общество

Лор и кор племени: как выжить в мире сверхскоростных субкультур

В последние несколько лет идёт бесконечный парад микрокультур в соцсетях — каждая из них заставляет миллионы людей что-нибудь покупать: одежду, предметы интерьера, музыкальные альбомы. Разбираемся, как мы к этому пришли и нужно ли это кому-то, кроме маркетологов.

Журнал НОЖ

Современные племена

У первобытных племён были строгие визуальные языки: татуировки и шрамирование, особые причёски, украшения и элементы одежды, доступные только определённым социальным группам. Чтобы заслужить право носить их, нужно было пройти через инициацию — чаще всего опасную и болезненную.

Антропологи называют такие знаки «дорогими сигналами»: они требовали боли, времени, ресурсов, их было трудно подделать и легко проверить в деле. Шрамы, татуировки и другие ритуальные увечья как бы говорили: если ты это выдержал, значит, и правда готов платить за принадлежность к группе.

Так племя стало первой субкультурой — и самой «медленной» из всех.

Эту архаичную логику неосознанно воспроизводили молодые люди, создававшие свои «неформальные» сообщества — от студенческих братств до «классических» субкультур вроде панков или готов. Пирсинг, татуировки, причёски, мерч уважаемых групп, одежда определённых марок — всё служило маркерами: свой — чужой; настоящий — позёр.

«Истинность» нужно было регулярно подтверждать — в спорах о музыке, в стычках с антагонистами, на профилактических беседах с представителями общественных институтов. Как у первобытных племён, вход был дорогим, выход — постыдным, а на кону как минимум стояла успешная социализация: учёба, карьера, статус в «нормальном» обществе.

Микрокультура как одноразовый ключ шифрования

В сетевых микрокультурах всё по-другому. Почти любой признак теперь можно приобрести быстро и безболезненно: заказать недорогие вещи, собрать плейлист, сменить аватарку под новую эстетическую роль. Ничего необратимого, никакой реальной боли.

Что же тогда становится дорогим? Темп, с которым ты умеешь эти признаки менять. Успеть войти в очередной «-кор» до того, как какой-нибудь бренд быстрой моды выпустит тематическую капсулу. Вовремя поиронизировать над очередной эстетикой.

Микрокультура становится чем-то вроде одноразового ключа шифрования. Появляется новый core — к нему привязывается набор атрибутов. Несколько недель этот код работает как пароль: «свои» узнают друг друга по сочетанию вещей и мемов. Через два-три месяца всё это становится шумом.

Журнал НОЖ

Самые быстрые микрокультуры живут меньше месяца — к тому моменту, как посылка с одеждой доходит до медлительного модника, тренд отправляется на свалку.

Быть «своим» в такой системе — значит не только знать текущий пароль, но и уметь генерировать следующий: придумывать гибриды, свободно перемещаться между «идеями», иронизировать над ними.

Алгоритмы здесь играют роль генератора ключей шифрования — они постоянно перебирают элементы кода, пытаясь найти тот, который может открыть доступ к вниманию прямо сейчас. Например, алгоритм «видит», что видео с мхом и лягушками собрали миллионы просмотров под хештегом #goblincore (англ. «гоблин» и «основа»), — и начинает подсовывать пользователю ещё больше мхов и лягушек, больше «гоблинкора». Так локальная шутка из Tumblr стремительно превращается в тренд, который, в свою очередь, подхватывают умельцы с платформы модного рукоделия Еtsy и бренды из массмаркета.

Кто управляет парадом «коров»

Многие эстетики действительно рождаются в горизонтальном цифровом сообществе, как сетевой фольклор. Тот же гоблинкор вырос из Tumblr-постов и мемов людей, которых увлекали «неприглядные» стороны природы: грибы, слизни, мох, лишайники. Позже эта эстетика эволюционировала в более «тёмную» версию, которую окрестили «болотным кором».

Любовь к болотам и мхам неожиданно срезонировала с идеями «тёмной экологии» Тимоти Мортона. А также с интересом части современных биологов к «андерграунду» живого мира — грибам, слизевикам, корневым системам деревьев.

Так очередная эстетика вдруг выразила глубинный запрос цивилизации на новую модель взаимоотношений человека и природы.

Затем к микротрендам подключаются алгоритмы. Они выбирают победителей в эволюционной гонке мемов: анализируют, какие визуальные и смысловые элементы дольше удерживают внимание, поднимают их в рекомендациях и разгоняют нишевую шутку до статуса массового помешательства.

Бренды быстрой моды и массмаркета обычно подтягиваются последними. Их представителям уже не нужно самим сидеть в соцсетях — появились профессиональные гайды для маркетологов и SMM-специалистов: какие «коры» сейчас в ходу, какие теги ставить под постами, какую цветовую палитру и форму носа у ботинок считать актуальными.

Новая иерархия: кто не успел, тот опоздал

Если раньше главный вопрос был в том, насколько глубоко ты погрузился, то теперь — как быстро ты успел войти и выйти. Новый статус определяется скоростью реакции и пластичностью: быть в «эстетике» до того, как про неё напишут в Vogue, не застревать в одном образе, а относиться к себе как к набору сменных скинов.

Журнал НОЖ

Это создаёт новую иерархию: наверху — те, кто легко и быстро пересобирает себя и умеет «навигировать» в многообразии эстетик.

Внизу — те, кто раз за разом использует вчерашний код, который уже перестал служить паролем. Племенная логика никуда не делась — просто вместо шрамов и татуировок мы получили постоянное требование держать темп. А «дорогим» новый признак делает время, которое ты готов проводить в «зоне радиации» социальных сетей и маркетплейсов — вполне в духе того, что называется «экономикой внимания».

Что дальше: антикор или личный кор для каждого

Не исключено, что в какой-то момент наступит усталость от постоянной смены эстетических ключей и мы вернёмся к более медленным, тяжёлым идентичностям, которые нельзя сменить за неделю.

Уже сейчас таким «антикором» выглядят гигантские массовые ритуалы — например, большие туры поп-звёзд. На фоне привычной информационной усталости хроники Eras Tour певицы Тейлор Свифт обозначили единство почти планетарного масштаба. Люди подробно описывали в постах, как больно было не попасть на шоу, как сбор аутфита и фенечек из бисера воспринимался ими как отдельный обряд. Это было похоже на выражение тоски современного человека по объединяющим социальным практикам.

И возможно, по более устойчивым идентичностям: постоянный сёрфинг в море меняющихся ролей и образов на практике оказался нелёгким занятием — и вполне экстремальным, в духе «классических» субкультур прошлого.

Журнал НОЖ

Другой сценарий — ещё большее ускорение и дробление. Представим, что с ростом персонализации сервисов пользователь сможет подобрать свой уникальный образный код. Алгоритмы будут уже не просто подхватывать существующие эстетики, а генерировать новые комбинации, основываясь на вашей истории просмотров, покупок, плейлистов. И возможно, вылавливать редких единомышленников со схожим уникальным набором интересов.

Микрокультуры станут ещё более микроскопическими, визуальные языки превратятся в вымирающие диалекты, а племена — в разрозненные группы энтузиастов, у каждой из которых будут своя «эстетика» и свой «кор».