Мой парень — Пьер Карден: российская мода 90-х

После развала Союза легкая промышленность превратилась в фэшн. Ушли в прошлое будни первых советских манекенщиц, вынужденных подрабатывать уборщицами. Всплеск свободы создал умный эпатажный глянец, сотрудничавший с художниками. Вспоминаем, какой была постсоветская мода.

Цветные лосины, малиновые пиджаки, джинсы-«мальвины» и спортивные костюмы. Эти образы мифических 90-х так плотно засели в головах, что даже тем, кто пребывал в то время в сознательном возрасте, уже кажется: только это и было.

Конечно, до окраин, рынков и необъятных клетчатых сумок «челночников», возивших из Турции мешковатые свитера и фейковые футболки, дизайнерская одежда не доходила. Но модная жизнь в России кипела и была разнообразной. Множились недели моды. Модели уезжали покорять Запад и тусовались с бандитами. Впервые зазвучало слово «стильно». Впервые появились школы визажистов. Впервые вечернее платье можно было дополнить ботинками Dr. Martens и почувствовать себя принцессой, нет, королевной!

У российской моды 90-х не было флагманов, но были десятки, сотни людей, которые варились в огромном котле, еще не успевшем стать индустрией.

От легкой промышленности к fashion

О том, что в СССР есть мода, а не только легкая промышленность, народ знал в основном теоретически. Даже самых ярких модельеров не принято было славить. Вячеслав Зайцев обладал мировым именем, но его фамилия не упоминалась в титрах комедии «Иван Васильевич меняет профессию», для которой он создавал наряды Натальи Селезневой.

Существовали государственные Дома моды — ателье для привилегированных и Дома моделей, где устраивали показы и разрабатывали коллекции для массового производства. Но то, что висело в магазинах, люди презрительно именовали «совпаршив». Как шили в обычных ателье, описывал Михаил Жванецкий:

«Отличное пальтецо, носи на здоровье. В случае чего я буду сзади ходить, объяснять, что никто не хочет за семьдесят рублей над утюгом стоять».

В качестве альтернативы под страхом разоблачения частной деятельности на дому работали портные, которым можно было принести затертый до дыр журнал «Бурда» и попросить воспроизвести фасон так, чтобы не нужно было сзади ходить и объяснять.

Советская мода принадлежала элите или была завуалированной, запретной, вся в ореоле секретов на грани нарушения законодательства. У нее был один серьезный плюс: ее спонсировало государство.

Российские модельеры этой привилегии лишились, отсюда и популярность в 90-е авангарда: его можно делать хоть из коробок.

Но пройдет немало времени, прежде чем жители бывшего СССР захотят хотя бы взглянуть в сторону отечественных дизайнеров. Пока же в почете лишь именитые иностранцы. Как пела накануне развала Союза группа «Дюна», предвещая темные грезы наступающего фирмачно-кооперативно-бандитского будущего ранних 90-х:

Мой парень — Пьер Карден,
И двое слуг — брюнет и шатен.
Растут мои дома, рекой течет Клима,
Партнеров — тьма, гуляет фирма.

Союз развалился, капиталистическое будущее наступило и закрутилось невозможно быстро, тут-то клетчатые сумки фирмачей и поехали за товаром. На развалинах старого мира Вячеслав Зайцев написал: «Агония перестройки». Так называлась его коллекция 1990–1991 годов: даже он не имел тогда финансовой возможности выпускать сезонные или хотя бы ежегодные коллекции.

О настоящем становлении новой российской моды следует говорить, начав с 1994 года, когда произошло сразу несколько важных событий.

Под патронажем всё того же Вячеслава Зайцева был проведен первый конкурс профессиональных модельеров имени Надежды Ламановой. Конкурс открыл немало «звездных» имен: Султанну Французову, Олега Бирюкова, Андрея Шарова и Ольгу Солдатову. На его основе зародилась «Лаборатория моды Вячеслава Зайцева» — школа, в которой мэтр отечественного кутюра до сих пор растит молодых дизайнеров.

