Прекрасное

«Дно», «Табакерка», «Шарлатаны» и еще 8 лучших черных бриткомов

В современном мире, который все больше погружается в мультикультурализм, стало неприлично говорить о национальных особенностях. Они, тем не менее, никуда не делись. Американцы по-прежнему тяготеют к грандиозности, поэтому здание их кинематографа стоит на плечах супергероев-атлантов, которые лучше всех умеют спасать мир. Отечественное кино отрастило себе две головы: одна комично пьет с криками «горько!», вторая печально на это смотрит. Что до британцев, то они как объездили юмористического конька еще в эпоху Свифта и Теккерея, так и скачут на нем в новейшем времени — впереди планеты всей.

Для успешного «черного» сериала необходимо, во-первых, нести дичайшую околесицу с непроницаемым выражением лица. Во-вторых, абсурд, абстракт и психодел должны быть вписаны в реальность так, чтобы между ними и обыденностью не оставалось никаких зазоров. Если перед вами мертвый попугай, которого представляют как чьего-то дедушку, — это чей-то дедушка. И наконец, смеяться можно и нужно абсолютно над всем. Наркомания, бедность, преступность, алкоголизм, инвалиды, онкобольные, дети и маленькие собачки — ничто не свято, все подсудно черным британским ситкомам, которые никого не пощадят.

«Дно», 1991–1995

Bottom

Два соседа по квартире Эдди Гитлер и Ричи Ричард пребывают в перманентном поиске женщин, которые согласятся с ними переспать. Но никто не соглашается — как говорили в другом сериале — «потому что ты урод». Первая серия настраивает на безобидные приключения тупого и еще тупее. Но уже со второй начинаются характерные особенности сериала: убийство сковородкой, искусственное дыхание через шланг, вуайеризм, взрыв газа в доме и ад, производимый в промышленных количествах двумя самыми кошмарными персонажами в мире, один из которых выглядит как лысый Бадди Холли, а второй — как Рик Майял, поскольку это и есть Рик Майял, а сравнивать этого комика не с кем.

«Дно» по праву считается самым жестоким из британских ситкомов, уровень насилия в нем даже не тарантиновский, а мультипликационный. Это великий слэпстик, в котором все избивают всех и устраивают техасскую резню бензопилой в Западном Лондоне.

Идея сериала пришла к Майялу и Эдриену Эдмондсону, играющему лысого Гитлера, во время участия в постановке пьесы Сэмюела Беккета «В ожидании Годо». И действительно, перед нами образчик театра абсурда, персонажи которого не вешаются лишь потому, что под рукой никогда нет веревки, да еще теплится слабая надежда на секс. И на то, чтобы воткнуть вилку кому-нибудь в глаз. Дно пока не пробито!

«Заднепроходное отверстие», 1997–2001

Brass Eye

Педофилы среди нас — одна из главных проблем современного мира. Чтобы ее решить, мы должны понять, кто эти люди? Как опознать их в толпе? Действительно ли они обладают генетическим сходством с крабами? В исследовании триггеров попробуем определить, какое изображение возбуждает педофила сильнее: голова маленькой девочки, приклеенная к обнаженному телу взрослой женщины, или голова мальчика на теле кота с эрегированным пенисом. Спросим у семилетних подружек известного рэпера, как они относятся к тому, что их бойфренд — педофил? Ответ заставляет задуматься о моральных устоях нового поколения: «А нам не пофиг?»

Короткий цикл из семи самых вопиющих эпизодов в истории британского ТВ создан сатириком Кристофером Моррисом то ли в знак протеста против методов современных медиа, смакующих табуированные темы под аналитическим соусом, то ли потому, что Крис Моррис не знает, что такое страх.

Зрители стерпели, когда «Заднепроходное отверстие» исследовало жестокое обращение с животными, преступность, наркотики, науку и секс. На «Педогеддоне», спецвыпуске 2001 года, пощечина общественному вкусу долетела до адресата. Ни на одну программу не поступало такое количество жалоб, а Моррис получил титул «самого ненавидимого человека на телевидении». Поэтому смотреть его сатиру, конечно, обязательно. Где еще увидишь, как Саймону Пеггу предлагают заняться сексом с шестилетним мальчиком, а тот отказывается: «Извините, он не в моем вкусе».

