Как выйти из порочного круга невыполненных предновогодних обещаний

Как выйти из порочного круга невыполненных предновогодних обещаний

«Первая вещь, которая бросилась мне в глаза, — календарь с Путиным. Каждый месяц новый Путин». Интервью с канадцем о его путешествии по России

Джеку 21 год, он родился в Торонто, вырос в Калифорнии, а сейчас вернулся в Канаду, чтобы изучать там международные отношения и литературу. В будущем он хочет заниматься чем-нибудь, что связано с русским языком: работать журналистом, переводчиком или в политике. Чтобы познать глубины российской действительности, он отправился в большое путешествие по нашей стране. «Ножу» Джек рассказал о впечатлениях от панелек, плацкарты и российских просторов.

— Как вообще вышло, что ты заинтересовался Россией и выучил русский язык?

— На первом курсе университета я услышал, как мой знакомый Джош разговаривает по телефону на русском. Язык показался очень красивым, и я спросил Джоша, почему типичный канадский парень говорит на русском языке. Оказалось, что его мама родилась в Украине, папа — в Белоруссии, а русскому Джоша научила его бабушка еще в детстве. Но он мог только говорить, читать и писать не умел. И вот он начал изучать русский в университете, а я пошел с ним на курсы русского языка за компанию.

После двух лет учебы я поехал на языковые курсы в Петербург. Это был первый российский город, который я увидел.

— И какие у тебя были первые впечатления?

— Я приехал в квартиру к семье, у которой должен был жить. И первая вещь, которая бросилась мне в глаза, — календарь с Путиным. Каждый месяц новый Путин. До этого я слышал, что многие люди в России любят Путина, особенно пожилые. И вот я увидел это наяву.

Первые две недели мне казалось, что все прохожие на улице смотрят на меня. Я думал, может, у меня одежда какая-то не такая. Потом оказалось, что я просто постоянно улыбался!

Ведь в Канаде нормально, что все на улицах улыбаются, а здесь это не очень распространено.

— Что ты думал о России, пока здесь не оказался?

— До учебы в университете я практически ничего не знал о России. В американских школах историю России и СССР почти не изучают. На Западе все представляют Россию как огромное и загадочное место на карте, собственно, так себе ее представлял и я. Но могу сказать, что многим западным людям интересна русская литература: Достоевский, Чехов, Толстой.

 Насколько обычные люди в Канаде верят историям о том, что в России живут одни хакеры, которые питаются водкой и настолько могущественны, что выбрали президента США?

— Для Запада жизнь в России — это загадка. Но, конечно, представление, что российские хакеры взломали американские выборы, существует.

Если говорить про стереотипы, мы часто слышим, что в России нет демократии, что у вас олигархия, что выборы не свободные, а в самой стране много коррупции. Но мы слышим это от россиян, которые переехали в Канаду, которые не чувствовали себя в безопасности в своей стране, но о том, что думают россияне в России, мы практически не знаем. И это не очень хорошо, не объективно. Поэтому для нас это тайна.

Вообще, очень трудно выделить какие-то общие стереотипы о России. Ведь это такая огромная страна! Вот ты смотришь на карту, видишь Владивосток и думаешь, что этот город близок к Азии, может, русские, как китайцы…

 Давай я задам вопрос проще. Вот я никогда не была в Канаде. Но если я подумаю о твоей родине, вот что мне приходит на ум: кленовый сироп, Терренс и Филлип из South Park, Аврил Лавин, Дрейк и Селин Дион. Это мой канадский топ-5. Теперь твой российский топ-5 до приезда сюда — каким он был?

— Водка, Путин, допинг, коррупция и медведи. Многие западные люди видели фото Путина с медведем.

— Хорошо, теперь ты побывал в России. Какое слово у тебя ассоциируется с нашей страной?

— Огурцы.

— Почему?

— Ну, я люблю овощи, особенно такие зеленые. И в России, по-моему, самые вкусные огурцы. Я вырос в сельском районе Калифорнии, и там как раз выращивают овощи — это наша самая большая индустрия.

И когда я приехал в Россию, я был очень рад увидеть, насколько сильно люди здесь любят огурцы!

Например, мы со знакомыми поехали на праздник День огурца в Суздале. Там было много семейных пар, молодежи и даже одна свадебная вечеринка — все были вместе из-за любви к огурцам. И там разливали ваши традиционные домашние напитки, например квас и медовуху. В начале я не знал, что в медовухе есть алкоголь, я просто думал, что это какой-то сок. Но быстро понял, потому что опьянел.

Это был отличный праздник. Мы с друзьями сидели на земле у реки, потом искупались. Солнце, погода чуть-чуть теплая. И я смотрел на это всё и думал, что, возможно, я первый канадец, побывавший на Дне огурца, — так классно!

