Прекрасное

Копия копии копии Джека:
что не так с «Бойцовским клубом-2»

Помню, в другую эпоху (пару лет назад) в сети появилась новость, что известный писатель книг Чак Паланик собирается сделать продолжение своего романа «Бойцовский клуб». Именно, что «сделать». Потому что предполагалось, что это будет не совсем роман, но графический роман. То есть «роман» с большим количеством картинок и небольшим количеством текста. Идея на миллион — тебе все нарисуют, ты напишешь текст за полчаса-час, и «графический роман» — продолжение легендарной истории — готов.

Новость эту еще в ту эпоху встретили бурно, но скорее негативно. Пользователи справедливо задавались вопросом, зачем, мол, так поступать с великим произведением искусства? Мало кому эта идея показалась здравой. Ну, в самом деле — это будто «Криминальное чтиво» продолжать тем или иным образом.

Меж тем, прошли годы. Роман был сделан. Издан на английском языке. И теперь даже на русском языке. Но кому какое дело?

Даже когда в сеть сливались превьюшки романа, интереса к ним было ноль.

На одном отечественном сайте в виде новости сообщили, что вот, есть превьюшка (первые несколько страниц картинок с переводом) — 6 лайков в совокупности. Хотя это лишь мое впечатление, но оно таково, что всем плевать. И даже нет никаких негативных отзывов вроде «пропал дом».

Вопрос: в чем дело? Никто же не поспорит, что «Бойцовский клуб» и как фильм, и как книга — явление культуры чрезвычайно важное. Или оно лишь было таковым и сегодня всем точно плевать, что там было и когда?

Я могу сказать лишь, что из уважения к былым увлечениям юности первую книгу продолжения купил и прочитал. Скорее просмотрел, чем прочитал, но не суть. В качестве спойлера могу сказать, что все очень плохо. Настолько, что Чак Паланик вводит в качестве героя книги самого себя. Собственно, этим рецензию можно и закончить. Но дело не в продолжении, а в том, что же случилось?

Давайте не будем забывать, что Паланик обязан своей репутацией фильму. Не будь экранизации, не было бы и феномена Паланика.

Верно, вы замечали, как после какой-нибудь громкой экранизации чего-нибудь великого, люди с жадностью начинают читать источник? Нет? Ну, обратите внимание в общественном транспорте, если, конечно, таковым пользуетесь. Экранизировали что-то — пусть бы и Толстого — тут же все кинулись читать Толстого.

В России книга «Бойцовский клуб» вышла позже фильма, но так, что как раз пришлась ко двору — многие уже посмотрели кино и были готовы ознакомиться с первоисточником. С тех пор Чак Паланик среди молодежи, жаждавшей чтива, стал модным писателем, и до конца 2000-х пользовался спросом. Чтобы понять, насколько его «творчество» — пустышка, читателям потребовалось некоторое время. Возможно, другие и сейчас убеждают себя, что «там что-то есть». Но это зря. Там ничего нет. Прочие книги автора читать нельзя. Нельзя и смотреть их экранизации. Впрочем, и сам «Бойцовский клуб» — книга не ахти. Фильм ее явно улучшил, подправил и дополнил.

Но в этой книге что-то было, иначе зачем ее было экранизировать с таким размахом?

Дело в том, что к концу второго тысячелетия в Соединенных Штатах обнажилась одна из основных социальных и культурных проблем, нашедших отражение в кинематографе — работа в офисе, не лучшим образом сказывающаяся на психике человека.

Тема была отражена как минимум в трех фильмах 1999 года — «Красота по-американски», «Офисное пространство» и «Бойцовский клуб». Вдруг окончательно стало ясно, что от дегуманизиции во время «рабочего процесса» страдают не только синие, но и белые воротнички. И последние, возможно, даже больше, чем первые. Каждый из фильмов предлагал конкретное решение проблемы.

Не желая более лицемерить и не дожидаясь нервного срыва, герой «Красоты по-американски» по-своему избавлялся от офиса — устроив тихий бунт и уволившись с престижной работы рекламного агента.

«Офисное пространство» наиболее точно отражало психологическое состояние мелких работников офиса и предлагало, возможно, наилучший выход из ситуации. Главный герой фильма просто прекратил ходить на работу, за что его в итоге и повысили, а его более ответственных друзей — уволили.

В «Бойцовском клубе» офисная работа (не только она, но она в том числе) привела героя к психозу, следствием которого стало воображение новой личности — харизматичного борца с бессмысленным потреблением и мировым капитализмом. Правда, герой с работы ушел красиво — с билетами и пособием. Кто из офисных работников, уставших от рутины, не хотел бы так же?

Но это для США офис в то время стал проклятым местом. Помимо того, что сам фильм казался откровением и сочился, как казалось тогда, какой-то невероятной энергией, он обнажал определенные проблемы.

Для отечественного зрителя были важны иные темы — в меньшей степени бунт против потребления (потреблять до 2002 года, когда вышла книга, особо было нечего) и в большей — восстание против отсутствующих отцов и возращение мужественности.

Понятно, что могло заинтересовать в книге ее переводчика — Илью Кормильцева — революционный пафос и борьба с глобальным капитализмом. Однако, повторюсь, что, по моему мнению, людей беспокоили менее политические и более общие поколенческие темы.

В начале 1990-х Дуглас Коупленд объяснил «поколению Х», кто они такие (никто), чем они должны быть (ничем) и куда надо двигаться (никуда). Уже в 1996 году Паланик предложил новому поколению, идущему на смену «поколению Х», новое решение — кто они (никто), кем им быть (благотворительными революционерами) и куда идти (уничтожать произведения искусства и мировую банковскую систему). Грубо говоря, у него, как у бездарного писателя хотя бы была идея. А если у тебя есть что сказать миру, можно не быть гением или даже талантом, достаточно иметь силы как можно более смачно плюнуть в лицо общественности. И Паланик плюнул. И общественность с радостью приняла.

Правда в том, что обычно у тех, кто создает поколенческий роман, силы есть только на одно великое произведение. Собственно, случай с Палаником это и показал.

После этого автору оставалось лишь паразитировать на славе. Что он успешно и делал. Однако, когда все ресурсы истощились, пришлось нести в ломбард мировой культуры самое дорогое — «Бойцовский клуб». Но всем уже все равно. Как и главный герой романа, поколение, читавшее Паланика, подросло, у некоторых появились залысины, а у большинства — проплешины. Им уже не до революции. Они слишком заняты офисной работой, обслуживая систему глобального капитализма. И кому какое дело, что там вышло у Паланика?

Впрочем, неправда, что сегодня «Бойцовский клуб» в России не читают и не смотрят. Я знаю нескольких молодых ребят, которые называют фильм любимым, а книгу — одной из любимых, хотя пока ее не читали и вряд ли прочитают. Это как бы отражает их вкусы и их мировоззрение. Но опять же близок им этот фильм именно тем, чем был близок отечественному зрителю раньше — бунтом против отсутствующих отцов и культом маскулинности. Покуда молодые люди будут хотеть «быть мужиками», интерес ни к книге, ни к фильму среди подростков не пропадет. Но это, конечно, совсем не тот интерес, каким культурный феномен пользовался пятнадцать лет назад. Sic transit gloria mundi.

Хотите написать что-то интересное в «Нож», но у вас мало опыта? Присоединяйтесь к нашему Клубу!