«Джем», 2000

Jam

Заботливые родители предпринимают все, чтобы оградить сына от нетрадиционного секса: отец спит с парнем, который нравится сыну, а мать, притворяясь молодой проституткой, спит с сыном, чтобы тот набирался опыта по части женщин. Обезумевший голый политик бегает по торговому центру и мочится на свои телевизионные изображения, повторяющие: «Берегите друг друга». Во время родов жены медсестра соблазняет мужа, и первый крик младенца раздается на фоне звуков порнографического совокупления.

Мужчина жалуется врачу на головную боль, но тот просит снять штаны и потрясти перед ним членом, а затем присоединяется, чтобы «члены синхронизировались». Маленькая ангелоподобная девочка приходит на дом, помогая разбираться с трупами после убийства.

Все это — «Джем», «Джем», «Джем», «Джееееем»…

И снова Кристофер Моррис, все с тем же намерением оскорбить, выйти за рамки хорошего вкуса и пределы разумного, заставив половину общественности и прессы называть его больным, а вторую половину — преклоняться перед «гением». Как бы то ни было, его скетчи действительно не для слабых духом, и с учетом демонстрации гениталий рейтинг тут «18+». У серий нет вступительных и завершающих титров, они приходят под дарк-эмбиент из очень темного сюра и в него же уходят. Манера съемки и размытая картинка довершают впечатление современного городского кошмара, сдобренного отчаянным цинизмом и нигилистическим юмором.

«Лига джентльменов», 1999–2017

The League of Gentlemen

Добро пожаловать в Ройстон Вейси, городок, при въезде в который красуется табличка «Отсюда не возвращаются». Среди его дружелюбных обитателей есть парочка владельцев местного магазина «Местный магазин», из которого редко уходят живыми, их сын-оборотень, таксист-транссексуал, разговаривающий исключительно о своей операции по смене пола, запойно матерящийся мэр, фанаты жаб и куча других фриков. Туристы, наблюдая их милые добрые конвульсии, очень быстро хотят сделать из Ройстон Вейси ноги. Но табличка при въезде в город поставлена не просто так.

«Лига джентльменов», начинавшаяся как радиопередача, приблизилась в Британии по культовому статусу к «Монти Пайтон», но юмор тут злее, непристойнее и ближе к бизарро-фикшну, чем к обычному относительно вменяемому гротеску.

Сериал придумали и сыграли в нем большинство ролей четверо артистов, знакомых со времен студенческой юности: Марк Гейтисс, Стив Пембертон, Рис Шерсмит и решивший не светиться на экране Джереми Дайсон. Они с видимым удовольствием переодеваются в женщин, да и сам сериал, по сути, тусовка хороших приятелей, любящих на досуге повалять дурака.

«Доброй ночи», 2004–2005

Nighty Night

История жизни и любви женщины по имени Джил — крашеной блондинки, психопатки и очень плохого парикмахера. Когда ее муж заболевает раком, она тут же мысленно его хоронит и приглядывается к импозантному соседу-врачу. Тот ухаживает за женой, страдающей рассеянным склерозом, но в остальном годится в употребление. Объявив, что раковый супруг скончался, Джил выбивает из людей батогами сочувствие и навязчиво виснет на соседе в нижнем белье. Больной муж, как назло, начинает выздоравливать, да и проклятая инвалидка все вертится под ногами. Но Джил обязательно придумает, как бороться с препятствиями на пути к своему женскому счастью.

Создательница сериала Джулия Дэвис исполняет главную роль с маниакальной убедительностью. Ее немигающий персонаж — воплощение зла в микроюбках и розовых кофточках.

Поэтому если хочется поненавидеть кого-нибудь всласть, а повода после Долорес Амбридж не было, сериал его предоставит. Юмор в нем английский, стыд, испытываемый при просмотре, — испанский. Стыдно каждую минуту, каждую секунду наблюдения за тем, как Джил портит людям волосы и жизни. Хуже всего то, что трудно перестать за этим следить. Азартно ждешь падения Джил еще ниже, и, к ее чести, она оправдывает доверие: первый сезон заканчивается поминками по живому мужу со стриптизером в клетке и дискотекой.