Но днем всё не ограничилось. Там был и «Вечер огурца», но на него мы уже не пошли, а поехали на дачу. Баня, шашлыки, водка и даже немного караоке. Я уже услышал о ваших «тусовках» в Питере и Москве, но в эту ночь я наконец понял и почувствовал, как русская молодежь живет и отдыхает в деревне.

— А какие стереотипы о своих соотечественниках ты услышал в России?

— Когда я был на ЧМ, я жил с мужчиной, который всё спрашивал меня, правда ли в наших новостях плохо говорят о России. У него была идея фикс, что в Канаде мы всегда говорим, что Россия — это плохая страна. Это неправда. Во-первых, Россия вообще редко появляется в наших новостях. Во-вторых, когда появляется, то транслируются только важные государственные новости: про политику, про отношения Путина и Трампа и т. д.

 Ты впервые приехал в Россию, когда был на языковых курсах. Дорого это было?

— Пять тысяч канадских долларов (примерно 250 тысяч рублей. — Прим. авт.). В эту цену входили два месяца учебы, оплата квартиры и деньги на еду. Есть программы и дороже.

На первых языковых курсах было много иностранцев. Мы вместе гуляли и отдыхали, в итоге не погрузились в языковую среду ничуть, просто разговаривали на английском и изучали русскую грамматику. А в этом году, когда я просто путешествовал по России, стал больше говорить на русском, и говорить лучше и быстрее.

— Были ли у тебя здесь какие-нибудь проблемы?

— Проблем не было. По-моему, это очень круто. Но, когда я сюда собирался, многие мои знакомые говорили мне, что тут опасно, но это совсем не так. Я прилетел в хорошее время — во время ЧМ. Я, может быть, был первый или второй человек с визой с ЧМ, и женщина, которая работала в паспортном контроле, посмотрела визу минут 10 или 15, и пропустила меня.

 Как ты познакомился с первыми русскими друзьями, кто они?

— В Канаде почти не курят, это не очень популярно, потому что дорого. Но здесь иначе. И на нашем языковом курсе был парень, который не курил в Канаде, но закурил в России. Как-то ночью мы пришли с одногруппниками в бар, разумеется, разговаривали по-английски, и я почувствовал, что русские вокруг нас не знали английский, мне казалось, что им было неловко. Это как если бы я был в канадском баре, а все вокруг говорили по-китайски. Мне казалось, что, когда русские люди слышат в баре иностранную речь, они думают «ах, не хочу с ними знакомиться». Но своих первых друзей я нашел как раз в баре.

 Почему ты второй раз поехал в Россию?

— Когда я вернулся в Канаду, я грустил без России. И подумал: я был в Санкт-Петербурге, Москве, но это не целая Россия. К тому же в этом году было очень просто сделать визу, потому что проходил чемпионат мира.

В обычное время дорого и долго. Ты можешь взять визу меньше чем на один месяц. Но сложно путешествовать не только из-за ограничений по времени, но и потому, что ты должен регистрироваться в каждом городе. Бюрократично. И виза одноразовая.

Но я хотел увидеть Россию и постсоветские страны, хотел увидеть, как там живут люди.

— Какие у тебя впечатления от ЧМ, что запомнилось больше всего, что удивило, что понравилось, а что нет?

— Это было очень классное время, для меня это был самое масштабное международное событие в жизни. Меня удивило, что было очень много болельщиков из Японии, и не только в крупных городах, но и в маленьких, видимо, потому что у России и Японии хорошие отношения.

И мне понравилась очень хорошая организация.

 Какой у тебя был маршрут?

— Я летел 30 часов с тремя пересадками, чтобы в итоге оказаться во Владивостоке. Приехал и увидел настоящую панельку. Это, кстати, еще один стереотип, что россияне живут в высоких панельных домах. Вообще, здания не очень красивые. Но только ты приходишь к квартире, дверь открывается — и ты видишь, что внутри очень красивый дом.

Я всю жизнь провел на берегу Тихого океана, в западной Калифорнии, но никогда не был на его другой стороне. Я хотел узнать, что это, и что я почувствую. В итоге чувствовал себя как в Сан-Франциско: большой мост, природа… Потом пошел в бар «Контрабанда». Менеджер вправду был контрабандистом в советское время, но доставал не наркотики и алкоголь, а музыку. От него узнал, что Владивосток был закрытым городом, я пытался понять, почему, ведь он так прекрасен.

Потом сел на поезд до Иркутска, он шел три дня, но я очень хотел сесть на поезд и ехать долго. Хотел в плацкарт.

Там я познакомился с несколькими бабушками, мы общались, и они угощали меня курочкой. Одна из них, когда мы говорили о стереотипах, поделилась мудростью: «В России говорят: чай не водка — меньше не выпить».

И вот я приехал на Байкал, к самому большому озеру в мире. Байкал — это загадка, шаманизм, экзотика.

