Я один, но это не значит, что я одинок: философы — о пользе одиночества

Наше отношение к одиночеству напоминает американские горки: порой мы считаем его вредным, а порой говорим, что только в одиночестве можно обрести себя. Чтобы разобраться, что вообще означает это слово, почему мы то отчаянно бежим от уединения, то стремимся к нему, и как быть одиноким по-философски, ведущая телеграм-канала «Настя про философию» Анастасия Бабаш обратилась к трудам философов — «профессиональных одиночек».

Когда мы чувствуем себя одиноко, обычно наши близкие и друзья пытаются нас поддержать, советуя обратиться к психологу или психотерапевту. Чтобы разобраться с одиночеством, вам не предложат изучить труды Платона или Канта. Наоборот, чтение философских трактатов у большинства ассоциируется с одиночеством. С древности философов изображают как одиноких замкнутых чудаков, которые так заняты познанием истины, что забывают не только о друзьях, но и мало обращают внимание на то, что происходит вокруг.

«Рассказывают, что когда он [Фалес. — Прим. авт.], наблюдая небесные светила и заглядевшись наверх, упал в колодец, то какая-то фракиянка, миловидная и бойкая служанка, посмеялась над ним, что-де он стремится знать, что на небе, того же, что рядом и под ногами, не замечает. Эта насмешка относится ко всем, кто проводит свой век в занятиях философией».

Платон «Теэтет»

Мы читаем истории о Диогене в бочке, помним о фразе Аристотеля «Платон мне друг, но истина дороже» (на самом деле этот афоризм не о том, что философ должен отказаться от друзей ради истины, а о критике веры в авторитеты). Про Декарта, Шопенгауэра и Ницше любят писать, что они вели «жизнь замкнутую и уединенную». И даже моя мама, отправляя меня на философский, сказала: «Только, пожалуйста, не забывай про личную жизнь и не увлекайся всеми этими идеями слишком сильно».

Короче, для многих философы — это профессиональные одиночки, просиживающие всю свою жизнь в библиотеке за чтением пыльных томов и увлеченные поисками истины так страстно, что совершенно не приспособлены к жизни в обществе.

Конечно, это стереотипы. Философы бывают разные: есть те, кто выбирает путь одиночки, а есть те, кто заводит друзей, женится, ходит на вечеринки и не всегда страдает от того, что не с кем провести вечер пятницы. Но тема одиночества — одна из классических тем философии наряду со смыслом жизни, смертью, счастьем и добром и злом.

Давайте пошагово в ней разберемся.

Шаг 1. Что такое одиночество?

Нам кажется, что мы-то уж точно знаем, что такое одиночество. Это то острое чувство, которое возникает, когда листаешь ленту в инстаграме: все тусят с друзьями, путешествуют, женятся-разводятся, а ты сидишь в пустой квартире. Это страх идти в кафе или кинотеатр, потому что все там будут компаниями, а ты — один. Это разбитое сердце, когда бросил любимый человек и кажется, что больше тебя уже никто не полюбит. Это переживание смерти близких, чувство утраты.

Но иногда мы говорим, что одиночество — это свобода. Свобода делать, что хочешь, ни с кем не советуясь. Путешествовать, куда хочешь. Проводить весь день за компьютерной игрой, ни перед кем не отчитываясь. Ходить по дому в одних трусах в жару и есть любимую вкусняшку, ни с кем не делясь. Неспешно читать любимую книгу, когда никто не отвлекает.

Одиночество многогранно. И это первое, о чём говорят философы, изучающие одиночество.

Дать одно-единственное определение одиночеству, которое описывало бы все эти случаи, сложно (если вообще возможно). Но мы часто об этом забываем, ведь обычно мы просто чувствуем, когда одиноки, а когда нет. Кто-то к такому состоянию стремится, а кто-то, наоборот, от него бежит (иногда это может быть и один и тот же человек в разные периоды жизни).

В большинстве статей рассматривается только одна из двух сторон одиночества и совершенно упускается из виду другая.

Потому первый шаг в изучении одиночества — признать, что нет какого-то одного правильного определения одиночества. Каждый из нас может испытывать одиночество по-разному, и потому, рассуждая о нем, всегда лучше уточнять, что именно имеется в виду.