«Зеленое крыло», 2004–2007

Green Wing

Помощница хирурга Кэролайн Тодд поступает на работу в больницу, которая оказывается сущим дурдомом с прекрасно отлаженным механизмом функционирования. Повсюду расцветает любовь. Хирург и анестезиолог состоят в здоровых отношениях нездорового мужского соперничества и наперебой добиваются внимания Кэролайн. Директриса по кадрам крутит грязный служебный роман с рентгенологом.

Главная местная достопримечательность Сью Уайт, ласково прозванная коллегами «наша долбанная шотландская сучка», трепетно следит за душевным благополучием сотрудников. От нее всегда можно ждать психологически верного напутствия: «Да пошел ты нахрен!»

«Зеленое крыло» поставлено почти как классическая мыльная опера, повествующая о больничных днях, радостях, горестях и внезапных родственных связях между персонажами. Только все это сопровождают танцы с флейтами в одних трусах, выходы с арбалетом, поедание кофе на спор и торжественные роды львенка Симбы. Поклонники «британской коммуналки» порадуются знакомым лицам: тут и Тэмсин Грег из «Книжного магазина Блэка», и Марк Хип из «Долбанутых», и Мишель Гомес из «Доктора Кто». Среди прочих достоинств сериал отличает запоминающийся саундтрек, похожий на жизнерадостный нервный тик.

«Идеал», 2005–2011

Ideal

Толстый, неопрятный, ходящий в мятых футболках и трениках торговец легкими наркотиками Моз проживает в Манчестере в местном Бирюлево со своей девушкой, которая постоянно его бросает. Моз придерживается философии, что раз уж вселенная внутри нас, то из квартиры выходить необязательно. Тем более что ходить никуда не надо: все и так стремятся к Мозу. Через его хрущевку проходят толпы персонажей: юная бебиситтерша с IQ тостера; наемный убийца Мульт-Голова в маске мыши; полицейский, приносящий Мозу с работы конфискованную наркоту; вызывающе стереотипный гей; оболтус Колин, твердящий через слово: «Я на условном», и еще десятки людей, иногда только за один эпизод.

Это английский вариант сериала «Друзья», в котором герои постоянно тусуются в одном месте, из-за чего возникает впечатление, что остальной вселенной действительно не существует.

Зато всегда есть Моз, у которого можно забить косяк, спрятать краденую тушу коровы, совершить непреднамеренное убийство, снять лесбийское порно, да и просто поговорить о жизни в приятной атмосфере укуренного безвременья. К героям вскоре прикипаешь как к родным, и кажется, знаешь их лет сто — соседку-некрофиличку, криминального элемента Психо-Пола, его отвертку и Колина. Кстати, вы в курсе, что он на условном?

«Табакерка», 2006

Snuff Box

Английский государственный палач Мэтт и его американский помощник Рич выходят на работу рано утром, отводят ей около пяти минут, а дальше проводят время со стаканчиком виски в элитном клубе палачей. С утра повесил — весь день свободен. Дверь одного из клубных туалетов ведет в 1888 год, в котором обитает предок Мэтта, достопочтенный Чарльз, когда-то и основавший клуб. Рич наведывается за советом к Чарльзу в трудных жизненных ситуациях, и тот, будучи истинным джентльменом, всегда приходит на помощь.

Если по описанию вам кажется, что тут есть минимальные представления о благопристойности, то лишь потому, что вы не смотрели сериал.

«Табакерка» пока остается самым вульгарным из британских ситкомов c шутками ниже пояса. Смеются над американскими реднеками, французскими модельерами, английскими киноцензорами, черными рэперами и белыми воротничками.

В оставшееся время англичанин Мэтт Берри и американец Рич Фулчер, исполняющие половину ролей, пляшут и душевно поют. Еще в сериале регулярно появляются дети, видимо, сосланные родителями на съемки в наказание. Или в качестве подарка на день рождения — это уж как посмотреть.

«Это Джинси», 2010

This Is Jinsy

На вымышленном обитаемом острове Джинси проживает 791 человек под надзором «большого брата», называемого Великий Он (храни его Джинси). Никто, конечно, не видел Великого Его (храни его Джинси), поэтому функцией управления ведает семнадцатый по счету Арбитр и его молодой помощник Спорелл, милосердно введенный в сериал, чтобы зритель видел хоть одно человеческое лицо в этом шизофреническом цирке. Джинси предлагает сувениры из крематория, пересадку кожи с зада на лицо и обратно, «потому что это весело», и свадебные лотереи, впоследствии слизанные «Черным зеркалом» для эпизода «Диджея на мыло».