А в Государственном центральном концертном зале «Россия» прошла первая Неделя высокой моды в Москве. Приехали 10 западных домов моды: Paco Rabanne, Jean-Louis Scherrer, Ted Lapidus…

Эффект, произведенный заграничным кутюром, был непередаваемым: люди попросту ничего подобного раньше не видели. На зрителей, одетых в свои лучшие малиновые пиджаки и туфли «ЛеМонти», с подиума двинулись кринолины, шлейфы, какие-то сплетенные из волос юбки и пудреные парики в стиле XVIII века… Культурный шок!

Но уже в конце 90-х отечественные дизайнеры тоже становятся участниками показов. Главный приз «Золотой манекен» в разные годы получали Игорь Чапурин, Виктория Андреянова и Татьяна Парфенова, а Валентин Юдашкин стал постоянным участником. Это было и самое громкое светское мероприятие страны, куда стекались все знаменитости: Алла Пугачева однажды сама прошлась по подиуму just for lulz.

После переломного 1994 года модные мероприятия полезли как грибы после дождя. В 1995 году в Сочи состоялась первая Неделя российской моды, которая впоследствии стала ежегодным фестивалем «Бархатные сезоны».

Тогда дизайнеры были еще далеки от коммерческих целей, и на показах царила суматошно-праздничная атмосфера.

Демонстрировали свои коллекции мастера советской кройки и шитья и новое поколение модной богемы: Сергей Ефремов, Галина Смирнская, Людмила Мезенцева. В 1997 году состоялся полуфинал международного дизайнерского конкурса Smirnoff, переросший со временем в Российскую неделю моды прет-а-порте.

Основатель модельного агентства Face Fashion, а ныне известный художник-перформер Федор Павлов-Андреевич провел фестиваль «АльбоМОДА», на котором начинающие модельеры выставляли вещи, сварганенные из чего попало — от резины до целлофана.

Но 90-е пережили не все. Общесоюзный Дом моделей одежды на Кузнецком Мосту, открывшийся еще на исходе войны в 1944 году, переживал острый кризис. Он завершился в 2002 году тем, что здание Дома продали и открыли на месте этого неофициального института советской моды, в котором когда-то трудились искусствоведы и художники, бутик Podium concept store. Часть культуры ушла в небытие.

От демонстраторов одежды к топ-моделям

Официальным названием этой профессии в Союзе было «демонстратор одежды». Слово «манекенщица» придумал народ, вкладывая в него уничижительный смысл, мол, живые манекены. Работа считалась совершенно не престижной и оплачивалась по низшей ставке.

Даже самая знаменитая советская манекенщица Регина Збарская, блиставшая у Вячеслава Зайцева и прозванная на Западе «русской Софи Лорен» и «самым красивым оружием Кремля», подрабатывала в трудные моменты жизни уборщицей.

Модный переворот 90-х открыл худым и красивым все пути: к деньгам, славе и — самое главное — на Запад.

Началось это с конкурсов красоты. Первый из них — «Московская красавица» — прошел в 1988 году: победительницей стала Маша Калинина, чье имя прогремело на весь Союз.

Москвичка Юлия Суханова стала первой «Мисс СССР» в 1989 году. Конкурсы привлекли внимание Запада, пожелавшего взглянуть на экзотических «русских красавиц».

Хозяйка модельного агентства Ford Models Эйлин Форд приехала в Россию, чтобы отобрать советскую участницу для международного конкурса Supermodel of the World. Состоялся всесоюзный отбор, и гордо представлять нашу страну поехала эстонка Эха Урбсалу.

В 1990 году состоялся конкурс уже внутри самого Союза под названием «Супермодель СССР». Еще в советские годы дебютировал и другой международный конкурс Elite Model Look. Его организацией в 90-е занималась бывшая манекенщица Татьяна Кольцова — хозяйка модельного агентства Red Stars.