Поэтому давайте рассмотрим, какие бывают типологии одиночества.

Шаг 2. Какие бывают типы одиночества?

Итак, мы выяснили, что одиночество бывает очень разным. Чтобы его описать, философы, психологи и социологи используют разные типологии одиночества.

Самая популярная — это деление одиночества на позитивное и негативное.

— Позитивное одиночество — это те самые классные чувства, когда можно наконец насладиться книгой и отправиться путешествовать, куда душа пожелает. Этот тип имеют в виду, когда утверждают, что одиночество помогает лучше понять себя и учит осознанности.

Во многих языках, чтобы не запутаться, позитивное одиночество иногда называют по-другому: например, в русском говорят об уединении или уединенности, а в английском — о solitude в противовес loneliness.

Впрочем, не все авторы строго придерживаются этих терминов, когда пишут про всё то хорошее, что дает нам одиночество, потому возникает путаница. Да и вообще про позитивное одиночество мы говорим значительно меньше, чем про негативное. Лишь в последнее время стали появляться статьи, в которых одиночество рассматривается в позитивном ключе (например, про синглтонов или сологамию), но такие идеи всё еще звучат для нас подозрительно.

— Негативное одиночество — это чувства потерянности и заброшенности, ощущение, что тебя никто не понимает и рядом нет настоящих друзей или партнера. Это утрата близких. Неудивительно, что мы не любим негативное одиночество и всеми силами пытаемся его избежать. Природа об этом позаботилась: человек — социальное существо, и без кооперации мы бы просто не выжили. В дикой природе существует множество видов сильнее и быстрее человека, особенно одного. Но когда люди объединяются для того, чтобы раздобыть себе еду и защититься от хищников, то им нет равных. Получается, мы запрограммированы природой на то, чтобы избегать и не любить одиночество.

Кроме того, природа позаботилась о том, чтобы мы не только наращивали количество социальных связей, но еще думали бы об их качестве, ведь в случае беды именно люди, с которыми у нас значимая связь, придут нам на помощь.

Исследователи из Института обучения и памяти Пикауэра при Массачусетском технологическом институте обнаружили, что разные типы нейронов отвечают за ощущение физического одиночества и одиночества, которое мы испытываем, находясь среди незнакомых и даже враждебных нам людей.

Эту диаду можно сравнить с парой голода и вкуса. Нам необходимо чувство голода, чтобы не забыть поесть, но благодаря вкусу мы не станем есть всё подряд и, следовательно, вряд ли отравимся. Потому, основываясь на уже подтвержденных данных нейронауками, одиночество еще делят на:

— физическое одиночество, которое мы испытываем, когда рядом нет других людей: я сижу один/одна в комнате или в квартире; я гуляю на природе, и вокруг ни души и т. д.;

— и психологическое одиночество, о котором часто говорят как об «одиночестве в толпе». Его можно испытывать, даже находясь посреди улицы шумного мегаполиса или отплясывая на вечеринке в большой компании. Есть ли рядом люди или нет — неважно. Главное отличие психологического одиночества в том, что мы не чувствуем связи с другими людьми: это может быть потому, что мы с ними совсем незнакомы, или потому, что отношения с ними не дают нам тепла и чувства близости.

Часто философы добавляют к этим двум и третий тип:

— трансцендентное одиночество — его мы испытываем, когда не просто не чувствуем близости с другими людьми, но еще и не верим в то, что когда-либо ее почувствуем. Смысла в отношениях совсем нет, всё боль и тлен, а человек тотально одинок: приходит в мир один и один же в мире умирает. Как бы отчаянно мы не пытались построить отношения с другими людьми, чужая душа так и останется для нас потемками, и по-настоящему узнать мы можем только себя (да и то не факт, ведь процесс самопознания болезненный и нескончаемый). Эти идеи близки философии экзистенциализма, и именно экзистенциалисты больше всего и говорили про трансцендентное одиночество.