Сериал отдаленно пародирует гениальную сюрреалистическую антиутопию «Заключенный», но на этом кончаются его связи с реальностью и начинаются тяжелые наркотики.

«Джинси» не пытается сделать вид, что представляет собой политическое высказывание, проводя митинг в защиту висячего пространства с возмущенными лозунгами: «Слишком долго были смяты наши свитера! Слишком долго наши брюки были пожеванными!»

Даже постоянный троллинг над рекламой не отменяет впечатления чистого, первозданного, незамутненного абсурда. В красочном сериале отметились многие известные персоны от Стивена Фрая и Дэвида Теннанта до Кэтрин Тейт. Храни их Джинси.

«Инспектор Клот», 2012—…

Touch of Cloth

Полицейский инспектор Клот, пародирующий сразу всех сильно пьющих настоящих детективов, не смеялся с тех пор, как умерла его жена. Когда она умерла, он тоже не смеялся, а издал такой звук… Сложно описать. Типа фагота. В ту ночь он потерял рассудок, но сейчас снова распутывает дела. Компанию ему составляют деловитая бисексуальная помощница, разбитная патологоанатомша, с которой у Клота что-то было, парни из отдела (это такие парни из отдела) и Босс (а это его босс).

Между тем серийный убийца любовно полирует свой меч под звуки радио «Маньяк ФМ».

К вопросу о непроницаемых лицах. Совершенно непонятно, как Джон Ханна, играющий Клота, и другие актеры ухитрялись хранить такую звериную серьезность на съемках сериала, издевающегося над жанром детективной драмы, не брезгуя никакими средствами. Создатель «Клота» — мрачный сатирик Чарли Брукер — автор идеи «Черного зеркала», но тут он, в общем, добрее, не считая красочных натюрмортов из расчлененных тел, проеденных кошками трупов, инцестуальных сцен в морге под Сержа Генсбура и убийства совы. Ближайший аналог «Клота» — «Типа крутые легавые» Эдгара Райта, где творился примерно тот же беспредел с примерно такими же сурово насупленными бровями, и классика кинопародии «Аэроплан» с Лесли Нильсеном. Немного жаль, что Клот не цитирует культовую фразу: «Неудачную неделю я выбрал, чтобы бросить пить». Было бы идеально.

«Шарлатаны», 2017

Quacks

Англия 1840-х годов. Троица молодых врачей отчаянно экспериментирует, двигая медицину вперед. Хирург — сноб и циник, местный аналог доктора Хауса — дает смелейший прогноз выживаемости после своих операций: невиданные 50 на 50. Дантист и анестезиолог исследует на себе и знакомых проститутках все новые «вещества», которые удается добыть. Психиатр предлагает последний метод лечения, изобретенный «где-то в Бельгии»: не бить пациентов палками и не опускать в ледяную воду, а попытаться с ними поговорить. Еще некая мисс Флоренс Найтингейл требует мыть хирургические инструменты, а супруга хирурга не желает быть отчаянной домохозяйкой и упрямо лезет в медицину, да еще и читает свежее викторианское порно. Ох уж эти женщины в наши дни, правда?

«Шарлатанов» можно назвать смесью «Больницы Никерборкер» с «Черной гадюкой» за иллюстрацию медицинской революции площадными гэгами и сочетание сурового натурализма с истерически смешным абсурдом.

Достаточно сказать, что уже во время первой демонстрационной операции хирург отрезает дернувшемуся пациенту яйцо, а уровень пародийного сексизма способен встревожить борцов за женские права без чувства юмора. Привлекает актерский состав, блистающий на подмостках этого анатомического театра: Рори Киннер, Руперт Эверетт и отдельным выходом Эндрю Скотт (Мориарти из «Шерлока»), после выступления которого Чарльз Диккенс никогда не будет для вас прежним. Студия BBC пока не объявила о продлении сериала на второй сезон, но хочется надеяться, что его снимут. А теперь, сестра, бренди и сигарету, я всегда курю во время операции.