Результаты международного школьного тестирования: человечество глупеет?

PISA призвано проверить умение применять полученные в школе навыки в бытовых ситуациях. В этот раз проверяли 15-летних школьников из 91 страны.

Хуже всего дело с чтением. С 2012 года идёт снижение показателей, и с 2018-го оно резко ускорилось. Похоже, дело не в ковиде, тут долгосрочная тенденция. А вот смартфоны под сильным подозрением.

Речь не о том, что подростки стали плохо читать, —скорее, плохо понимать, им трудно выделять главную мысль, сопоставлять информацию, делать вывод, оценивать аргумент. Причина, вероятно, в том, что они не читают длинных текстов — лишь пробегают их глазами и выхватывают ключевые слова, часто упуская суть. Дело не в педагогической запущенности — просто практики работы с информацией трансформировались: вместо продолжительного чтения мы ищем нужные фрагменты, ответы или листаем соцсети, переводя восприятие в «клиповый режим».

Резкое ухудшение навыков идёт в развитых странах — там за десять лет, с 2015 по 2025 год, баллы упали с 489 до 461, то есть на 28 пунктов. А в малоразвитых странах — только на 16 пунктов. Насколько это много? Оценить не так просто, особенно с учётом того, что задания в PISA каждый год меняются. При этом баллы по естественным наукам за три года практически не изменились, хотя во время ковида упали.

В математике падение заметнее, хоть и не такое сильное, как в чтении. Задачи, которые предлагает математический тест PISA, совсем не сложные, то есть беспокоиться есть из-за чего: речь об отсутствии совсем простых умений (посчитать долю, процент, стоимость товара, понять график и т. п.). Кстати, интересно, что девочки по-прежнему показывают лучшие результаты в тестах на читательскую грамотность, а мальчики — на математическую.

Где-то совсем плохо, а где-то совсем не плохо

Плохо обстоят дела в Северной Европе, которая ещё недавно считалась образцом в плане образования. И дело здесь далеко не только в мигрантах — нет корреляции между их долей в стране и падением баллов, и вообще в Европе баллы сильнее упали у детей из обеспеченных семей. Например, по чтению уровень благополучных школьников с 2022 по 2025 год упал на 20 баллов, в то время как уровень менее обеспеченных — всего на четыре балла. «Социально-экономические диспропорции сократились во всех странах ОЭСР в период с 2022 по 2025 год, что было вызвано снижением успеваемости среди благополучных учащихся, а не ростом результатов среди неблагополучных», — делают вывод в отчёте исследователи, проводившие тест.

Тенденция к снижению не то чтобы неизбежна. Очень хорошо, например, дела обстоят в Грузии и Черногории, показатели идут в гору. Приходит, конечно, на ум гипотеза: не из-за русских ли это мигрантов? (Россия в последние годы в тестировании не участвует.) Хотя, возможно, причина совсем в другом.

В лидерах, как обычно, Китай и Сингапур — недаром в этих странах такой культ образования. Меня как-то отправили в командировку в Сингапур изучать секреты успеха их образования, и, как мне показалось, главный их секрет — это всеобщее трепетное отношение к образованию. То есть причина успеха местных школ — не в методиках, а в ценностях семьи и общества, в мотивации учеников и родителей. Похожая ситуация и в других восточноазиатских странах «конфуцианской цивилизации» — в Японии, Корее, Тайване, которые тоже среди лидеров. Возможно, сказывается тысячелетняя традиция, в которой главный социальный лифт — это образование и сдача экзаменов, необходимая, чтобы стать чиновником.

Интеллект уже не тот

А что же делать людям европейской культуры? Конечно, детей не должны отвлекать гаджеты на уроках, да и дома их неограниченное использование вредит. Не потому, что гаджеты — зло, а потому, что они занимают слишком много времени, отнимая его у других занятий.

Но важно и то, что школа готовит людей к старому миру. Да, возможно, деды прочли больше романов, а может, даже помнят какую-нибудь формулу и готовы её применить, как только выпадет случай. Но почему они боятся подойти к компьютеру или просят внуков настроить VPN? Дети не настроены вручную решать задачи, которые в реальной жизни неактуальны, потому что их хорошо решает техника. Они хотят не учить латынь с древнегреческим, а готовиться к жизни, в которой всё меньше места для чтения толстых книг.

Опасения общества отчасти оправданны, но важно помнить, что снижение показателей PISA говорит не о том, что школьники тупеют или дичают, а о том, что они всё хуже осваивают школьную программу, готовящую детей жить где-то в середине прошлого века.