Когда в 1994 году в международном финале Elite Model Look победила россиянка Наталья Семанова, «русские красавицы» по-настоящему вышли на мировую арену, а Red Stars приобрело международную репутацию.

Многие участницы модельных конкурсов 90-х сделали на Западе серьезную карьеру: эстонка Кармен Касс, бурятка Ирина Пантаева, россиянка Инна Зобова.

Москвичка Кристина Семеновская, подписавшая контракт с Dior, стала первым российским «лицом» косметики класса люкс.

Ольга Пантюшенкова из Петербурга (тогда еще Ленинграда) первой из «наших» снялась в рекламе духов всемирно известного бренда — Eden от Cacharel. Да еще и грудь обнажила!

На Западе наших моделей хвалили за целеустремленность, серьезность и отсутствие капризов. Писали, что вместо светских пьянок они отправляются домой и вообще относятся к своей работе как трудовые лошадки: чувствуется воспитание.

Правда, от них трудно добиться беззаботного веселья на камеру, из-за чего они кажутся холодными и загадочными. Но из этого сделали свою «фишку».

Например, Пантюшенкова с ее аристократической внешностью позиционировалась как некая «русская графиня», которой не до улыбок: она до сих пор оплакивает свой вишневый сад или типа того.

Но самое интересное происходило не на Западе, а здесь.

В 90-е появилась особая каста: московские топ-модели, которых знали по клипам, рекламе и скандалам. Все они принадлежали агентству Red Stars, монополисту на модельном рынке.

Татьяна Кольцова постоянно контактировала с прессой, чтобы та освещала деятельность ее агентства. Затем она заключила договоренность с телевизионным конкурсом молодых талантов «Утренняя звезда», для которого модели пробовались в качестве ведущих. Телевизионной карьеры никто из них не сделал, зато была реклама.

Повсюду обсуждалась личная жизнь моделей. «Желтая» пресса воспевала их настоящие и мнимые романы со звездами и деловыми людьми — от бизнеса и криминала. Модели Виктории Дроновой приписали то, что она разбила семью певца Александра Буйнова, а Марию Битаеву, которая рекламировала духи Authentic Maroussia от Славы Зайцева, «выдали замуж» за продюсера Павла Ващекина.

Интерес к моделям настолько возрос, что в 1992 году Влад Листьев посвятил им отдельный выпуск своего популярного ток-шоу «Тема», обсуждая модельный бизнес наравне с вопросами смертной казни, легализации проституции в России и сексуальных домогательств на работе.

Для выпуска «Манекенщицы» Листьев пригласил в студию модель Red Stars Екатерину Кириллову.

В передаче она рассказала о рекламе службы знакомств, которую однажды увидела по телевизору: в это агентство приглашали обращаться всех, «кроме проституток и манекенщиц». Для широких масс эти понятия были практически уравнены.

Но уравнены или нет, люди жадно впитывали информацию о них и следили за ними на экранах. Съемки в музыкальных клипах стали для моделей видом заработка, которого не было в СССР. В одном клипе Влада Сташевского «Я не буду тебя больше ждать» снялись Елена Белоус, Татьяна Антошина и еще целая толпа «звездочек» Red Stars.

В клипах «Городской романс» и «Хару Мамбуру» группы «Ногу свело» снимались известная модель Катя Полянская и звезда российского Playboy Наталья Шиманчук (ныне живущая в Америке актриса Наташа Алам). Для клипа на мегахит «Утекай» группы «Мумий Тролль» модель Настя Кускова пожертвовала своей шевелюрой: Илья Лагутенко стрижет, а затем обривает ее наголо, орудуя армейской бритвой, от которой модель, по его воспоминаниям, громко вопила.

Страдания того стоили: клип стал самым известным из всего, что было снято в 90-е, и получил на фестивале «Поколение-97» диплом «Лучший кадр года». А «парикмахерский» образ так прилип к певцу, что он появился в виде вампира-парикмахера в фильме «Ночной дозор».