Помимо этого, философы и психологи говорят о том, что важно учитывать, как долго мы испытываем одиночество. Они различают:

— хроническое одиночество, которое длится продолжительное время, а может даже и всю жизнь, как хронические болезни и боли;

— и ситуативное одиночество, которое мы чувствуем тогда, когда что-то случилось: например, мы расстались со своим партнером или у нас умер кто-то из близких.

Ситуативное одиночество обычно переживается больнее и острее в те моменты, когда оно нас настигает, но оно же дает надежду на излечение: мы поплачем, пострадаем, проживем его сполна, но спустя время снова влюбимся или найдем новых друзей.

Однако стоит помнить и про то, что ситуативное одиночество может перерасти в хроническое: когда умирают близкие, мы хоть и можем построить новые отношения, но они будут уже с другими людьми. А некоторые типы отношений построить с новыми людьми невозможно (например, заменить родителей).

Норвежский философ Ларс Свендсен утверждает, что хроническое и ситуативное одиночество также тесно связаны со внешними и внутренними причинами одиночества. А потому он выделяет два вида одиночества:

— эндогенное одиночество, вызванное внутренними причинами — мыслями, эмоциями, неудовлетворенностью существующими отношениями. Если мы уже продолжительное время чувствуем себя одинокими и ничего не меняется, чаще всего такое одиночество вызвано внутренними причинами, а то, что происходит во внешнем мире, почти не влияет на наше состояние;

— экзогенное одиночество, или такое одиночество, которое вызвано не зависящими от нас обстоятельствами (например, объявляют карантин, и мы остаемся отрезанными от мира, нас бросают или умирает кто-то из близких). То, что Свендсен понимает под экзогенным одиночеством, часто называют изоляцией. Это чувство ситуативно и проходит, когда меняются обстоятельства: после расставания мы встречаем нового партнера или друзья и семья приходят нас поддержать и напоминают, что мы не одни.

Конечно, Свендсен согласен с тем, что порой тяжело провести четкую грань между эндогенным и экзогенным одиночеством (или, попросту говоря, между одиночеством и изоляцией). Иногда одно может вызывать другое: оказавшись запертыми дома и отрезанными от близких, мы начинаем чувствовать себя одинокими, и даже когда обстоятельства меняются (например, карантин заканчивается), мы можем продолжать чувствовать себя одинокими и отрезанными от мира.

Это работает и в обратную сторону: иногда из-за внутреннего одиночества мы не стремимся знакомиться с новыми людьми и поддерживать отношения и оказываемся изолированными от общества.

Британский социолог Роберт Вайсс в своей книге «Одиночество: опыт эмоциональной и социальной изоляции» обратил внимание на связь между одиночеством и тем фактом, что отношения с разными людьми важны для нас по-разному, и на основе этого выделил следующие типы одиночества:

— социальное одиночество, которое мы испытываем, когда нам не хватает общения и связи с обществом вообще, а не с конкретными людьми. Например, эмигранты часто чувствуют себя одинокими, так как в другой стране совсем никого не знают. Им нужно завести новые знакомства и построить новые отношения;

— эмоциональное одиночество — это тоска по отношениям с определенным человеком. Его мы можем испытывать, даже когда у нас сотня друзей и со всеми отличные отношения, но с кем-то конкретным не получается так, как нам хочется. Когда мы безответно влюблены или когда находимся далеко от возлюбленного в силу обстоятельств, мы часто испытываем эмоциональное одиночество. Неважно, как много вокруг близких людей, мы всё равно чувствуем себя одинокими, ведь именно Вася/Петя/Маша/Катя и т. д. не уделяет нам внимания, которое нам так необходимо.

Типологии одиночества этим не исчерпываются: философы говорят про этическое и даже политическое одиночество.

Быть этически одиноким для современной американской философини Джилл Штауффер означает пережить несправедливость и чувствовать себя преданным. Когда вы столкнулись со злом, которое не было наказано, а мир закрывает на это глаза и говорит: «Это со всеми случается, забудь» — вы этически одиноки. В похожем ключе философы размышляют про политическое одиночество: это чувство, которое возникает, когда вы со своими политическими взглядами оказываетесь в меньшинстве и не чувствуете себя частью сообщества.