Ведь «интеллект», который они измеряют, — это составная способность, складывающаяся из многих умений и ресурсов. Одни люди умно говорят, другие умно действуют, третьи умно чувствуют, у четвёртых руки умные, у пятых тончайший социальный интеллект и полная беда с абстрактным мышлением.

В ХХ веке ребёнка обычно признавали умным, узнав, что он начитан и прочёл много романов. Этот критерий более-менее работал, но разве сейчас чтение романов — это главный и типичный признак интеллекта?

Эволюционизм подсказывает нам, что мозг (особенно детский) сейчас развивает другие когнитивные инструменты и интеллектуальные способности — часто не благодаря, а вопреки школе. Мы живём в сложном мире, и, чтобы достичь в нём успеха, интеллект по-прежнему важен. Для большинства людей он важнее, чем в былые эпохи, когда можно было действовать так, как велит обычай, а новаторство не особо вознаграждалось.

Так мы глупеем или нет?

На самом деле это всё ещё открытый вопрос. Проблема влияния гаджетов, скроллинга в соцсетях и общения с искусственным интеллектом важная, но требует не криков «Всё пропало, давайте всё запретим!», а внимательного изучения.

Психогенетики, исследующие интеллект близнецов, разлучённых в детстве и выросших в разных условиях, пришли к выводу, что гены и среда вносят примерно равный вклад в наш интеллект (некоторые, впрочем, доказывают, что вклад генов больше — около 70%). Значит, если меняются условия нашей жизни, то должен меняться наш интеллект. Вот только в какую сторону? Не глупеем ли мы по мере того, как телефоны умнеют?

Одну за другой мы передаём функции мозга внешним устройствам. Зачем уметь считать, если есть калькулятор, или ориентироваться на местности, если есть навигатор? Зачем учить иностранные языки, если всегда можно воспользоваться электронным переводчиком, или загружать мозг информацией, если под рукой есть искусственный интеллект? Кажется, что нам всё труднее концентрировать внимание, мы теряем способность и желание читать длинные тексты.

Раньше большой мозг требовался человеку, чтобы выжить. Но нужен ли он сейчас, когда технологии берут его функции на себя? Человеческому организму очень дорого обходится содержание мозга: даже в спокойном состоянии он пожирает четверть энергии организма.

Самый большой компьютер необязательно самый лучший. Возможно, сокращение массы мозга компенсируется его усложнением на клеточном уровне. Но возможно и другое: пика интеллектуальных способностей человечество достигло, когда представляло собой немногочисленные группы охотников, бродивших по Африке. Когда у тебя нет клыков и когтей, а за каждым углом подстерегает смерть, смекалка оказывается поважнее мышц, поэтому мозг древних рос столь стремительно. Но каждый технологический прорыв снижал значение интеллекта для выживания. В наше время человеку с низким интеллектом не грозит умереть от голода — наоборот, исследования показывают, что умники хуже размножаются, то есть идёт отрицательный отбор на врождённый интеллект.

Но это долгосрочный тренд, зато на протяжении XX века человечество лишь умнело. Начиная с изобретения тестов интеллекта в начале прошлого столетия, наш IQ непрерывно повышался — психологи называют это эффектом Флинна, по имени его первооткрывателя Джеймса Флинна. Мы умнели, потому что менялась среда нашего обитания: распространялось всеобщее среднее образование, увеличивался поток визуальной информации, улучшалось питание.

Но к концу 1990-х рост IQ в развитых странах прекратился. Сам Джеймс Флинн признал, что его эффект перестал действовать. Более того, тесты интеллекта теперь показывают, что в благополучных странах Северной Европы средний интеллект людей снижается. Неужели всё-таки наступает эпоха цифрового слабоумия?

Психологи-технопессимисты так и считают, а психологи-технооптимисты возражают, что дефицит внимания и нежелание запоминать информацию — это лишь издержки адаптации нашего мозга к новым условиям жизни. Мышление становится более быстрым и многозадачным, мы запоминаем не саму информацию, а путь к ней. В симбиозе с компьютерами мы знаем больше и ведём себя разумнее. Зависая в соцсетях, мы учимся отсеивать ненужную информацию, быстро принимать решения, думать вместе — учимся жить в новом, более сложном мире.

Тесты интеллекта тоже ведь измеряют не сферический интеллект в вакууме, а способности, нужные школьникам и офисным работникам прошлого века. Возможно, современный мир просто требует совсем других интеллектуальных способностей?