Там очень красивый национальный парк. Мы гуляли по нему с моей подругой Виолетой и остановились на ночевку. Ночью шел ливень, но вдруг мы слышим звук, похожий на медведя, будто вокруг палатки их четыре или пять. Так было страшно! Я уже прощался с жизнью. Мы с Виолетой смотрели друг на друга, наши сердца бились быстро, она спросила меня, что будем делать, от страха я не мог думать по-русски, я начал говорить по-английски, но спустя минуту-две мы услышали, что животные сели на траву. Мы подумали, что медведи так не делают, оказалось, это были лошади.

Мы увидели остров Ольхон, прошлись по его деревням, и даже там была реклама чемпионата. А озеро — даже после недели на тропе, я не хотел уезжать, это так красиво! В итоге мы искупались. Это была самая холодная вода в моей жизни.

Еще в Иркутске мы посмотрели фильм «Лето». Я знал, что это про Виктора Цоя. В прошлом году моя соседка по комнате из Монреаля, ей очень нравился Виктор Цой, познакомила меня с его музыкой. Чтобы не забывать русский язык, я слушал русские песни, и Виктор Цой — один из моих самых любимых исполнителей. Еще Владимира Высоцкого люблю, бардовскую музыку. А из современной, я был на фестивале Motherland Summer, где услышал Антоху МС. Всё я не понимаю, но это поэзия, прекрасная поэзия. «Пошлую Молли» слушал тоже.

Потом я сел в поезд до Екатеринбурга. В Екатеринбурге самые добрые люди России, очень приятные.

Я тоже там жил с парнем из каучсерфинга, он встретил меня на вокзале, помог с вещами, потом пригласил на вечеринку с друзьями, мы выпили в парке, сидели у пруда в центре города, прокатились на лодке. Там я познакомился с девушкой, с которой мы разговаривали про русскую литературу. Ей было очень интересно, почему все иностранцы любят Достоевского, когда ей скучно его читать. Я тоже хотел это узнать. В итоге она порекомендовала мне книгу «Школа для дураков» Саши Соколова.

После Екатеринбурга я полетел в Новосибирск, потому что был дешевле билет, из него — в Астану, потом — в Алматы. После двух недель в Азии я прилетел в Москву из Ташкента.

— А что еще из современной русской литературы ты читал?

— Сорокина читал. И, когда я ехал на электричке в Москву, была остановка Петушки. И все мои друзья воскликнули: «О, Петушки, как круто, мы в Петушках!» Я не понимал, но Алеся, знакомая, рассказала мне про книгу «Москва — Петушки», и я начал ее читать. Это не так сложно, как старая литература — ты слышишь эти фразы на улицах. А когда ты читаешь «Анну Каренину» или «Войну и мир», «Братьев Карамазовых», встречаешь много-много слов, которые вышли из употребления. Это примерно как читать Чарльза Диккенса — совершенно другой английский.

А «Москва — Петушки» — интересный роман, там русский мат. И это философия, постмодернизм.

И еще есть очень хорошая книга — «Скетчбук. Петербургский алфавит» Софьи Коловской. Там много информации про исторические места города: бары, кафе, рестораны. Если кто поедет в Питер, купите эту книгу.

— Какие западные фильмы о России ты смотрел и что думаешь о них сейчас, когда видел страну сам?

— Посмотрел «Смерть Сталина», это забавный фильм. Но в прошлом году я жил у семьи, чья квартира была построена еще во время войны, поэтому, когда я посмотрел фильм, я подумал, что это смешно, но не очень приятно для людей, которые жили во время войны, во время правления Сталина.

— Где еще в России ты хотел бы побывать?

— Я люблю российскую природу, особенно на Дальнем Востоке, озеро Байкал невероятно красивое. Поэтому я хотел бы поехать на полуостров Камчатка, очень хочу на Кавказ.

Еще меня привлекают места с литературной историей, например Петербург и Москва. У нас нет городов, история которых была бы так сильно связана с книгами.

— Чего тебе не хватало в России, от каких своих канадских привычек тебе пришлось здесь отказаться? И что тебе у нас не очень понравилось?

— В Канаде мы всегда думаем и говорим о здоровье. У нас есть такой культ healthy living. Например, каждый из нас берет с собой свою бутылку воды. Носит ее повсюду: на работу, в библиотеку, даже на свидание! Ну а в России вы пьете чай. И намного больше, чем мы.

Первое время в России я всегда чувствовал себя уставшим, но потом мое тело приспособилось. И теперь, думаю, что мое здоровье даже лучше, чем прежде, потому что я каждый день пью чай.

— На твой западный взгляд, чего не хватает в России на том уровне, на котором можно сделать крутой стартап и изменить жизнь к лучшему обычному человеку?

— Думаю, что в Канаде и США развита культура бизнеса — это сердце стран, центр жизни, когда появилась целая культура стартапов. Для России это еще нечто новое, системе капитализма у вас около 30 лет. Если вы хотите такую же культуру, хотите своего Илона Маска, вам нужно только время. Это не так сложно, как можно подумать. И у вас уже есть Павел Дуров.