Кроме того, ученые также рассматривают разные типы одиночества в зависимости от социальной группы и возраста. Например, пожилые люди более склонны испытывать одиночество, и оно отличается от того одиночества, что переживают молодые, и т. д.

Главная задача второго шага понять, что нельзя говорить о каком-то одном и одинаковом для всех одиночестве. В разных обстоятельствах люди испытывают разное одиночество, и, разбираясь в его нюансах и определяя к какому из типов оно относится, можно понять, что с ним делать.

Шаг 3. Как обращаться с одиночеством?

Теперь вы знаете про разные типы одиночества. Понимание их различий — ключ к тому, как с ними справляться. Поэтому, если вы страдаете от одиночества, стоит спросить себя (или того, кто так себя чувствует): какое это одиночество? Позитивное или негативное? Физическое? Психологическое? Трансцендентное? Хроническое или ситуативное? Социальное? Эмоциональное?

Современные философы препарируют само явление переживания одиночества: какое оно, чем вызвано и чем отличается от других переживаний — но не рассказывают, как с ним бороться. Справляться с одиночеством как с психологической проблемой помогают психотерапевты. Не бойтесь обращаться за профессиональной помощью.

Для того чтобы лучше понять, что именно вы чувствуете, важно разделять одиночество и стыд, который мы испытываем из-за него, ведь это два разных эмоциональных состояния.

В книге «Философия одиночества» вышеупомянутый норвежский философ Свендсен замечает, что, когда на своих занятиях он просит поднять руку тех в зале, кто одинок, в аудитории повисает неловкая пауза и мало кто осмеливается поднять руку. Люди стесняются признаваться, что они одиноки, потому что быть одиноким — стыдно.

«Одиночество, в конце концов, это социальная боль, которая сигнализирует о том, что социальная жизнь человека не в порядке, и эта боль становится особенно неприятной, когда ее замечают другие. Одиночество не только болезненно, мы его еще и стыдимся. Чтобы не испытывать позора, нам важно создавать впечатление отличной социальной жизни, каким бы одинокими мы ни были. Несмотря на то, что одиночество является общечеловеческим явлением, тот, кто страдает от одиночества, — неудачник».

Ларс Свендсен «Философия одиночества»

Одиночество и стыд тесно связаны. Мы стыдим одиноких за то, что те «провалили» один из базовых аспектов человеческого существования — отношения с другими людьми. Это связано с биологией: природой мы задуманы как социальный вид, и если кто-то одинок, это сигнализирует о том, что с ним что-то не в порядке. Мы стыдим не только других, но и себя. Конечно, это мало помогает относиться к одиночеству нейтрально и уж тем более позитивно.

Стыд — сложная эмоция, для описания которой существует множество философских теорий (иногда даже противоречащих друг другу), но для разделения одиночества и стыда важно спросить себя: я действительно чувствую себя одиноким, и мне не хватает общения, или я стыжусь, что я одинок, потому что в нашем обществе ценятся отношения и одиночество не одобряется?

Разбираясь в таких нюансах, можно, например, осознать, что само по себе одиночество не доставляет неудобства и даже может нравиться, а вот то, что другие люди думают про одиночество, заставляет чувствовать себя несчастным.

В современном мире мы постоянно сталкиваемся с парадоксальным отношением к одиночеству.

С одной стороны, стремление к индивидуализму делает нас всё более самостоятельными и, как следствие, одинокими (хотя мы очень не любим это так называть). Мы стремимся жить отдельно от родителей, в любви — не растворяться в своем партнере и всесторонне развивать свою уникальную, не похожую ни на кого личность.

С другой стороны, в обществе всё еще существует стереотип, что одиночки — неудачники, с которыми что-то не так. Одиночество всё еще стойко ассоциируется с чем-то плохим и грустным: когда я говорила друзьям, что пишу статью про философию одиночества, все как один ответили мне: «Ну до чего же грустную тему ты взяла!»

Из-за этих двух противоположных тенденций наше отношение к одиночеству напоминает маятник, который качается из одной стороны в другую. Ученые пишут про современную «эпидемию» одиночества и его вред для здоровья, при этом мы превозносим ценности индивидуализма и самодостаточности, и всё больше людей выбирают для себя одинокую жизнь.