Глянец

Россия вступила в мир глянца. В период с 1994 по 1998 годы на русском языке начали выходить важнейшие модные журналы Vogue, Elle, Harper’s Bazaar и L’Officiel. В 1994-м вышло первое издание Cosmopolitan в России с Синди Кроуфорд на обложке, сразу поставив ребром вопрос о женской независимости:

«Тридцатилетние, независимые, уверенные в себе… Нужен ли им муж?»

Существовавший с конца 80-х единственный столичный «Журнал мод» раскололся в 1990-м. Часть редакции отправилась делать новый журнал и газету «Московский стиль», переплавившиеся в 1994 году в журнал «Коллекция М». Их делали настоящие профессионалы модной индустрии, появившиеся раньше самой индустрии.

В ноябре 1995-го вышел журнал «ОМ» — предмет культа, голос поколения, абсолютный трендсеттер. В нем вел колонку композитор Сергей Курехин, на его обложках появлялись Влад Мамышев-Монро и Жанна Агузарова, его статьи назывались «Идол пустоты», «Аналоговые ковбои» и «Блестки на теле цивилизации».

А еще «Птюч», «Матадор», Imperial, какие-то быстро промелькнувшие и оттого еще более ценные «клубные» журналы, велевшие тебе закинуться и идти танцевать, начитавшись Анаис Нин и Кастанеды… В России был умный глянец — претенциозный, хулиганистый и абсолютно свободный.

Клубы были ареной для начинающих модельеров и более известных богемных тусовщиков: Маши Цигаль, Елены Супрун, винтажной шляпницы Виолетты Литвиновой. В них ставили свои перформансы авангардные модельеры Андрей Бартенев и Александр Петлюра с его любимой моделью, Королевой Московского Андеграунда и Альтернативной Мисс Вселенная — благостной старушкой Пани Броней, вошедшей в книгу «Самые эпатажные личности XX века» наряду с Сальвадором Дали и Ниной Хаген.

Советский мейкап

В СССР была профессия художника по гриму. В 90-е появились визажисты и стилисты. Одним из самых талантливых был Лев Новиков, разработавший в 1988 году грим для спектакля «Служанки» Романа Виктюка в театре «Сатирикон». Созданные им экстравагантные образы во многом способствовали безумному ажиотажу вокруг спектакля, в котором — впервые в Союзе! — женские роли играли мужчины.

Новиков придумывал образы, создававшие звезд. Перекрасил поп-диву Ирину Понаровскую в блондинку, превратив ее из положительной тетеньки в женщину-вамп без возраста. Надел на ведущего передачи «Музобоз» Ивана Демидова темные очки, в которых тот всегда появлялся на публике.

Разработал элегантно-интеллигентный стиль для Леонида Парфенова. Создал для актрисы Аллы Демидовой трагический образ в духе Серебряного века. И предложил Ренате Литвиновой мейк-ап Греты Гарбо: с тонкими бровями, кроваво-красными губами и общей странностью.

Новиков разрабатывал и собственные коллекции одежды — очень красивые вариации на тему декаданса, на пару десятилетий опередившие свое время с его минимализмом, целлофаном и аляповатостью а-ля рюс, которой увлекались многие модельеры. К сожалению, как и великий американский стилист Кевин Окоин, он умер от СПИДа.

В 1999 году вышел клип Никиты «Улетели навсегда»: квинтэссенция 90-х и подведение черты под десятилетием.

Рейв, безудержное веселье, круглосуточные тусовщики. Бело-серебряный минимализм нарядов. Красные волосы клубной легенды Огненной Леди, лидера российского травести-движения.

Победительница конкурса Elite Model Look – 99 — 14-летняя Вилина Фокина с широкоскулым детским лицом, которое уже ждут в Париже и Нью-Йорке. Поднялась «вторая волна» российских топ-моделей, среди которых окажется Наталья Водянова. И прощание с эпохой.

«Не вернешь обратно
Улетели навсегда…»

Skoltech