Синдром «демоверсии»: почему мы идеальны в начале отношений и что такое лимеренция
Синдром «демоверсии»: почему мы идеальны в начале отношений и что такое лимеренция

Вы встретили идеального партнера. Он понимает вас с полуслова, обожает те же сериалы и дарит счастье одним присутствием. Но проходит полгода, год — и образ спутника внезапно меняется: вы все чаще замечаете недостатки, а не достоинства. Неужели имидж возлюбленного в начале отношений был лишь красивой картинкой для заманивания в отношения? Или, может, проблема в вас? Ни то, ни другое. Партнер ничуть не изменился, всему виной маниакальная влюбленность — лимеренция. Разбираемся, как работает феномен.

Искусственный математик: прозрение или перебор?
Искусственный математик: прозрение или перебор?

Научный 2026-й начинается с сообщений о том, что искусственный интеллект наконец-то решает нерешенные математиками задачи. Неужели он скоро решит всевозможные нерешенные задачи, оставив математиков без работы? Вряд ли: пока математические достижения нейросетей невелики и к тому же ничуть не меньшую роль, чем ИИ, в математических открытиях, сделанных с помощью языковых моделей, играют сами математики.

Что такое цундоку: почему мы собираем библиотеки из непрочитанных книг
Что такое цундоку: почему мы собираем библиотеки из непрочитанных книг

Наша домашняя библиотека — это личное дело. Библиотека отражает наши ожидания, амбиции и поиски. Мы гордимся ею, хотя зачастую значительная часть книг остается непрочитанной или откладывается на потом. Но именно в этом и заключается парадокс библиотеки. Главное в собирательстве книг не всегда только чтение, и часто важнее обещание чтения, сама возможность, которая нам открывается (неслучайно философы замечали, что счастье — это возможность обещать). Покупая книги, мы обещаем себе хорошее время, которое с ними когда-нибудь проведем. И все-таки почему привычка собирать непрочитанные книги естественна, что стоит за самой идеей библиотеки как концепта и каким образом книги формируют наш опыт, независимо от того, прочитаны они или нет? Рассуждает философ Максимилиан Неаполитанский.