза, обнаружила двух гигантских черных бабочек, как Мотра и Ботра из классической японской версии Годзиллы, кружащих у меня под потолком. Этот странный шум, который они издавали, был шорохом их крыльев. Я, конечно, тогда натерпелась страху, но вроде бы никто не умер.

С праздничными суевериями всё тоже довольно интересно. Праздников в Мексике больше, чем дней в году, но я остановлюсь на том, который близок и нам, — на Новом годе. За несколько недель до 31 декабря мексиканцы начинают лихорадочно скупать нижнее белье красного и желтого цветов, что висит в торговых палатках у метро. Эти цвета имеют важное значение в популярной культуре: желтый символизирует достаток, тогда как красный, согласно популярному мнению, притягивает любовь. Надев на новогоднюю ночь одежду этих цветов, вы заметно повышаете шансы на получение новой должности, покупку счастливого лотерейного билета или удачное свидание в тиндере.

Также мексиканцы убеждены, что прогулка с чемоданом в ночь с 31-го на 1-е гарантирует год, богатый на поездки и приключения. Долго гулять не нужно: пройти по паре окрестных улиц вполне достаточно (будет чемодан полон или пуст, остается на ваше усмотрение).

А еще обязательным блюдом новогоднего стола мексиканцев является чечевица: ее едят, чтобы водились деньги.

В системе мексиканских суеверий существует несколько предметов, которые в разных контекстах служат различным целям. Так например, метла, которая уже появлялась в части про свадебные суеверия, используется для разгона засидевшихся гостей: если осторожно поставить ее за дверь так, чтобы никто не увидел, приглашенные быстро покинут ваш дом. А еще подметать ночью мексиканцы не решаются — это может привлечь неудачу.

Другим важным спиритическим объектом служат ножницы: если положить ножницы под подушку, они «разрежут» дурные сны, а если зарыть их в землю перед вечеринкой или другим важным событием на открытом воздухе, они спасут от дождя.

Мексиканки никогда не ставят свои сумки на пол — не будет денег. Шум в ушах означает, что кто-то про тебя сплетничает или говорит гадости. Когда это происходит, нужно ущипнуть себя за правое ухо, чтобы завистник прикусил себе язык. Нельзя показывать пальцем на радугу — палец может сгнить или засохнуть. Чокнуться и не выпить — это дурная примета. Чокайтесь и пейте, в общем.

А напоследок, как обещала, рецепт чая из трусов:

  • ваши трусы (на сайте говорится, чем грязнее — тем лучше);

  • чайная ложка соли;
  • три чайных ложки сахара;
  • щепотка перца.

Все ингредиенты нужно смешать с водой в оловянной посуде, закрыть крышкой и варить в течение часа. Затем нужно оставить кастрюлю на ночь под лунным светом, а на следующий день чай готов к употреблению. На сайте нет ни слова о том, как заставить вашего возлюбленного это выпить, но, с другой стороны, как сказал Ремарк: «Любовь не терпит объяснений. Ей нужны поступки».

В добрый путь!