Философы, изучающие одиночество, ратуют за то, чтобы остановить этот маятник и начать осмысливать свое одиночество нейтрально.

Шаг 4. Как можно осмыслить одиночество и зачем это вообще нужно?

Философы с древних времен рассуждали о связи одиночества и познания истины. С ними соглашались и богословы: человек может построить отношения с Богом, находясь наедине с собой. Так развивался позитивный взгляд на одиночество (см. второй шаг), которое еще часто называли уединением.

Французский философ эпохи Возрождения Мишель Монтень писал в своем эссе «Об уединении»:

«Мы обладаем душой, способной общаться с собой; она в состоянии составить себе компанию; у нее есть на что нападать и от чего защищаться, что получать и чем дарить».

Ведя такие внутренние диалоги, можно лучше узнать себя и почувствовать, что на самом деле одиночество не так и ужасно. Наоборот, оно помогает понять, кто ты на самом деле, какие твои настоящие (а не навязанные обществом) желания и мечты.

Правда, мы обычно очень не любим и не умеем вести такие диалоги: это неприятно, больно и тяжело. Приходиться столкнуться с самим собой таким, какой ты есть, разочароваться, расстроиться, отрицать, но постепенно учиться понимать себя лучше.

«…в уединении я нахожусь „своей волей“, вместе с моим „Я“ и тем самым как бы вдвоем-в-одном-лице, тогда как в одиночестве я действительно один, покинутый всеми», — писала немецкая философиня Ханна Арендт, замечая, что одиночество и все те негативные чувства, что мы испытываем по отношению к нему, свидетельствует о нарушении нашего внутреннего диалога с собой.

Я не могу общаться со своим «я», я его не слушаю или просто не слышу, потому я так отчаянно цепляюсь за других людей и панически боюсь одиночества. Как только я научусь быть с самим собой, то это и будет то самое «здоровое» одиночество, или уединение, как называет его Арендт.

К сожалению, нам мало рассказывают, как быть наедине с собой: с детства учат этикету и правилам поведения с другими, но о том, как обращаться с собой, мы мало что знаем. В последние годы ситуация меняется в лучшую сторону, но нам всё еще предстоит долгий путь.

И хотя с развитием городов больше людей стали чаще находиться физически одни, психологически мы не одиноки: то и дело приходят уведомления от социальных сетей, с кем угодно и когда угодно можно связаться в мессенджере или позвонить. Внешний мир постоянно отвлекает нас от внутреннего диалога с собой, так было и в прошлом. Потому во многих религиях люди старались уйти в монастырь и практиковали отшельничество.

Но понять и принять свое одиночество — это не значит покинуть общество других людей и объявить, что отныне вам больше вообще никто не нужен. Наоборот, это значит осознать свою зависимость от других людей и тот факт, что все мы нуждаемся друг в друге.

Шаг 5. Как можно быть одиноким и одновременно с этим зависимым от других?

Парадоксально, но Ханна Арендт, Бертран Рассел и многие другие философы, которые изучали одиночество, пишут, что, как только мы принимаем свое одиночество, мы начинаем больше ценить других людей и отношения с ними выходят на другой, более глубокий уровень.

«Всякий, кто в принципе способен понять, что такое человеческая жизнь, рано или поздно замечает и необыкновенное одиночество каждой отдельно взятой души. Осознание одиночества других формирует новую и удивительную связь с ними, сочувствие настолько сильное, что оно почти восполняет утрату».

Бертран Рассел «Автобиография»

Как писали философы-экзистенциалисты, человек обречен на одиночество. Но одновременно с этим важно помнить: мы все в этом одиночестве вместе.

Наша способность испытывать одиночество и страдать из-за него раскрывает наше желание быть с другими людьми и строить с ними значимые, глубокие связи. Не нужно этого бояться, бежать от этого — и уж точно не стоит использовать других людей, чтобы всеми силами заглушить это чувство.

Признать свое одиночество — значит признать свою уязвимость. Открыться другим людям (не только романтическим партнерам), чтобы переживать это одиночество вместе и делиться опытом одиночества друг с другом, — вот что значит научиться быть одиноким, как философ.