Лики «Лолиты»: какие обложки были у самой скандальной книги Набокова и что о них подумал бы автор
Сегодня, в день рождения Владимира Набокова, вспомним историю изданий самой известной его работы — «Лолиты». С первой публикации в 1955 году книгу выпускали с совершенно разным оформлением. Что об этом думал автор? Как обложки повлияли на восприятие романа в массовой культуре? Почему копья ломаются об эту тему и по сей день?
Путь завершенной еще в 1953 году «Лолиты» до полок книжных магазинов был непростой. Американские издательства несколько лет отказывались принимать рукопись. В итоге роман Владимира Набокова вышел в 1955-м во французском Olympia Press, которое имело неоднозначную репутацию: издательство было знаменито эротическими романами под «фирменной» зеленой обложкой. Именно в таком виде книгу опубликовали впервые.
С тех пор вышло свыше 210 официальных переизданий романа, рассказала «Ножу» бывший арт-директор издательства «МИФ» и блогер София Цой, которая защитила в 2025-м магистерскую диссертацию «Многоликая Лолита», посвященную обложкам романа, в Школе дизайна ВШЭ. Также этим вопросом занимался немецкий журналист и набоковед Дитер Циммер, опубликовавший на своем сайте практически все варианты оформления книги, вышедшие до 2013 года.
В 2019 году профессора и набоковеды Юрий Левинг и Джон Бертрам издали книгу «Лолита — история девушки с обложки». Они привлекли дизайнеров, которые создали больше 140 альтернативных иллюстраций к роману.
Красные флаги
«Никаких девочек» — это, пожалуй, главная просьба автора к издателям «Лолиты». Однако в первое десятилетие после выхода романа самыми распространенными стали «нимфетки» на обложках. Писатель в восторге не был. Девочку на шведском издании 1957 года он считал «ужасной маленькой [проституткой]», а о Лолите и Гумберте на турецкой книге 1959 года говорил: «Не уверен, кто из этих двоих старше!»
Издатели вовсю пользовались скандальной репутацией книги — возникали обложки в стиле ню. Свою роль в этом сыграли экранизации романа и появившиеся кинообложки. Например, один из узнаваемых образов Лолиты — в очках-сердечках — постер к фильму Стэнли Кубрика 1962 года.
Проблемными кажутся и «анатомические» обложки. Они деконструируют образ героини: мы видим губы, ноги, руки, но не саму девочку. В буквальном смысле происходит объективация: тело представляется как предмет.
Пожалуй, самый известный образ — губы на обложке Vintage international. У кажущейся не слишком вульгарной фотографии по-своему интересная предыстория. Губы планировали разместить… вертикально. «Это стало бы своего рода тестом Роршаха, где читатель сам бы определял, что видит. Неплохое решение, если не говорить о 12-летней девочке», — замечает София.
От девочек и кинообложек дизайнеры перешли к метафорам. Принимали как хорошие, так и сомнительные решения. Выделяется, например, шведское издание с пулей, вызывающей сомнительные ассоциации.
Зеленые флаги
У каждой медали есть обратная сторона. В большинстве своем удачные решения принимали дизайнеры в метафорических обложках. Например, использовать бабочку — один из самых популярных образов. Распространена такая точка зрения, будто бы «для Гумберта Лолита является такой же бабочкой, за которой он охотится», но это небесспорная концепция. Об этом «Ножу» рассказал Игорь Кириенков, критик, автор статей о Владимире Набокове и его книгах:
«Не думаю, что спорадические упоминания бабочек в „Лолите“ позволяют описывать отношения Гумберта и Долорес в категориях „коллекционер“ и „редкое насекомое“; что мы можем судить о каком-то особенном „энтомологическом коде“ романа — в отличие от роли Vanessa atalanta в „Бледном огне“ или, скажем, искусно протянутого мотива метаморфозы во „Взгляни на арлекинов!“. Перед нами пример интерпретационного переноса, когда изыскания Набокова в смежной научной области становятся поводом для метафорического прочтения его книг: оно ничего не прибавляет для понимания книги, сачок ловит пустоту. Что до идеальной обложки „Лолиты“, то, мне кажется, самое гармоничное художественное решение было найдено еще в 1955-м: два мшистых томика — и никаких отроковиц в купальниках, резинок для волос, леденцов или (попадался мне и такой дизайн) эякулирующих пистолетов».
Много удачных неофициальных обложек создали художники для книги Юрия Левинга и Джона Бертрама 2019 года. «По сути, от реального издания их отделяет только одно — отсутствие конкретного заказа со стороны издательства. Поэтому они представляют интересный пример того, как роман читают дизайнеры вне маркетинговых ограничений книжного рынка», — рассказывает София.
Например, смятая бумага и постель — метафора «смятой» жизни и невозможности загладить вину. Кроме того, на обложках они запачканы, что транслирует «идею потерянного детства, невинности». Также можно выделить альтернативную обложку Дженнифер Хойер с разбитым леденцом, относимую к evocative minimalism — стилю, вызывающему цепочку многослойных ассоциаций от первоначально простого материала. Детский предмет сочетается с красной помадой, атрибутом женщины.
При этом наилучшим вариантом оформления Набоков считал типографические обложки. Например, он одобрял выпущенную издательством Putnam 1958 года. Кроме того, несмотря на категорическое неприятие девочек на обложках, писатель считал «восхитительной» иллюстрацию издательства Gallimard. Возможно, как раз потому, что та не сексуализировала героиню. К слову, тем дизайнерам, кто не мог придумать хорошую иллюстрацию, автор предлагал просто сделать книгу белоснежной.
Кто «развращает» восприятие?
По данным Софии, почти 60% рассмотренных в исследовании обложек изображают Лолиту или части ее тела. Примерно 30% — символические решения. И только 10% — типографические обложки, где главным элементом становится слово и композиция текста.
Эротизированные визуальные образы, которые чаще выбирали издатели, действительно быстро считываются и хорошо продаются. При этом они заставляют читателя неосознанно (или нет — ведь кто-то, покупая книгу, надеется на «откровенное содержание») объективировать героиню. А это последнее, что стоит делать, учитывая, что Лолиту мы видим через оптику «ненадежного рассказчика», о чем регулярно говорят набоковеды.
В эпоху движения MeToo издатели стали осторожнее работать с подобными визуальными образами, уходя от провокации и анатомии и стремясь к «смысловому нейтралитету».
В этом году роману Набокова исполнится 71 год. Подходы дизайнеров к оформлению книги менялись, но проблема искажения текста осталась. До сих пор распространены отношение к нему как к образцу «эротической прозы», а также в равной мере грубые штампы «Лолита сама соблазнила Гумберта» и «время этого романа давно прошло». И что больше повлияло на отношение к произведению Набокова — невнимательное чтение или его визуальная история, — вопрос открытый.